<Река
Река распоряжалась телом беспомощного перед её мощью котёнка как только хотела: она крутила его и метала, время от времени поднимая над собой - будто бы желая продлить муки, не позволяя допустить мысль вдохнуть наконец под водой и спокойно уйти к звёздным предкам. Птенчик упорно боролся за свою жизнь, отсчитывая секунды каждого из заныриваний и не разрешая себе захлебнуться. Очень быстро это превратилось в каком-то смысле монотонную работу; осознав, что сопротивляться не было смысла, котик поддался бушующей стихии и стал послушно ждать, пока она в очередной раз выплюнет его над собой для следующего глотка воздуха. Он очень устал от тряски и всех этих попыток продержаться у поверхности, так что, вероятно, принял самое верное решение - хотя бы с точки зрения экономии сил и энергии.
Погрузившись в своеобразную игру, он не сразу заметил, как ощутимо угомонилось течение, и ещё какое-то время, не совершая движений, с покорностью камушка опускался всё глубже на дно.
***
Не чувствуя больше насилия над собой, как и попыток реки выхлестнуть его из себя, Птенчик резко распахнул глаза. Сказать, что он сильно испугался, не сумев ничего перед собой различить, - не сказать ничего. Повсюду муть, грязь. Темнота.
Словив приступ паники, котёнок стал суматошно оглядываться по сторонам, выискивая, в какую бы сторону податься. Наконец в забитой тёмными тонами окружившей их картине глаза сумели различить чуть светлый оттенок - и, развернувшись под водой, Птенчик подался в ту сторону. Движения были плавные и будто в пустоте: он словно бы летел по воздуху, - и это ощущение могло бы даже ему понравиться, если бы не усиливающаяся с каждой секундой паника. Воздуха не становилось больше, а плыть вперёд - задача ещё та. Река выбила из лёгких все запасы, поэтому котёнка скорее тянуло на глубь, чем выталкивало на поверхность.
Делая под водой судорожные "вакуумные" покашливания, сопротивляясь желанию вдохнуть в себя хотя бы воду, малыш настойчиво разгребал лапками давным-давно не ощущавшуюся воду.
И в какой-то момент он внезапно вынырнул мордочкой над рекой - даже сам того не ожидая. Всплыв и получив наконец доступ к воздуху, он вдохнул в первый раз так резко, что даже зашёлся в неконтролируемом кашле. Не прекращая перебирать лапами, он попытался осмотреться. Сердце упало, когда он понял, что не узнаёт ничего: ни земля, ни деревья - ничто не было похоже на то, что он привык видеть раньше. Даже небо - и то, казалось, украли! "Вот почему под водой было так темно?"
Птенчик поплыл наугад и выбрался на первое попавшееся на глаза подобие поверхности. Перед глазами стоял плотный туман, дополняемый цеплявшимися в нём искорками, а в ушах было лишь слышно, как колотится сердце. Мир словно бы отгородился от него.
Полосатик всё ещё пытался отдышаться; дрожь пробрала всё тело - на воздухе ему стало жутко холодно. Чтобы хоть как-то попытаться согреться, Птенчик несколько раз лизнул себя в грудку - и с первой же пробы ощутил на языке мерзкий, неприятный вкус. Откинув уши и поджав усы, он сделал завершающий "лизь" и, пыхтя в попытке изгнать из себя дух вонючей реки, отвёл морду в сторону. "Оставим вылизывание для мамы. Она любит это дело".
Уделив наконец должное внимание обновившемуся окружению, Птенчик заметил не только отвратительную с виду обстановку, но и (уже не отвратительного с виду) брата, а секундой позже и сестру. Ему резко полегчало, стоило только узнать, что он здесь не один.
Котик наблюдал, как приближался Камышок, утомлённым, но довольным взглядом. Он, вымотанный, едва стоял на лапах и даже начинал скучать по воде - казалось, плавать было легче, чем стоять: вода сама держала его на нужном уровне, а расслабить мышцы, находясь в ней, было, вероятно, проще. Они, конечно, сработались не сразу, но в итоге, похоже, подружились. Ведь так? В то время как здесь, на этой странной поверхности, даже хвост усадить было не самой желанной перспективой.
- А где Крапивушка?
Птенчик огляделся по сторонам.
- Может быть, он не упал? - предположил малыш, непрестанно выискивая, за что бы зацепиться взглядом. - И прямо сейчас зовёт кого-то из взрослых на помощь? Уж он-то может. Мне кажется, он с самого начала был к такому готов, - он весело пошевелил усами. - Кстати, а как здесь оказалась Весничка? Тоже что ли водой зацепило?
Он ни разу не посмотрел на соприключенцев; вместо этого шарил глазами по жидкой территории, которая уже меньше напоминала реку, и больше - озеро. Только странное какое-то озеро.
- Не Лунное ли это озеро? - задался на мгновение вопросом Птенчик, но быстро размышления прервал. - Ага! Нашёл! Крапивушка!
И после столь обнадёживающего возгласа он кинулся вновь в воду, ощущая, как грязная муть снова обволакивает тело. В воде и правда было теплее, чем на поверхности - которой, к слову, даже не достигают солнечные лучи.
Казалось, реабилитировавшись после столь недавнего опыта кувыркания в потоке, он уже резво плыл навстречу новой цели. Пускай он двигался рывками и немного неуклюже, но в воде он чувствовал себя достаточно свободно. Словно бы покорил стихию, которая ещё недавно так настойчиво пыталась покорить его. Да они теперь как настоящие подружки!
Подплыв к какой-то ветке и уцепившись за неё, Птенчик игриво объявил:
- Нашёл я нашего Крапивушку!