Ручеёк бежала бок о бок с Кречетом, иногда даже отставая от крапчатого оруженосца: всю дорогу она косилась на спутника краем глаза, и постепенно её хмурый настрой изменился, переняв настроение соплеменника. Беспокойство Кречета было искренним, и отчего-то синеглазка сама стала волноваться, на легких лапах подгоняя себя и поспевая за крапчатым.
Озеро было уже близко. Серенькая решила, что проще всего будет сразу найти глазами огненную шерсть Пираньи, но отчего-то нигде её было не видать. Ручеёк даже немного притормозила, но вот Кречет, замерев всего на секунду с устремленным на воду взглядом, вдруг резко подорвался вперед. Путешественница даже опомниться не успела: замерла, вытянулась, потом припала к земле, всего несколько секунд проследив взглядом за несущимся со всех лап Кречетом.
А потом она заметила то же самое, что увидел оруженосец. Да, она была истинно речной кошкой, а потому отличить, скажем, омут в воде от ряби утопленника смогла...
И сама уже, позабыв все обиды, сорвалась с места за Кречетом, чувствуя, как мороз бежит по подшерстку.
Но пока она бежала, в воду уже метнулась другая тень. Крапчатый оруженосец со всех сил тащил бурое тело к воде, как тут откуда ни возьмись появился Лугоцвет - его Ручеёк помнила совсем котенком, и вчера, увидев в лагере, почти не удивилась, что у Пушицы теперь есть ученик. Он, впрочем, был удивлен ничуть не меньше синеглазки, которая, подлетев к берегу, едва не сшибла его с лап, перескочив на ходу ученика целителя и оказавшись рядом с Кречетом, по живот в воде.
Вот тебе и искупалась.
- Дышит? - голос дрогнул, хвост ходил ходуном, уши поджаты. Ей очень хотелось дотянуться мордашкой, чтобы понять, дышит ли глашатай, но уважение к целителю и его ремеслу заставило пропустить Лугоцвета вперед.

Кречет яростно стал грести лапами, буксируя Осинника к берегу. В этом ему помог Лугоцвет - слава Звёздному племени, он оказался рядом и поспешил на помощь. Это его фигуру крапчатый оруженосец мельком увидел на берегу. Двоим котам спасение далось уже легче, а затем и Ручеёк, у самого берега, помогла тащить отяжелевшего от воды глашатая через заросли камышей и илистую набережную, чтоб уложить его на сухое.
- Дышит? - когда они положили кота на траву, собравшись вокруг, подала голос Ручеёк. Кречет, тяжело дыша, приземлился сбоку. Бока раздувались. Его била мелкая дрожь - и от холода, сковавшего тело, стоило показаться из воды, будучи облепленным мокрой шерстью со всех сторон, и от страха за жизнь Осинника. Кот не обращал внимания на озноб, во все глаза смотря на глашатая и пытаясь увидеть признаки жизни.
Но бурый кот не приходил в себя. Кречет похолодел, а потом посмотрел на Лугоцвета.
- Мы успели? Он не мог захлебнуться... он не должен умереть, - пробормотал кот умоляюще. 
О том, как это произошло, у него даже не было времени подумать. И то, что Пиранья может быть к этому причастна - тоже. Если это действительно ее козни, то все подстроено так, что и не придерешься. Доказательств не было, а что значат слова Кречета и Ручеек? Тем более, они и сами не были уверены, как все случилось.
Рассказать может только сам Осинник, и неизвестно, как скоро он придет в себя, и придет ли вообще. От мысли, что может остаться не только без наставника, но еще и друга, кто бы там чего ни говорил, у Кречета засосало под ложечкой. Правда, покуда была надежда, он не мог поверить или хотя бы представить, что все кончено. Поэтому, затаив дыхание, ученик наблюдал и ждал вердикта Лугоцвета.

Отредактировано Кречет (2016-04-28 17:29:58)

Ручеёк с мокрыми лапами и грудкой кружила вокруг Лугоцвета, распростертого на земле Кречета и почти бездыханного глашатая. Синие глаза обеспокоенно мерцали, хвост ходил ходуном, обрызгивая всех и вся, но соплеменникам было явно не до раздражающих капель.
- Мы успели? Он не мог захлебнуться... он не должен умереть, - глубоко дышал крапчатый оруженосец, смело бросившийся на помощь наставнику.
- Лугоцвет? - голос чуть дрогнул, дожидаясь слов юного целителя. Ручеёк нервно облизала мокрую мордашку, во все глаза глядя на помощника Пушицы.
А тот, в свою очередь, всем весом накинулся на Осинника, который резко выплюнул огромное количество воды. И закашлялся.
Слава предкам!
- С ним будет всё в порядке, - пробормотал Лугоцвет, отходя от пациента на шаг. - Если вы поможете мне его согреть.
Юный целитель принялся вылизывать Осинника против шерсти, и Ручеёк, облегченно вздыхая и радуясь, что может где-то пригодиться, принялась активно вылизывать бурого кота против шерсти, периодически еще и мокрого Кречета задевая: тому ведь тоже надо согреться, правда? А юной кошке так хотелось быть полезной, так нужно было куда-то пристроить лапы... эм... язык, что она пыталась обогреть сразу обоих котов, чувствуя, как отлегло от сердца: опасности для Осинника нет.
И все же...
- А Пиранья... где? - в перерыве пробормотала Ручеёк, обращаясь к Кречету и рассеянно слизывая с усов влагу.

Чувствуя волны облегчения, постепенно снимавшие с него напряжение, Лугоцвет глубоко вдохнул и отступил на шаг от глашатая. Бурый кот дышал; теперь это было куда больше заметно. Однако, приходить в сознание он не торопился, и молодой целитель решил, что не стоит пока заставлять его.
- "Только как этакого-то великана дотащить до лагеря?"
Полосатый, пожалуй, преувеличивал, называя Осинника великаном - глашатай был хоть далеко не миниатюрный, но довольно-таки тощий.
Краем глаза Лугоцвет заметил, как серая ученица Ручеёк мимоходом пробежалась языком по щеке Кречета, от чего черепаховый оруженосец явно смутился. Со стороны это было заметно, хотя юный целитель и не увидел бы в подобном ничего постыдного. С этим методом согревания его ознакомила Пушица, ещё в самом начале обучения. Котам, потерявшим в воде сознание, грозит опасность снижения температуры тела, а из-за этого...
- А Пиранья... где? - растерянный голос Ручеёк прервал его размышления. - "Что? А она тут при чем?"
- Пиранья? Она как-то связанна с этим?
Кречет махнул хвостом в знак подтверждения.
- Ушла незадолго до происшедшего. Я видел, как мелькнула ее шерсть. Еще там, в березняке, - произнес кот, и Лугоцвету почудилось, будто бы он уловил нотки угрозы в усталом голосе.
Даже если рыжая воительница и была здесь, каким боком могла она относиться к Осиннику?
Об этой кошке ученик целителя знал очень мало, пожалуй даже меньше, чем о каком-либо другом соплеменнике, так как старался по возможности не пересекаться.
Вдруг мелькнула догадка. Они с Ручеёк подозревают в совершившемся её?! Лугоцвет бросил быстрый взгляд по сторонам. Огненной шерсти нигде не было видно.
Кажется, что в случившемся действительно виноват кто-то кроме самого глашатая. Было бы просто смешно, если бы чистокровный речной кот вдруг ни с того ни с сего разучился плавать. Неожиданно, прямо посередине озера.
Вид мерно посапывающего на песке глашатая напоминал Лугоцвету ни что иное, как эффект маковых семян: других трав с похожим действием он не знал.
- "Похоже, это действительно кто-то подстроил," - подумал он, вновь внутренне сжимаясь и вздрагивая. Но кто предатель? Неужели эта самая кошка?
- Лугоцвет, - признательное мяуканье заставило его посмотреть на обращавшегося, - Спасибо. Мы бы не справились без тебя с Ручеёк.
Похвала соплеменника была бы намного приятней и вызвала бы у юнца нескончаемую гордость за себя, если бы обстоятельства складывались более удачным образом. Однако полосатый нашел в себе силы ответить взаимностью:
- Благодарить стоит вас. В одиночку я бы не смог сделать ничего для его спасения. - Эти слова были правдой, так как непутевый травник даже и не узнал бы никогда, в какой момент глашатай появился на озере.
Черепаховый не был гордецом, и потому просто сказал:
- Надо отнести Осинника в лагерь, а еще позаботиться о том, чтоб никто не узнал о происшедшем. Осинник не должен терять авторитет перед племенем. А что о нем будут думать, если узнают, что Речной кот, глашатай, чуть не утонул в озере?
Кто так подумает? Только разве что выжившие из ума старейшины да ничего не понимающие котята! С чего бы вдруг коту, который был отличным воином и дослужился до звания глашатая по своей воле тонуть в озёрах?!
Однако Луг и сам до конца не был уверен в этом, потому и промолчал.
- Причастность Пираньи нам все равно не доказать.
- Почему вы считаете, что в этом виновата именно она? То, что Осинника пытались изжить намеренно, по-моему, очевидно! - Лугоцвет запнулся, осознавая, что сейчас непривычно громок и резок, что, скорее всего, не вяжется у других с его привычным образом.
- Пусть мы всего лишь ученики, но только совсем недоверчивый или полоумный не поверит трем здравомыслящим оруженосцам.
- "К тому же, если один из них - ученик целителя" - про себя закончил он, вовремя отказавшись от такой эгоистичной фразы.
- Ничего не случится, если рассказать об этом предводителю. И старшим воинам знать не повредит...
Он замолчал, думая о том, как же поскорее отнести бурого в лагерь, особо не потревожив. - "Доставка со всеми удобствами, не иначе..."
Соплеменники поверят в рассказ о предателе, только если захотят. Куда проще свалить всё на одного кота или поступок, чем жить в постоянном страхе, зная, что где-то среди них затерялся предатель и неудавшийся убийца.
О, эту черту в своих соплеменниках Лугоцвет ненавидел больше всего.

Отредактировано Лугоцвет (2016-05-02 22:58:54)

- Пиранья? Она как-то связанна с этим? - удивился Лугоцвет. Кречет прикусил язык. Возможно, он поторопился с выводами. Возможно, кто-то появился в промежуток между тем, как воительница рассталась с глашатаем и тем, как они нашли его. Вот точно также и у других возникнут вопросы, если они начнут кидаться неподтвержденными обвинениями.
- Всё может быть, - вздохнул кот, внимательно взглянув на Лугоцвета.
- То, что Осинника пытались изжить намеренно, по-моему, очевидно! - воскликнул ученик целительницы, - Пусть мы всего лишь ученики, но только совсем недоверчивый или полоумный не поверит трем здравомыслящим оруженосцам.
- Смотря, кто его враг. Если расскажем, то предатель будет знать, что мы опасны, а мы до сих пор не будем знать, кто это. Мы дадим ему все причины избавиться и от нас поодиночке, - предостерег Кречет Лугоцвета. Конечно, первая мысль - это побежать и рассказать, чтоб все стояли на ушах, поднимется паника, что среди Речных котов предатель. Тогда он или затаится, или, если его влияние на Острозвёзда велико, сделает ответный шаг - и троица окажется сама объявлена предателями. Трудно противостоять тому, чьего лица даже не видишь. Почему-то Кречет подумал о тех, кто метил в свое время на место Осинника, а таких было немало. Главной претенденткой была Ива, но это не может быть она. Если все раскроется, то она будет той, кто сможет их защитить перед Острозвёздом. Ведь Кречет был ее другом, а Ручеёк - дочерью. Но и ее влияние не так безгранично...
Для Кречета была хотя бы одна опорная точка - это предостережение Звёздного Снега молчать обо всем, подбирая друзей крайне тщательно. И он впервые понял, насколько это важно, и боялся, что бежать и растрезвонивать всем - это крайне неудачная идея.
- Ничего не случится, если рассказать об этом предводителю. И старшим воинам знать не повредит...
- Думаете, это хорошая идея? А если мы просто... - неуверенно произнесла Ручеёк. Кречет перевел взгляд на Осинника. В бессознательном состоянии тот выглядел менее суровым, чем обычно. Его можно было даже назвать симпатичным - не только за статус кошке может понравиться. Но для Кречета все равно он всегда будет рыбомордым, просто из принципа.
Представив, как они будут нести этого тяжелого воителя в лагерь, оруженосец буквально ощутил, как каждая его косточка взмолилась о пощаде.
- Пойдемте в лагерь, отнесем его. А там уже по ситуации, - пожалуй, с этим никто из них поспорить не мог.
Кречет огляделся по сторонам. Ему пришла в голову идея. Сорвавшись с места, ученик побежал к краю поляны. Там он нашел кусты лопуха и, выбрав самый на его взгляд большой и крепкий лист, принялся перегрызать стебель, чтоб соорудить своеобразные носилки. Ясно, что бурого кота никто из них не донесет на себе - для этого нужен хотя бы такой же крепкий воитель, как он сам, а в самом идеальном случае - кто-то вроде Жабозвёзда.
>>> Главная поляна