Новости

● Для удобства навигации на форуме создан "Путеводитель". Здесь вы можете самостоятельно найти ответы на все возникающие вопросы

● 🎂 14 июня нашему форуму исполнилось 13 лет! Поздравляем с этим событием всех участников и гостей 🥳


Рейтинг форума PG-13. Запрещено описание особо жестоких сцен, отсутствует откровенная эротическая составляющая.

Коты-воители. Отголоски прошлого

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



The dark side

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

https://i.imgur.com/4Q0QwLF.jpg https://i.imgur.com/MpWOJ2b.jpg https://i.imgur.com/dbrVgoe.jpg
Фазан & Марево


очередь: марево → фазан
время действия: меньше луны назад.
место действия: ручей
время суток: вечер.

избегать друг друга, находясь в одном племени, трудно. судьба вновь сводит сына и отца вместе - всего на малое мгновение патруля, но и этого достаточно для того, чтобы оба вступили в перепалку

+2

2

Ручей спокойным потоком журчит где-то справа от огромного чёрно-серого кота, который, тяжело ступая, молча шёл вдоль его течения на пару с угольно-чёрным соплеменником. Товарищ грациозен, красив, иссиня-чёрная короткая шерсть лоснится в лучах заходящего солнца, поступь у него мягкая, а движения изящны. Марево дёргает ухом, на мгновение кидая взгляд оранжевых глаз на сына, чересчур слащавого, жеманного. И хмурится, продолжая свой путь - при каждом шаге под шкурой перекатываются мускулы и острые лопатки, а на земле остаётся чёткий след от его лап, в отличие от сына Марево не держит спину ровно, а тяжёлая голова хищнически склонена ближе к земле. Кардинальное отличие со стороны смотрится комично - Фазан идёт так, словно проходит мимо восторженной толпы, красуясь, когда как Марево, словно согбенная тень, твёрдо и быстро обходит эту толпу стороной, мечтая поскорее от неё избавиться.

На территорию племени Ветра опускается вечер, в сумраке двух тёмных котов уже едва можно различить, разве что по ярким глазам, отражающим лучи заката - цвета пламени и льда. Этот вечер стал для Марева сюрпризом - с Фазаном в патрулях они не сталкивались вот уже больше луны, но, волею случая, это неожиданно произошло сегодня. Фазан не выглядел воодушевлённым, равно как и Марево, который воспринимал это прежде всего как долг перед племенем, а не попытку наладить семейные отношения. Да и радость первого второму вовсе не нужна, Марево не глуп и не слеп - холодная ярость плещется глубоко в льдистых глазах сына, стоит ему только услышать имя отца. Сколько бы Фазан ни пытался скрыть это - глаза его всегда выдают с головой, его это задевает, а в витиеватой манере речи, в обилии речевых оборотов и высокопарности он тщетно пытается скрыть свою сущность.

Мареву не нужны его радость, любовь, стремление к общению - ему нужен результат, успех, признание. Пусть Фазан тешит себя самомнением, заворачивается, словно во вторую шкуру, в свои высокопарные и слащавые речи, пусть питается восхищением глупых зевак, но оправдывает своё самолюбие на деле, выкладываясь на полную. Пусть детские обиды режут его душу снова и снова, скребут когтями сердца, отравляя кровоток, не оставляя в покое ни на минуту, пусть подгоняют его совершенствоваться ежесекундно, ежеминутно, ежечасно, ежедневно. Чего будет стоить Фазан, если только и будет, что снисходительно объяснять другим, насколько он блестящ, умён, красив и грациозен, если даже собственного оруженосца не может научить тому же?

Марево кидает прямой и пронзительный взгляд прямо в морду Фазана, будто пытаясь пробуравить в нём огромную зияющую дыру, сжигая пламенным взором скальп и черепные кости, добираясь прямо до мозга, выворачивая все его мерзкие кошмары наизнанку и показывая сыну воочию то, чего на самом деле он стоит.

- Как проходит обучение у твоего оруженосца? - Марево ни на секунду не отрывает тяжёлого взгляда от сына, на широкой морде не дрогнул ни одни мускул, а тон голоса остаётся спокойным и бесцветным, словно бы Мареву было всё равно на то, какой ответ может дать Фазан на такой простой вопрос, - есть успехи?

Марево знает, что Фазан не справляется, что Лютик не подаёт никаких надежд, с каждым неудачным занятием утягивая своего наставника в пучину фиаско. Фазан близок к тому, чтобы, наконец, на своей шкуре познать смысл таких простых слов - чем выше взлетаешь, тем больнее падать. Своими словами он вознёс себя до небес, высек изящной словесностью себе статую, каждодневно любуясь ею и добавляя новые штрихи для ещё большей безупречности. Однако там же, у самого постамента, уже пошла трещина, она делается всё больше и больше, разрастается и Фазан ничего не может с этим сделать. Имя той трещине - Лютик, несчастный, неудачливый ребёнок, который не понимает, почему на неё каждый раз выливается столько яда из уст Фазана, которого разрывает от бешенства. Постамент неизбежно разрушится и статуя упадёт - расколется на части, а собрать её будет уже практически невозможно, неотвратимость этого заставляет Фазана винить оруженосца в глупости, бестолковости, оборачивать против неё всё своё умение к красноречию. А она не понимает.

Марево остаётся тихим наблюдателем - Фазан либо не справится, либо Лютик просто передадут в другие лапы. Ему всё равно, что будет с оруженосцем - но он точно знает, что сын от неудачи может не оправиться вовсе. У него нет опыта, нет терпения, а в ученики, как назло, попала сложная кошка. Он погубит и себя, и её. Стычки, битвы, войны неизбежны, в одной из таких Лютик потерпит смертельное поражение и её смерть будет на плечах Фазана. Понимает ли это сам сын, Марево не знает - просто продолжает смотреть на сына спокойно, ожидая от него ответа или реакции на собственные слова, даже если Фазан не пожелает вступать в диалог с отцом - Марево поймёт и примет к сведению.

+2

3

Фазан устал.

Закатное солнце жалит в сердце, сумерки сгущаются, заставляя увязнуть в них, точно в темной смоле, и в полумраке тревоги и страхи, что прячутся глубоко-глубоко внутри, пробуждаются, выглядывая из-за каждого куста на пути двух котов, слишком разных и похожих одновременно. Фазан старается смотреть строго перед собой, чтобы нечаянно не выцепить взглядом что-то болезненно ностальгическое: таким становится почти всё вокруг, когда Марево оказывается рядом. Иссиня-черный молодой воитель ровно держит спину, натягивается, точно струна, и крепко стискивает зубы, но лапы его незаметно дрожат, потому что отец идет сбоку. Фазану не нужно на него смотреть, чтобы видеть: его типичную походку, его опущенную голову, привычный недобрый блеск в его глазах и все то иное, что в Мареве ненавистно.

Он хронически устал: об этом несложно забыть, но сейчас нельзя не вспомнить. И он помнит, чувствует, он дышит этим глупым бессилием. Ощущает, как снова накрывает им с головой, и всякий смысл патрулирования теряется, растворяется в вечерней тоскливой тьме, разогнанный ревом всё ещё сдерживаемых, но уже клокочущих в глотке воспоминаний. И страшнее всего от мысли, что бороться с ними невероятно тяжело, а вот выпустить - легче лёгкого.

"Молчи и держи шаг", - приказывает себе воитель, а черти в груди его коварно хохочут, смотря на то, как трещины на хваленом самоконтроле Фазана расползаются неровной отвратительной паутинкой. Иссиня-черный кот проглатывает негодование, прикрывает глаза на чуть более долгий миг, чем положено при моргании; вслушивается в журчание ручья где-то неподалеку, в почти неуловимый шепот ветра и, наконец, в биение собственного сердца. Сумасшедшего, глупого сердца, которое сейчас подло противоречит всем железным убеждениям хозяина. Хочется пристыдить его, воззвать к совести. Прошептать голосом затравленного зверя: "Не бейся", - и добавить уже про себя: "совсем".

Фазан знает, что Марево уже давно раскусил его: он не мог не понять, что чувствует его сын(ха!), что происходит в его голове и почему его шаги при всей своей грациозности и мягкости кажутся неестественно тяжелыми. Молодой воин понимает, что притворство - лишь часть их вечной игры в контроль над ситуацией: они оба в ней хороши, потому что Марево - самый строгий учитель из возможных, а Фазан - лучший ученик. Ученикам свойственно превосходить учителей, и однажды ему это удалось... Но много лун прошло с того момента. Фазану страшно осознать, что он расслабился и потерял хватку. И когда Марево молча смотрит на него, сверля взглядом чертову дыру через череп к мозгу, воитель мысленно кидает ему: "Заткнись". Неважно, что отец не произнес ни слова. Они ему в принципе не особенно-то и нужны.

Те редкие моменты общения отца и сына, что иногда вклиниваются в череду их относительно спокойных будней, напоминают игру в шахматы(если бы Фазан знал, что это такое, он бы непременно согласился). Они оба - по разные стороны от игровой доски; выводят вперед фигуру за фигурой и терпеливо(почти) выжидают ответного хода. Сегодня Марево играет белыми: делает первый ход, бросая взгляд на соплеменника, и это - шах. Сразу. И не обдумать даже, как уйти от агрессивной немой атаки - у этих двоих вечный цейтнот.

Фазан смотрит на него пустым взглядом, с трудом удерживаясь от показушного зевка. Игнорирует то, что голову почти печет от чужого настойчивого взора, тем самым уходя от атаки. А за ней следует еще одна, довольно серьезная по двум причинам: воитель не готов услышать голос Марева и тем более не готов получить по голове словами, что срываются с его поганого змеиного языка. Соплеменник давит на больное, на один из самых актуальных раздражителей, и Фазан на несколько мгновений ощущает хватку контроля на собственном горле.

- Как проходит обучение у твоего оруженосца? - и воитель понимает: он узнал то, что не должен был узнать(ему - нельзя). В самом вопросе уже скрывается ответ: Марево не интересовался бы благополучием Лютик из беспокойства о судьбе ученицы, тем более - из желания начать диалог с сыном, разорвав висевшую в воздухе удобную тишину(это просто смешно). - есть успехи?

Фазан знает, что может просто проигнорировать провокационный вопрос, одарив Марево еще одним холодным взглядом, искривив в усмешке губы и сделав вид, что он выше глупых игр. Он может просто уйти немного вперед, вильнув хвостом, и сосредоточиться на чувстве долга перед племенем. Но сейчас суть не в его возможностях, проблема - не неспособность придумать красивый исход. Вся соль в том, что в его глазах уже не лед, а пламя, и черти воют за стеной из ребер, и в жилах его - жизнь, в них - горячая, кипящая кровь, обжигающими волнами бьющая в сердце. От Марева можно отмахнуться хвостом, но разве можно отмахнуться от самого себя? Разве способен Фазан просто сплюнуть наполняющую его пасть фантомную кислоту и сделать вид, будто она не выжгла желудок, язык и глотку?

- Не думал, что тебе интересно, - и он улыбается. Опасно кривит губы, предупреждая: я напряжен, до жути напряжен; не подходи - убьет. - Коль тебя так заботит Лютик, спешу заверить: у нее все отлично. Она немного рассеяна, но нужно быть глупцом, чтобы не увидеть потенциал, сокрытый в ее молодом теле. И я намерен направить этот потенциал в нужное русло, - потенциал.. Ага, как же. Наверняка мелкая бестолочь даже сейчас ищет приключений на пушистый зад, подкашливая после своего ученического дебюта. - А как дела у твоей второй половинки? Мне тут птичка напела, что вы не в ладах в последнее время. Интересно, с чего бы это... - Фазан мерзко лыбится, и это больше похоже на оскал. Пожалуй, спрашивать о матери и атаковать одновременно - пример грамотного, сбалансированного хода. Не переставая улыбаться, кот добавляет вишенку на этот приторный до мерзкого торт: - Неужели могучий Марево, у которого извечно все под контролем, окончательно потерял контроль над собственной семьей? - он наигранно выдыхает. Знает, что у собеседника от его подслащенных речей к горлу подступит тошнота. Ему плевать на его отвращение. Он в некотором роде не жаждет ничего так сильно, как искреннего неодобрения, злости, омерзения во взгляде отца. Отец - гадкий. Быть гадким в его глазах - с некоторых пор высшая похвала. - Жалко... - и это ничуть не о сожалениях. Это - чистой воды оскорбление.

Фазан собой доволен: он знает, что поступил только что в высшей степени бесчестно. Семья всегда была больной темой для Марева, ведь он потерял сестер, потом - детей. Можно было бы ему посочувствовать, если бы в довершение композиции он не заставил своего единственного выжившего сына потерять себя. Забавно, что это привело-таки к лучшему исходу. Впрочем, далеко не один Марево повинен в том, что Фазан смог стать тем, кем он является теперь.

В какой-то момент кот смотрит на отца, которого так мерзко нарекать этим близким словом, и задается вопросами, что спали долго-долго в его голове. Быть может, именно то, что Марево пошел на открытый диалог, их неосторожно пробудило. Фазан думает: "Почему? Почему ты стал таким ублюдком? Ведь я помню и того, кого мог бы звать отцом". Вопрошает: "Тебе они снятся? Твои дети, мои браться и сестры. Мне - да", - и мысленно добавляет, разрешая себе быть слабым в пределах собственных мыслей: - "Расскажи мне, какими ты их запомнил. Расскажи, что ты видишь по ночам, проваливаясь в беспокойный сон. Я знаю, что он беспокойный; я вижу, ведь мы ночуем в одной палатке. Изредка я наблюдаю за тобой. Иногда я уверен, что в твоих снах - сплошные кошмары".

Как жаль, что Марево давным-давно перестал быть тем котом, которого можно спросить о подобном.
Как жаль, что Фазан - давно не тот, кто о подобном спросит.

+2

4

- Жалко, - эхом повторяет Марево за сыном, всё ещё сохраняя свою спокойность и абсолютно бесцветный тон низкого голоса. Фазан зря пытается уколоть Марево - вместо сердца у него давно вакуум, сердечная мышца очерствела, закостенела, иссохла - в груди не бьётся ничего  в гневе остервенело о клетку рёбер, не разгоняет по венам горячую кровь, напитывая яростью могучее тело. Нет. В душе Марева тихо, там не поднимается буря, шторм или тайфун - там глубокое синее озеро, с непроницаемой водной гладью, и она словно в штиль спокойна, ни одной волны не покоится на этой глади. Ровный, прямой взгляд отражает эту гладь через пламенный взор - всё ещё направленный в морду сына.

На губах премерзкая ухмылка, Фазан, словно маленький ребёнок, доволен тем, что совершил пакость назло родителю, но Марево не собирается играть в его игры. Нет ничего жалкого в том, чтобы отпустить от себя кошку, не желающую более ничего, кроме покоя. Сутулая тень, блёклый взгляд, даже такая до боли похожая на его собственную иссиня-чёрная шерсть потеряла лоск, растрепалась, свалялась в комья, а её владелице теперь не до этого вовсе. Марево не претендует на святость - он осознает всю тяжесть того, что совершил в прошлом, но двигается вперёд. А Фазан, казалось, навсегда застрял в прошлом, всё березит свои раны без конца, делая в конечном итоге хуже себе и своим окружающим. Жить прошлым - удел слабых и Марево не собирается с этим мириться. Он хочет выжечь раны Фазана, не оставить ничего от детских глупых обид, но внутри Фазана тлеют обиды, чадят отвратным смрадом, отравляют его, не дают двигаться дальше, крепко связывая лапы друг с другом нерушимыми путами.

Марево не знает, что тянет сына на дно сильнее - Лютик или он сам, впиваясь, словно ядовитая змея в грудь Марева, стараясь ужалить больнее, сделать существование невыносимым, свято веря в то, что таким образом он достигнет отмщения. За спиной у Марева - сонм кошмаров, смерть и разруха, посыпавшая прахом и пеплом тёмно-угольную длинную шерсть, сжёгшая к собачьим чертям душу и сердце, оставив после себя лишь клубок жил и мускулов, обтягивающих бесполезный скелет. Единственное, что у него осталось - сын, плюющийся ядом в его сторону, ехидно припоминая Мареву всё, в чём он потерпел крах. Марево думает, что самый главный крах в его жизни - сам Фазан, отзывающийся о собственной матери, сломавшейся от тяжёлых невзгод, таким образом.

У Марево нет семьи, Фазан полностью прав, у него есть отпрыск, кровь от крови, плоть от плоти, который тратит свою жизнь на обиды и отвоёвывание никому ненужного авторитета в племени, окружая себя толпами зевак и восторгающихся. Жаль только, что все они - глупцы, променяющие Фазана в первый удобный момент, Марево ставит голову на отсечение - Лютик отбрыкнётся от своего наставника в первый же вечер своего воительства, с содроганием вспоминая Фазана как того, кто кто нависает над ней иссиня-чёрной тенью и напоминающего ей о том, какое она ничтожество. Племя получит ничтожного воителя, поломанного и неуверенного и будет до скончания века служить напоминанием о том, что Фазан - мнящий себя великим неудачник.

Марево улыбается широкой мордой, чуть приподнимает уголки чёрных губ, осознавая, что ему жалко Фазана. Его жизнь не подкреплена ничем, кроме жутко раздутого самомнения и он осознаёт это и стремится доказать обратное, но у него не выходит, Лютик не подаёт надежд, вопреки громким словам, брошенным назло родителю. Над Фазаном тоже нависает тень - подозрительно напоминающая самого Марева - Фазан идёт по стопам огромного воителя Ветра, даже не подозревая об этом. Ситуация, правда, во стократ хуже, чем было в ученичестве юного Птицелапа, ведь Лютик - не та, которую можно закалить, она глупа и необуздана, до неё не доходит смысл витиеватых фраз Фазана, брошенных впустую.

- Пусть Звёздное Племя освещает ваш с Лютиком путь, - Марево оголяет клыки, отвечая предельно серьёзно, понимая, что абстрактные духи небесных котов не играют для Фазана значительной роли, зная, что пожелание удачи и благословение из уст отца воспримутся вштыки и снова ударят по маске хвалёного хладнокровия, заставят, брызжа слюной, доказывать, что ничьё благословение ему не понадобятся, особенно от жалкого родителя, что сам не смог воспитать ребёнка, - полагаю, что падение в холодную воду на берегу озера является частью вашей тренировки по закалке, а падение во время охоты символизирует тернистый путь к успеху, - скалится, напуская в тон изрядную долю язвительности и сарказма, не хуже, чем сам Фазан мгновение назад, - думается мне, что данный потенциал действительно можно направить в нужное русло, он понадобится твоей горе-ученице на поле боя, ведь в бою необходимо блестяще и безукоризненно ударить мордой в грязь.

Каждая их встреча знаменуется обменом колкостями, благо и Марево и Фазан в этом асы, разве что Фазан, помимо всего яда и желчи, напускает в свою речь никому не нужные обороты, заворачивая искусно оскорбления в красивую блестящую обёртку, но не в этом состоит цель Марева. Марево не собирается пропускать мимо ушей нелепые попытки Фазана ударить в больное место - он сам обращается в нападение, выдав без капли сомнения все свои предположения о никчёмности ученическо-наставничьего тандема сына с Лютик. Марево не упоминает в своей речи мать Фазана, она уже давно отошла на второй план, она нуждается в покое, а не в том, чтобы ей перемалывали кости за спиной. Трагическая судьба не должна быть предметом насмешек, здесь ничего уже изменить было не дано - зато в лапах Фазана находится чья-то будущая жизнь.

Отредактировано Марево (2020-12-18 13:51:37)

+1

5

Последние нелепые мысли вылетают из головы Фазана стремительно, стоит ему только наткнуться на ответно режущие интонации("Жалко"), на пустой взгляд Марева и вздрагивающие в подобии улыбки уголки губ. Нет больше никаких сожалений, нет слабостей и неозвученных вопросов в холодно-раскаленном воздухе, потому что спокойный голос и безразличный взгляд не столько восхищает, сколько... пугает?

Фазан знает, что значит сохранять самообладание. Ему не раз приходилось держать лицо, пока в груди жарко жгло и ревело нечто разрушительное. Это было почти красиво всякий раз: он казался чистым воплощением затишья перед бурей, кристальной ровной водной гладью озера, страшные обитатели которого опасно скалятся со дна, но никогда не показываются на глаза посторонним. А вот с Марево все иначе: чернота его глаз не выражает ничего, кроме простой черноты. Взгляд в них ощущается так же, как взгляд в бездну, зияющую перед тобой. Притягательная, но ужасно страшная тьма, от которой и мурашки по позвоночнику, и холод в животе.. И ты все равно, противореча инстинктам, делаешь шаг. И пропадаешь.

Иссиня-черный воитель еще держится, хотя ощущает себя уже не на расстоянии шага, а где-то на середине этого короткого пути. Точно лапа поднята в стремлении оступиться и нырнуть вниз, но разум все еще сопротивляется: стойко, похвально. Так, как не получалось в детстве. И абсурдно то, что от шага Фазана удерживает совершенно неожиданная мысль, которая не является сильным аргументом. Она даже звучит жалко(отвратительное слово). И суть ее проста: у Марева нет сердца, а в груди Фазана оно по-прежнему бьется (сейчас - часто-часто, и от этого немного кружится голова). Поразительно, да? Кто бы мог подумать, что сердце Фазана все еще способно не просто качать кровь, но и чувственно, нелогично делить окружающее на "ради" и "вопреки", на размытые и весьма специфичные фазаньи "хорошо" и "плохо"? Кто бы мог подумать, что почти с детским восторгом ему захочется плюнуть Мареву в лицу иррациональное "я живой"? Плюнуть, улыбнуться, почувствовать. Быть может, крепкая фантомная хватка на горле стала бы немного слабее.

[indent=2,0] Быть может.
Мечтать не вредно. Пойти по пути честности и открыться - слишком простое решение (невероятно, невозможно сложное). Фазан уже давно не ребенок, способный поверить, что разговор по душам может решить семейные проблемы. Впрочем, будь это так, на них с Маревом все равно бы не сработало: они ведь не семья, так? Уже так давно, что иногда невольно себя спрашиваешь: а были ли? Не является ли вера в далекое прошлое, где они были другими, простой попыткой травмированного мозга найти безопасное место в аллее воспоминаний, куда можно сбежать всякий раз, когда жизнь ставит подножку?..

Плевать. Плевать на мотивацию, на безразличие в ответ на внутренний огонь, на силу в ответ на слабость. На то, что план провалился, что задеть не удалось никого, кроме как себя самого. Фазану плевать в первую очередь потому, что ему должно быть плевать, во второю - потому что Марево не заслуживает иного.
[indent=2,0] Не от него.
[indent=2,0]  [indent=2,0]  Не теперь.

- Пусть Звёздное Племя освещает ваш с Лютиком путь, - хитрый фанатичный ублюдок. Фазан просматривает за серьезностью тона желание спровоцировать. Правильный, суровый, образцовый воитель Марево ни с чем не справляется лучше, чем с гаденькими махинациями вроде провокации через давление. А давить умеет он так и вовсе превосходно: одним присутствием, дыханием, голосом и взглядом. Умеет влезть в мысли и перевернуть все с ног на голову. Фазан тоже таким промышляет нередко, но с отцом почему-то не работает. И это бесит даже сильнее, чем многозначительность его издевательских слов. Чудом он находит в себе силы не съязвить на тему веры, просто скучающе закатив глаза. А в груди продолжает клокотать. - полагаю, что падение в холодную воду на берегу озера является частью вашей тренировки по закалке, а падение во время охоты символизирует тернистый путь к успеху, - молодой воитель почти удивляется тому, сколько грубой и неприкрытой грязи у Марева во рту. Особенно эффектно смотрится в сочетании с его гнилым взглядом.

- Вот только не надо делать вид, что твое обучение проходило исключительно гладко, - Фазан улыбается. Почти без издевки. Почти вымученно, - я ведь все равно в это не поверю, - конечно же Мареву плевать, во что он там поверит или нет. Именно поэтому такие слова можно кидать запросто, не продумывая последствия.

- Думается мне, что данный потенциал действительно можно направить в нужное русло, он понадобится твоей горе-ученице на поле боя, ведь в бою необходимо блестяще и безукоризненно ударить мордой в грязь, - продолжает издеваться Марево. Фазану нестерпимо хочется рассмеяться: то ли нервно, то ли от удивительной противоречивости действий старшего воителя. Всем своим видом он демонстрирует превосходство: спокойный, точно скала, он выглядит действительно мудрее и опытнее Фазана, который пусть и держится прямо, стойко, но все равно позволяет оппоненту себя задеть, и эти чувства позорно и искренне отражаются в его глазах. Марево, возвышаясь над сыном в этом отношении, все равно спускается с небес на землю всякий раз, когда провоцирует и жалит. Фазану не интересно, как он объясняет себе же эти нападки. Ему достаточно сформулировать собственное объяснение и в него верить:

[indent=2,0] они похожи.

Так поразительно похожи в чем-то темном, сильном, глубоком, что становится восхитительно тошно от редкой возможности окунуться с головой в чужую тьму. Навряд ли Марево чувствует то же самое, навряд ли его стремление задеть Фазана продиктовано того же рода обидой и ненавистью  - но это так незначительно! Не меняет ничего. Не влияет на то, что он просто делает это снова и снова: кусает, жалит, провоцирует, возвышается. Давит авторитетом. С ярой верой в то, что собеседник жалок; с наплевательским отношением к тому, что собеседник так же думает о нем.

А если так - в бездну всё это! Образцовую выдержку, самоконтроль, завуалированные издевки и безразличие. Они хороши только там, где работают по назначению, а Марево уже неоднократно доказал, что применять к нему его же методы - все равно что отсрочить неизбежное. Пробежать еще один круг в бесконечной гонке не ради чего-то, что можно получить, но для сохранения и без того скверного текущего положения. Так что изменится, если он действительно будет честен? Упадет в глазах отца? Это же просто смешно. Падать, кажется, уже некуда: дно обнаружено и досконально изучено, причем настолько тщательно, что Фазан начинает на этом дне скучать. Но что произойдет, если он заговорит? Обнажит то, что бессмысленно прячет? Будет больно, гадко, стыдно, растерянно, безвыходно и темно. Без пути назад. Но это будет воистину интересно.

И он делает тот маленький шаг у себя в голове, от которого еще совсем недавно себя удерживал с полной уверенностью. Горько усмехается, наблюдая собственную нестабильность, прежде чем ответить:

- Так вот что ты делал, да? Все те луны, что строил меня часть за частью, гоняя на изнурительные тренировки сверх обычных? Заботился о том, чтобы я в грязь мордой не ударил? Что же, спасибо! - Фазан останавливается и смотрит на отца с жаром в груди. Сердце откровенно сходит с ума, и поделать с этим что-то невозможно. - Хочешь услышать непопулярное мнение? Порой нужно упасть. Кому-то - единожды, а другому - целую дюжину раз перед тем, как осознать что-то действительно стоящее. Мне приходилось день ото дня биться головой, падать, ломаться. Но в итоге я понял то, что было необходимо. Увидел ярко и отчетливо, что проблема не во мне. Проблема всегда была в тебе, - и внезапно ему становится поразительно легко оттого, что он просто произнес это вслух. И он смеется, искренне смеется, не находя в этом себя. Это немного пугает, это нужно будет исправить, но явно не сейчас. - Мне всегда казалось, что ты - образец идеального воина. А сейчас вижу другое: ты пустой и отчаявшийся кот без целей, без смысла. С сердцем, как у лисы. И навряд ли кто-то сможет тебе в этом помочь.

Фазан говорит все это, и с плеч его словно медленно сходит извечная тяжесть. Но за откровенными словами, за тем, что он считает правдой, теперь виднеется что-то очень старое. Запечатанное глубоко-глубоко внутри. И оно жалится, воет, кричит так громко, что становится сложно его игнорировать. Призывает воителя посмотреть на тот портрет Марева, что он обрисовал, еще раз, и обнаружить неизбежно, что смотрит он вовсе не на отца. На себя. На того, кем обещал себе не становиться когда-то очень давно, будучи еще Птицелапом. Исповедываясь перед Зайцеловом, вопя во всю глотку там, где никто не видит. Ища поддержки и любви у матери, мечтая, чтобы она спасла, укрыла от той ненужной, грязной тьмы, что проникала в него все глубже, пока не стала частью личности. Окончательно.

Предки, почему это так горько? Почему внезапно хочется молиться, по-идиотски, без веры, но с простой надеждой, что выше тебя стоит кто-то, кто может исправить все те ошибки, что ты успел совершить?

Смешно, смешно, смешно до колик в животе. Таким смехом хочешь разразиться, когда получаешь удар в спину от кого-то, кому безоговорочно доверял, и в итоге корчишься от боли, плюешься кровью, упиваешься ранящей первой честностью.. И не можешь остановить истерический хохот, для которого не хватает воздуха в легких. Фазан бы смеялся теперь именно так, но он и без того задыхается. Не находит в себе сил втянуть носом воздух, панически смотрит куда-то мимо Марева, ему за спину, попутно копаясь в их общих воспоминаниях. Легкие начинает печь, и он наконец-то с трудом делает вдох, тут же выдыхая:

- Посмотри, что ты со мной сделал, - криво улыбается, потому что на искренне вымученную улыбку у него нет сил. Фазан прекрасно понимает, что будет корить себя за сегодняшний диалог, который позднее сочтет слабостью, много-много дней подряд. Прокрутит в голове еще не раз. Но сейчас, только сейчас, у него есть возможность продолжить начатое. Быть честным. Выкопать погребенное внутри. - Когда не стало брата, а затем и сестры, мне тоже было тяжело. Ты не задумывался над тем, что они могли быть и мне дороги? Ты был мне нужен. Ты был нужен нам, - зубы скрипят, когда через силу он начинает говорить о матери. Всерьез он старается о ней не думать никогда: слишком тяжело. А говорить вслух - во много раз хуже. - Ты думаешь, что мама окончательно сломалась тогда, когда потеряла своих детей? Считаешь, что во всем виновата судьба? Это приятная, легкая ложь. Ты никогда не согласишься, но ты тоже бесконечно виноват! Ей требовались любовь и поддержка. А ты отдалился, сосредоточился на моем воспитании. Ты не смог спасти ее. И я тоже не смог.

Марево наверняка станет тошно от того, как сильно и искренне его сын себя жалеет. Какими унизительными способами пытается зашить раны, оставленные давным-давно и жизнью, и родными, и по собственной воле. Фазан не удивится, если его стошнит прямо к его лапам, он даже не станет возражать. Все равно. Все это - пустое. Есть только рой мыслей в голове, стирающие ребра в крошку воспоминания и странный, противоестественный, неуместный штиль в сердце.

Этот штиль позволяет поднять голову по-привычному гордо, и та же гордость искренне отражается в глазах, когда он смотрит прямо на отца, и
[indent=2,0] всего на миг, но
принимает себя.

Отредактировано Фазан (2020-12-20 17:25:33)

+2

6

Марево одинок - Фазан и его мерзкие слова осколками врезаются каждый раз с силой в морду, в живот, режут глаза и тянут жилы, скручивают в тугой узел внутренности, как бы Мареву не хотелось, чтобы слова не достигали его угольно-чёрных ушей и не взывали к тем жалким крохам горьких и мрачных эмоций, что всё ещё теплятся в широкой груди огромного кота - не получается. Тёмная сущность Марева покоится где-то на дне, под спокойной толщей, словно ил на песчаном днище, только вот Фазан с размаху кидается в омут и березит раны, превращая кристально чистые воды в мутную жижу, утопая сам.

Ни один мускул не дрожит на беспристрастной морде Марева, Фазан предсказуемо молча закатывает глаза, чуть ли не отплёвывается, когда в воздухе повисает бесхитростное благословение, язвительные замечания Фазана. Лицевые мышцы у Марева будто атрофировались, убийственное спокойствие и безразличие служит ответом на слова Фазана о том, что в детстве Марева тренировки тоже наверняка проходили не всегда гладко. По мнению Марева первый раз - случайность, второй - совпадение, третий - закономерность, у Лютик осталось до опасного мало шансов доказать, что она не совсем пропащая и Марево в очередной раз оголяет клыки в поистине мерзкой, тёмной ухмылке, отчего у маленьких котят при виде её маленькое сердечко замирает в груди, а по загривку расползается немое чувство необоснованной, иррациональной тревоги.

— А ты не находишь, что у Лютик ещё ни разу ничего не проходило гладко - лишь сплошняком одни провалы, травмы, падения, неудачи, — язвит, под стать иссиня-чёрному Фазану, плюётся в его сторону, изогнув саркастично одну бровь, как всегда любил делать Фазан, — У меня были неудачи, — кивает в подтверждение, улыбается снова, неестественно радостно, жутко, улыбка на затрагивает оранжевых прожигавших глаз, лишь губы растягиваются в оскале - ты самая главная из них - криво ухмыляется и отводит от сына пронзительный взгляд, — Единожды, их можно пересчитать по пальцам одной лапы, но у твоей целая череда и, судя по всему, останавливаться она на достигнутом не собирается.

Из последующих слов Мареву кажется, что Фазан действительно отчаянно хочет упасть, ему это необходимо, чтобы все увидели, что на самом деле Фазан - мнительный неудачник, строящий из себя не пойми что. Ощутить на своей шкуре несмываемый позор, жалость соплеменников, о, как это Мареву знакомо. Гибель двух его малышей заставила его пережить весь этот кошмар - утешительные взгляды, жалость, от слов сожаления и сочувствия к горлу подкатывала тошнота отвращения, Марево стремился избавиться от этого как можно быстрее, утопая в тяжёлом труде на благо племени, круглосуточно пропадая на охоте, но если Фазан так хочет ещё больше трагедии в своей и так не особенно счастливой одинокой жизни, полной глупых фанатиков да и только - пожалуйста. Марево даёт ему последний шанс, Фазан отмахивается от него, как от назойливой мухи, и в конечном итоге получит желаемое.

— Я был с тобой тогда, — Марево морщит переносицу, хмурясь - ему явно не нравились разговоры по душам - выбирать правильные, верные слова он не умел, чужая душа для него - дебри, он откровенно не понимает, чего Фазану тогда не доставало, — Если бы ты не бился день ото дня на тренировках, не вбивал в мышцы и кости мастерство и умение, то понял бы, что необходимо? — Марево состраивает презрительную гримасу, язвит снова, хриплым голосом,  — увидел бы "ярко и отчетливо", что во всех грехах почему-то повинен я? Скажи, это Я виновен в том, что ТЫ не можешь ничему научить Лютик? Я виновен в том, что ТЫ, как наставник, из себя ничего не представляешь, хотя я измывал тебя тяжёлыми тренировками, которые всё-таки сослужили тебе хорошую службу в твоём воинстве? Мне помощь не нужна, хоть у меня и сердце лисы, я воспитал хорошего воина, а ты, вместо того, чтобы взять себя лапы скидываешь вину на меня! — С каждой брошенной фразой, Марево подступал к Фазану, нависая над ним огромной тенью, подходил на шаг ближе, угрожающе скалясь, тесня того всё дальше в темноту, — Твоя мать не получила от тебя любви и поддержки тоже, но ты позволяешь себе высказываться так о ней - и её, и тебя, после определённого момента я перестал контролировать - ей необходим лишь покой и отдых, а ты давно уже вырос, хоть и не перестал заниматься полной ерундой, собирая себе импровизированную толпу поклонников, вместо того, чтобы надевать каждый раз надуманный венец себе на голову, лучше бы подумал о том, как уберечь собственного оруженосца от глупой погибели, сын.

Отредактировано Марево (2021-01-09 00:23:47)

+1