Ромашка цокнул языком.
— Совсем от лап отбилась.
Пепел за уши оттаскал бы. Шляется Цап весть где, потом огрызается, когда её воители допрашивают. Это хорошо: значит, Иголка пока в здравом уме и твердой памяти. Вот когда начнет мямлить да оправдываться стыдливо, тогда Ромашка забьет тревогу.
Конечно, оруженосцы должны соблюдать дисциплину, но... Манерам юницу пускай наставник учит, а не заместитель. Ему надо только убедиться, что Иголка способна дать отпор обидчикам. Дерзость Ромашка простить мог, а вот лентяев ненавидел. Особенно среди молодняка, ведь дети — они, знаете ли, цветы жизни, им нельзя без дела чахнуть. Будет стабильно пропускать тренировки — отдаст пигалицу Хвостолому на растерзание, он-то мозги вправлять умеет, аж с земли потом соскребать придется.
К слову, о молодняке. Эхушко до сих пор стоял рядом. Казалось, Ромашка дал ему предостаточно интонационных подсказок, что пора бы скрыться с его зрячих глаз долой. Неужто малец еще и оглох до кучи? Только вопрос времени, когда запахи воспринимать перестанет...
Хорошо, что Иголка взяла это недоразумение на себя.
Прелестная девица, что ни слово, то будто песнь соловьиная. Подрастающий эталон Сумрачной воительницы.
Правда, вместо детской Эхушко понесся к Храброягодке, громко выкрикивая её имя на бегу. От звонкого мяуканья котенка Ромашке даже издалека стало дурно, а целительнице этим голоском вблизи наслаждаться. Ну да ладно, ей судьбой предначертано с калеками возиться. Им, простым смертным, не понять.
Слава предкам, что создали Ромашку воителем, еще и котом: хоть всю жизнь в патрулях проводи, вдали от больных или детских.
Он повернулся к Иголке, раздраженно скривив морду.
— Да пускай сбегает. Может, королевы его нарочно отпустили, — все-таки, Эхушко был сиротой. Еще и обузой для племени. Матери сейчас переживали в первую очередь о родных котятах, каждый лишний рот понижал шанс, что их дети прорвутся через Голые Деревья.
Ромашка частенько задумывался об этом. Каждый раз, когда видел, что Мотылек делит со слепцом добычу. Не исключено, что сестрица именно потому настолько низкая для своего возраста: слишком уж она благородная. Не понимает, что будущий оруженосец должен питаться лучше, чем будущий шестилунный старейшина.
Впрочем, хватит думать об Эхушке. Тут уж ничего не поделать. Надо о себе позаботиться. И, заодно, о племени, ведь сильные бойцы — сильное племя.
— Видимо, Пепел сегодня ночует у Грозовых. Так что мое предложение всё еще в силе, Иголка, — напомнил Ромашка.
Не, если хочет, пускай дальше торчит в пропахшем смертью лагере.
А он пойдет развеется.
→ Тенистая роща
Отредактировано Ромашка (2025-11-06 18:12:01)