Новости

● Для удобства навигации на форуме создан ПУТЕВОДИТЕЛЬ. Здесь вы можете самостоятельно найти ответы на все возникающие вопросы

● Не забудьте принять участие в традиционном голосовании "Самый-самый #19".

● На форуме в данный момент проводится голосование за оформление табличек к профиле. Оставьте свой голос!.


Рейтинг форума PG-13. Запрещено описание особо жестоких сцен, отсутствует откровенная эротическая составляющая.

Коты-воители. Отголоски прошлого

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Коты-воители. Отголоски прошлого » Флешбек » Там, где глубже сумрак хмурый


Там, где глубже сумрак хмурый

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://sa.uploads.ru/F2Wi6.png
«Там, где глубже сумрак хмурый».
Штормик → Дикозвёзд

Главная поляна Грозы, глубокая ночь
котёнку немногим меньше луны
Дикозвёзд долго работал над восстановлением лагеря котов Ветра, в какой-то момент беспокойство привело его на территорию Грозовых, где временно разместились королевы с котятами, старейшины и раненые. Он пришёл под покровом ночи, чтобы убедиться, что у его соплеменников всё в порядке.
Примерно в тот же момент из целительской палатки тихо выполз Штормик, который никак не мог уснуть из-за болящих ожогов. Увидев фигуру странного кота, он решил узнать, кто это такой.

Отредактировано Штормик (2016-07-25 01:55:52)

0

2

После пожара Штормик долго боролся за свою жизнь. Не он один, в палатке бывали раненные и кроме него, поэтому Штормик быстро уяснил, что никакой он не особенный, а так как самоуверенности ему было не занимать, он нарочно отодвигался подальше, чтобы Колос и другие целители сначала уделили внимание другим раненым. Но Колос был достаточно умён, чтобы не позволять ему подобных вольностей, заставлял глотать горькую траву, а когда не получалось заставить, то запихивал насильно. Штормик ценил, что о нём заботились, но мечтал поскорее вернуться в Детскую, к матери и Вьюжке. Он не так давно открыл глаза, но уже успел научиться общаться и узнал много нового. Кроме того, Штормик посмотрел на своё отражение в небольшой лужице. Это было самое ужасное, как ему показалось. Его губы оказались опалены и выглядели некрасиво, все в болячках, которые он во сне незаметно для себя расцарапывал когтями, ведь они жутко чесались. От усов практически ничего не осталось, а шерстка от воздействия пламени местами "закудрявилась". То ли дело Вьюжка с его аккуратной мордочкой и крепким тельцем, который уже начал активно изучать Детскую и знакомиться с Грозовыми котятами, пока его братец куковал в целительской, пытаясь избавиться от последствий падения под горящие ветви.
Впрочем, о пожаре Штормик знал только со слов взрослых и по ощущениям, которые испытал, когда был совсем крошечным. Мать рассказывала ему о рыжих языках пламени, таких же рыжих, как его собственная шерсть или ещё рыжее. О дыме и чаде, об угле и обугленных стволах и ветках, падающих вниз, на землю.
Когда Штормик только-только попал в палатку целителей, его почти всегда мучил жар. Ему снились страшные сны, в которых он полз во тьме, ничего не видя перед собой и натыкаясь на что-то нестерпимо жгучее. Наверное, это и были его ощущения от пожара. Жаль, что взрослые не знали, как он мучился, маленький и беспомощный. Но Колос быстро сбил жар, и ему на смену пришла боль. А потом Штормик открыл глаза и впервые увидел мир. Ему пришлось быстро подстраиваться под этот мир. И вот, вскоре этот самовольный комок меха уже старался не мешать целителям лечить других. Наслушавшись историй о воинах, о их деяниях, о том, что его соплеменники несмотря на раны встают и идут помогать своим в лагере, Штормик решил, что помочь им важнее, чем залечить ожоги какому-то бесполезному котёнку. Вместе с тем Штормик захотел научиться быть полезным. Он быстро понял, что Колос часто берёт паутину для замотки ран и тихонько передвинул свою подстилку поближе к моткам паутины. Как только кто-то заходил в палатку, Штормик срывался с места и на слабых лапках полз к паутине. Сжав моток, он порывался отдать его Колосу, даже если посетитель палатки просто зашел поздороваться. Целители объяснили Штормику, что своими действиями он больше мешает, чем помогает. Тогда Штормик забился в уголок палатки и больше оттуда не выходил, стараясь не жаловаться на собственную боль.
Но этой ночью ему было особенно больно. Больше всего болела морда, она просто горела, как от воспаления. Колос сказал, что раз болит, значит заживает, но Штормик плохо понял его. Он тихо мучился когда все уже заснули, стараясь не пищать, ведь храбрые воины не пищат.
Но уснуть так и не удалось. В палатке раздавалось мерное посапывание котов. Штормик приподнялся на подстилке и сполз с неё. Его ноги постепенно становились крепче, он уже мог преодолевать некоторые расстояния не уставая. Ещё немного, и он будет резвиться, как все подросшие котята. Вот тогда они с Вьюжкой зададут жару Грозовым сверстникам.
Штормик мечтательно улыбнулся и вздрогнул от боли. "Колос так мирно дремлет. Думаю, ничего страшного, если я ненадолго выйду подышать воздухом. Целители и без того, наверное, устают со мной возиться".
Штормик осторожно выполз из палатки. Он был ещё совсем котёнком - маленьким, лёгким, поэтому его шажки, совсем тихие, вряд ли кого разбудили.
Огромная поляна открылась его глазам, и рыжий котёнок замер, пораженный великолепием травы, неба, палаток и тёмных крон вдали. Пройдясь взглядом по поляне, он неожиданно заметил большую кошачью фигуру недалеко.
Фигура не двигалась. Штормик удивленно покосился на неизвестного кота, интерес в нём чаще всего пересиливал какие-либо страхи. Вот и в этот раз котёнок уверенно пополз навстречу загадочному зверю. Он подошел совсем близко и понял, что должен что-то сказать.
- Извини, ты тоже обжёгся и поэтому не спишь? - осторожно спросил Штормик. Взрослых в его мире нетрудно прогневить непослушанием, а выходить за пределы палатки Штормику никто не разрешал. Поэтому он на всякий случай опасался, несмотря на то, что большой кот отчего-то не внушал ему страха или трепета. Штормик подумал, что раз этот кот сходу не накинулся на него, наверняка он хороший.
Лапки котёнка уже порядком устали, поэтому он прилёг на траву и упёрся носом и ртом в холодную землю, подняв при этом глаза на взрослого.
- Уф, прям получше стало, - тихо сказал он, чувствуя, как холод от земли приглушает боль.
- Если что, я - Штормик. Ожоги эти болят, и я решил выйти немного проветриться.
Почему-то Штормику не было стыдно говорить взрослому, что у него что-то болит, в то время как перед целителями он нарочно бодрился, говоря, что ничего не болит, пока не начинало болеть очень сильно. А может быть, это просто магия волшебной прохладной ночи? Вокруг было так красиво, что Штормик просто терялся в этой красоте и уже не мог вести себя так, как привык обычно. Он казался более раскованным.

+3

3

Пустоши, некогда зеленые и прекрасные, сегодня были просто одним большим раскаленным углем, тлеющем даже ночью. Дым от него закрывал звезды, заполнял воздух и здоровые легкие Ветровых котов, заставляя даже самых сильных кашлять и тереть глаза от едкой вони. Это было сущим кошмаром. Но все-таки, в трудные минуты соседи проявили невероятное гостеприимство и позволили перевести больных в их лагерь. Дикозвёзд был бесконечно благодарен Грозовому племени, за оказанную помощь, и днем и ночью не покладая лап, помогал восстанавливать лагерь, чтобы не злоупотреблять чужой добротой. Он понимал, насколько сложно было кормить лишние рты, но в самом деле не мог ничего поделать, потому что даже охотиться самим котам племени Ветра было негде. К тому же до сих пор то тут, то там вспыхивали новые пожары. Каждый новый день грозился разрушить все, что они с воителями успели восстановить, и это постоянное напряжение сводило с ума.
Возможно поэтому Дикозвёзд стал в последнее время очень нервным, и боялся каждого куста, будто внутри него уже полыхали языки пламени. Он мало спал, но даже тогда, когда выдалась редкая возможность - ушел проверить, как себя чувствуют его соплеменники, отосланные в чужой дом.
Он пришел ночью, но его впустили без лишних слов. Возможно он настолько плохо выглядел, что сошел за больного? Нет, наверное, дозорный просто понял его беспокойство и потому пропустил. В любом случае, посреди ночи бело-полосатый кот тихо пробрался в лагерь Грозового племени, но никого из своих бодрствующими не застал. Оно и понятно, с чего бы им было гулять в такой поздний час. Но к Дикозвёзду сон не шел. Он тихо обошел соплеменников, дабы хоть так убедиться, что они чувствуют себя хорошо. Два племени в одном лагере, все-равно это сложно. Так что беспокойство предводителя было обосновано. Он не хотел, чтобы где-нибудь вспыхнула ссора, так что старался за всеми приглядывать, хоть это и было почти что выше его сил.
"Наверное, стоит дождаться утра... Уйду с рассветом, как только кто-нибудь проснется. Думаю у них все в порядке... Надеюсь."
Дикозвёзд сел около палатки, в которую поселили его котов. Он молча смотрел в темноту, выглядывая из оврага, но там были только черные силуэты деревьев, да затянутое серой дымкой небо. Ему было тесно, он ощущал какое-то едва ли не физическое давление он высоких, нависающих стен, но не смел жаловаться. В нем пробуждалась только тоска по родному лагерю, где с любого камня были видны холмы и бескрайние просторы полей. Кот не понимал, как можно жить в каменной клетке, но каждому свое. И в целом здесь было вовсе не плохо.
Погружаясь все время в свои мысли и проблемы, предводитель словно бы засыпал с открытыми глазами, хотя и видел все вокруг. Ему было совсем не до сна. Хотя он мог забраться в пещерку и уснуть, где-нибудь в уголке, чтобы поутру пробудиться вместе со всеми. Изнутри время от времени слышалось тихое покашливание. От этих звуков легкие Дикозвёзда словно сжимались, а горло начинали давить собственные приступы, но он с достоинством сдерживал их, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Кашель не обошел стороной никого. Но такому позднему незваному гостю было просто непозволительно шуметь. Лишь раз кот не сдержался и тихо кашлянул. Было тяжело остановиться, хотелось выплюнуть треклятый дым, но если бы проблема решалась так просто. Было больно не дышать полной грудью. К тому же, вытаскивая всех до последнего из полыхающего лагеря, Дикозвёзд так же не избежал ожогов. Некогда белая шерсть на передних лапах была подпалена, потемнела, и едва прикрывала красную от ожогов кожу. Но эти раны были не так крупны, а значит и не слишком страшны. Спаленная шерсть была и на боках, вообще по всему телу. Мелкие ожоги. Но предводитель был уверен, что это пройдет и без излишнего отдыха. Пускай и чуть медленнее. "Получать новые жизни было не так больно, так что я как-нибудь переживу."
Но вот, на поляне показался кто-то другой. В какой-то момент Дикозвёзд испугался, что его кашель кого-то разбудил, но фигурка целенаправленно двигалась в его сторону и не выглядела недовольной. Воспаленные глаза размывали очертания гостя, так что узнать его в темноте предводитель сразу не смог.
Такой заботливый вопрос заставил кота улыбнуться.
- Нет, мне просто не спится, - ответил он, приглядываясь к юному соплеменнику. У бедняжки была подпалена морда. "А они-то за что так страдают. Только вошли в жизнь, а она уже к ним так беспощадна," - предводитель был зол на огонь, хоть обижаться на стихию и было бесполезно. И на себя за то, что не успел вывести всех вовремя. До того, как кто-то пострадал. Но, хоть малышей выносили всех раньше, кто-то все-равно пострадал.
Котенок лег на траву рядом, стараясь как-нибудь охладиться, и похоже ему это удалось. Дикозвёзд все еще продолжал улыбаться. Он успел позабыть, насколько любит котят. Эти маленькие, неугомонные комочки шерсти, которые тянутся поскорее познать мир и вступить во взрослую жизнь.
Решившись немного подыграть малышу, предводитель сел (хотя вернее сказать лег), вытянув вперед свои длинные лапы. Влажная от ночной росы трава приятно холодила тело.
- Ты прав, это правда помогает, - согласился он в итоге, немного склоняя голову набок. Насколько он знал котят, они любили выглядеть умными и самостоятельными. Так что небольшое признание смышлености не помешает. К тому же кот был благодарен за составленную кампанию. Гнать Штормика спать все равно не было смысла. Предводитель представлял, как ему трудно уснуть.
- А я - Дикозвёзд, - в ответ представился он, вспоминая наконец, что помнит этого малыша. Сын Кремки, родившийся в день смерти отца. То были ужасные деньки. Но и сейчас было не лучше. Племя Ветра словно запуталось в одной сплошной, нескончаемой черной полосе. - Пришел проведать вас, но кажется все спят. Как вы тут поживаете? - поинтересовался он, вдруг осознав, что хочет как-нибудь продолжить диалог. В одиночестве его одолевали невеселые мысли, а общество Штормика их разгоняло. Предводитель взглянул на маленького собеседника и вдруг снова приглушенно закашлял. "Да когда же это кончится. Я так пол лагеря разбужу." На самом деле, кашель его был вовсе не так громок, как ему казалось. Но тем не менее он бы предпочел не кашлять вовсе.

+1

4

Обнаружив, что его рассматривают, Штормик подполз ещё ближе. Ему нечего скрывать от взрослого. Спалённые усы, обожженная морда - кого этим удивишь? Но теперь, когда взрослый увидел его поближе, рыжему котёнку хотелось увидеть поближе взрослого. Ночь сезона Зеленых Листьев не так уж темна, поэтому Штормик разглядел силуэт и участки белой шерсти в окрасе кота. Но самое интересное - зеленые глаза-огоньки. Ему показалось, что эти глаза даже ярче, чем у его матери, Кремки.
Взрослый обходился с ним по-свойски, не торопился и не прогонял. В целительской палатке Штормик редко заслуживал такое внимание. А ещё взрослый, последовав его примеру, положил свои обожженные лапы на землю, в траву. Штормик сразу понял, что они обожжены, увидев еле заметную болезненную дрожь, когда один обожженный палец на лапе касается другого. Кроме того, сам вид лап казался очень знакомым. Больных с ожогами Штормик видел почти каждый день. Чаще всего оказывались обожжены лапы, уши, носы - всё, чего легко касался огонь. Не так давно из палатки ушел кот, поскользнувшийся во время пожара и рухнувший на горящую ветвь животом. Штормик не чувствовал никакого страха перед ранами или кровью, атмосфера целительской палатки стала для него роднее и привычнее, чем атмосфера уютной Детской с мягкими подстилками для котят и сказками королев.
Если бы Штормик ничего не знал об ожогах, он захотел бы погладить эти лапы, видя грустные глаза большого кота. Но он не понаслышке знал, каким болезненным бывает прикосновение к ожогу, даже заживающему. Поэтому он решил, что лучше развеселит кота своим хорошим настроением, даже если на самом деле Штормику будет довольно грустно.
- У тебя забавное имя, Дикозвёзд, - сказал он и широко улыбнулся, прищуривая глаза. - Я рад, что ты здесь, со мной. Одному мне было бы одиноко. 
"Вообще-то, мне почти всегда одиноко, когда рядом нет Вьюжки и мамы. Воины иногда подбадривают меня, но у них слишком много дел, чтобы посидеть с таким малявкой как я. И я это прекрасно понимаю и не стану капризничать. Даже если очень хочется".
Он услышал кашель Дикозвёзда и приподнял губу в неловкой улыбке. Почувствовав волнение взрослого, Штормик поспешил сказать:
- Ничего страшного. Все уже привыкли к этим звукам, они не проснутся. Даже эти... Грозовые.
Среди мешанины бесед взрослых котов он с трудом вычленял что-то понятное для себя. Мало зная о племенах и в частности своём собственном, он мог сказать только о том, что принадлежит к племени Ветра и что его семья сейчас живёт в Грозовом племени. Но он всё равно путался, особенно общаясь со взрослыми. Штормик волновался и еле вспомнил, что племя, с которым сосуществует его семья, зовется именно Грозовым.
- Я думаю, мы хорошо поживаем, но не уверен точно. Колос отлично лечит,  поэтому никто из взрослых надолго не задерживается в палатке. Это я один такой, слабак, - он тяжело вздохнул. - Но зато моя мама, её зовут Кремка, часто приходит меня навестить. А недавно начал приходить ещё и Вьюжка. Вместе с мамой. Вьюжка - это мой брат, он очень классный и умный. Он рассказывал мне о многом и удивлялся, что я ничего не знаю о племенах. Мой папа, Ветрогон, очень серьёзный и важный. Но со мной он добрый. И он тоже порой заходит проведать меня, так что я совсем не одинок.
Были ли его слова искренни? Скорее всего, да. Он правда не считал себя одиноким, несмотря на то, что испытывал именно чувство одиночества.
- Сначала мама всегда была рядом, но потом она ушла, потому что в палатке не очень много места. Но я надеюсь, что скоро меня вернут к маме, я очень скучаю, несмотря на то, что она часто приходит. Если бы только взрослые меня послушали, они бы поняли, что я уже не так плохо себя чувствую, как раньше. А Вьюжка рассказывал мне про Детскую, как он видел там других котят, как приходила бабушка и рассказывала сказки. Но я горжусь, что я рядом с воинами.
Он улыбнулся довольно жалко, но не теряя достоинства. - Я почти как воин, только помельче и послабее. Но я обязательно вырасту. Может, я и не такой красивый как Вьюжка, но зато я слышал всякие ругательские слова, вроде "блохоголовый!" или "мышиный помёт!" и я всем в Детской покажу, когда приду туда.
Штормик хитро засмеялся. Все его слова, однако, не превышали той негромкой интонации, которую он избрал изначально. Этот котёнок считался довольно голосистым, но взрослые быстро научили его, что нельзя громко разговаривать или мяукать по ночам, поэтому Штормик стал тих.
- Но вообще-то, я думаю, что всё хорошо, - подытожил он. - Мне жалко тех, кто приходит в палатку, но их не останавливают ожоги. Они всё равно уходят. Это значит, что они не сдались, правда, Дикозвёзд? Я тоже не хочу сдаваться. Поэтому я не вешаю нос и стараюсь всем улыбаться. Это всё, что я пока могу.
Он вспомнил свои неловкие попытки помочь Колосу и ему стало стыдно за себя. Не стоило рассказывать такому важному взрослому, как Дикозвёзд, об этих нелепых вещах. Но в его жизни не было и ничего особо интересного, что могло бы понравиться взрослому. Это огорчало Штормика, ведь ему понравился этот взрослый.
- Подожди, - неожиданно он осознал одну важную вещь. - Если ты пришел проведать нас, значит ты из племени Ветра, да?
Собственная наивная догадка озарила его рыжую мордочку новой улыбкой.

+2

5

"Мне тоже," - улыбнулся про себя предводитель. Он вовсе не стремился просидеть в одиночестве до самого утра. Котята, как известно, много спят, но пока есть возможность, Дикозвёзд был вовсе не против наслаждаться кампанией Штормика.
Ночной ветерок шелестел листьями деревьев высоко над головами котов, но в овраг особо не задувал. И это вновь вернуло бело-полосатого кота к сладким воспоминаниям о доме, где ветру не было преград. Слишком сильный ветер, конечно, был не самым желанным гостем, но легкий, свежий ветерок летних ночей был всеми любим.
Предводитель отогнал воспоминания. Сейчас был не самый подходящий момент предаваться им.
- Жаль, что я не могу приходить сюда все время, - мурлыкнул он. В самом деле ему было приятно общество малыша, так почему бы и не пожалеть, что нет возможности почаще скрашивать его одиночество? Ему наверняка нелегко жилось отдельно от родни. В таком юном возрасте стремишься быть ближе, а уж потом хочется вырваться из под родительской опеки, стать самостоятельным.
Когда зеленоглазого заверили, что он никого не разбудит, он улыбнулся. Хоть и все равно внутренне беспокоился. Все-таки он не был ни раненым, ни старым, чтобы здесь находиться. Всего лишь ночной незваный гость. Так что хотелось вести себя так тихо, чтобы никто, кроме Штормика и дозорного о его присутствии не знал. В этом плане, обросшие папоротником стены лагеря спасали неплохо, поглощая звуки и делая их тихими и совсем не гулкими. От такого места Дикозвёзд ожидал совсем другого.
- У тебя большая семья, - улыбнулся кот в усы. Отчасти он делал вид, что не слишком знаком с ней, и отчасти правда не знал. Его дело помнить все имена и улаживать конфликты, если такие возникнут, но слишком много он ни о ком не знал. - Колос знает, что делает. Уверен, ты совсем скоро вернешься к родным. Они наверняка тоже скучают по тебе.
Дальнейший рассказ котенка вызывал у предводителя только теплые чувства. "Маленький воин, - улыбнулся про себя кот, - Почему мы не называем так котят?"
- Вырастешь. И станешь отличным воином, - подтвердил Дикозвёзд. Он и в самом деле видел в этом малыше что-то необычное. Чаще всего такие слова говорили многие, только чтобы потешить детское самолюбие, но предводитель говорил вполне искренне. Он бы не стал утверждать, что каким-то образом видит будущее или внезапно начал очень хорошо разбираться в котах, но с уверенностью мог бы сказать, но у Штормика был свой потенциал. Ему было больно, но он улыбался, держался и не жаловался. А это было присуще даже не всем взрослым воинам. Так что у зеленоглазого были причины на такие мысли.
Кот тихонько засмеялся.
- А когда кто-то делает непонятные или странные вещи, говорят, что "у него в голове завелись осы".
Не то чтобы Дикозвёзд стремился научить дитя плохому, но он просто не удержался. Из его памяти еще не стерлись воспоминания о детстве, в которых они со сверстниками едва ли не соревновались, кто узнал больше всех взрослых фраз. К тому же фраза эта была вполне безобидная, и кот искренне не понимал Королев, стремившихся запретить своим чадам говорить как взрослые. Ведь для них это было весело; побалуются да перестанут. Слова-то из головы все равно не стереть запретами.
- Верно. Они помогают восстанавливать наш дом, - кивнул бело-бурый. Слова Штормика только подтвердили сложившееся в голове предводителя впечатление о нем. Он улыбался, несмотря на боль, потому что хотел помогать другим. Вот они, истинно воинские качества. - Ты большой молодец, раз пытаешься всех приободрить. Поднять настроение ничуть не менее важно, чем, скажем, обработать ожог.
"Так он совсем не знает, кто я," - про себя догадался Дикозвёзд. Похоже Штормик был еще не знаком со "звездными" именами и теми, кому они принадлежат. Но отчего-то коту очень не хотелось признаваться, что он предводитель. Ему было приятно так вот непринужденно болтать, словно на равных, совершенно забывая, что на плечах груз ответственности за десятки жизней. Он как будто на время восстал из прошлого, такой беспечный и свободный, любитель повозиться с котятами. "Пусть это будет для него сюрпризом когда-нибудь," - решил зеленоглазый. Узнать его как предводителя Штормик еще успеет. Так что ни к чему подгонять события.
- Да, я из племени Ветра, как и ты, - ответил он, не отрывая теплого взгляда от рыжей шерстки. Было даже жаль, что вместо прогулок по родному лагерю, котята видят только этот овраг и скорее всего совсем ничего не помнят о доме. Да и как, ведь они тогда еще даже не открыли глаз. - Скоро пожар утихнет, и мы снова будет жить все вместе, одним большим племенем. Ну-ка, каким ты себе представляешь наш дом? - и Дикозвёзд любопытно сверкнул глазами, уже предвкушая узнать, на что способна детская фантазия.

+1

6

Завороженно глядя на Дикозвёзда, Штормик всё больше удивлялся. Вообще-то, воины всегда были добры к нему, к котёнку, особенно воины Ветра, но как правило, они оказывались слишком занятыми, чтобы выслушать его. Но в глазах Дикозвёзда был интерес, без снисходительности, которую Штормик привык замечать во взглядах окружающих. Они любили его, но ставили довольно чёткую границу, они - взрослые, он - котёнок, должен слушаться по первому слову. Послушание - это хорошо, конечно, и Штормик уже понимал, что взрослые хотят его защитить (хотя сам считал, что такой храбрый воитель, как он, сможет защитить их всех разом!), но отношение Дикозвёзда было другим. Он как будто заранее знал, что Штормик не будет делать ничего плохого, поэтому и не говорил ему строгих слов, не предупреждал ни о чём. Дикозвёзд был скорее ближе к котятам, чем ко взрослым, по крайней мере, своим лёгким отношением к действиям Штормика. Наверное, такое отношение здорово подкупает душу малышни, и Дикозвёзд и без него, без Штормика знает кучу котят, которым говорит такие вещи.
Он чуть усмехнулся, но по-доброму. В конце концов, каким бы ни был Дикозвёзд, сейчас он уделил драгоценное внимание именно ему. Он - настоящий воитель. Как Штормик это определил? От него пахло копотью, он был высоким и сильным, и, несмотря на обожженные лапы, Дикозвёзд ходил, а не отлёживался в палатке, а сюда наверняка дошел прямиком от самого "дома", который Штормику представлялся какой-то невероятно далёкой землёй, путешествие к которой может занять едва ли не полжизни для такого мелкого котёнка, как он.
Но у Дикозвёзда были длинные и крепкие лапы, наверняка он одним махом перелетел бы пол лагеря, а уж лес для него точно не стал бы преградой.
И при этом, являясь таким сильным котом, Дикозвёзд говорил Штормику, что тот станет отличным воином. Видя его, мелкого котёнка, он не отмечал его слабость или ожоги, а сравнивал... с собой? Для рыжего это было очень странно, но невероятно приятно. В тот же момент он решил, что тоже будет смотреть дальше внешности. Потому что Штормик верил словам Дикозвёзда. Если этот кот сказал, что он станет отличным воителем, то так и суждено! И всеми силами рыжий котёнок будет стремиться к тому, чтобы слова большого кота стали явью.
Он верно смотрел на Дикозвёзда, запоминая его слова, особенно про "ос в голове". Штормик никогда не видел настоящих ос, но само слово ему понравилось, особенно в сочетании с "головой".
Хитро прищурившись, он уже представлял, у кого из его знакомых завтрашним утром в голове появятся осы. И в каком количестве.
Однако довольно скоро Штормик посерьёзнел, радость утихла.
- Может быть я и большой молодец, но с ними мне не сравниться, - заявил он. - Я всего лишь обжог мордочку, а сижу днями в палатке. Я очень уважаю их, они сильные.
На самом деле, Штормик давным давно мог бы догадаться, что Дикозвёзд принадлежит к племени Ветра. Ожоги, запах копоти. Но почему-то в их беседе он воспринял Дикозвёзда едва ли не как какое-то волшебное существо или воителя из сказок, и только после его слов предположил, что взрослый относится именно к Ветру.
- Наш дом? - переспросил он. Его взгляд стал немного стеклянным. Дом казался ему чем-то великим, раз все эти воины жертвуют ради него здоровьем и жизнями. Он постарался включить фантазию. Наверняка этот дом - то самое место, в котором по-настоящему приятно жить.
- Я думаю, что в нашем доме нет Грозовых, - будь у Штормика усы, на этом моменте он смешно бы ими пошевелил. - Наверное там очень просторно и есть где разгуляться. И котят там не заставляют сидеть в палатках дни напролёт. Там очень много чёрной пыли, (под чёрной пылью он имел в виду, конечно же, гарь, копоть и пепел пожара), - В нашем доме хорошо, прохладно и не душно, а трава там очень мягкая. Наверное, там много всего красивого и края оврага не загораживают облака. Я хочу, чтобы это оказалось правдой, ведь я обещал Вьюжке, что дома всё станет хорошо и ничего не будет болеть.
Штормик поднял взгляд к небу и какое-то время молчал, задумавшись. Жизнь сделала его задумчивым котёнком, как и его брата, Вьюжку. Будь они сейчас вместе, оба были бы беспечными игривыми сорванцами. Судьба разлучила их, пусть ненадолго, одарив одного ожогами, а второго просто оторвав от брата, который был ему нужен.
- Слушай, Дикозвёзд, - неожиданно сказал он. - А у тебя есть семья и друзья? Если хочешь, я мог бы с тобой дружить.
Штормик широко улыбнулся и протянул Дикозвёзду лапу.

+1

7

"И ты станешь сильным. Такой обязательно станет," - подумалось Дикозвёзду, но он ничего не сказал. В его слова малыш вероятно все равно не поверит, а если поверит, может выйти только хуже. Становление воином штука такая, котят главное не перехвалить. Хотя Штормик выглядел достаточно взросло для своих суждений, и наверное не понял бы неправильно. В любом случае, ему еще через многое предстояло пройти и нет смысла убеждать его в том, что в конце ждет успех. Это несколько уменьшает рвение. Не хотелось ничего испортить.
Предводитель с искренним интересом слушал котенка, невольно сопоставляя его представления с реальностью. И у Штормика прекрасно работала фантазия. "Истинно он сын племени Ветра," - усмехнулся про себя кот. Ведь только настоящий воин пустошей мог видеть дом таким свободным и открытым. Таким, какой он и был. Когда-то. Сейчас всюду действительно лежал серый пепел, а вместо зеленой травы из земли торчали пожухшие желтые листья. Да и то не везде. Стоило неосторожным движением задеть такую травинку, как она рассыпалась в прах. Все стало таким хрупким и безжизненным, что было больно смотреть.
Но и на этой умершей земле, кое-где пробивались травинки. Маленькие, беззащитные, светлые. Зеленые побеги вырастали из-под пепла, напоминая всем, что на пожаре их жизнь не закончится. Ничто не было в силах остановить природу. И это дарило надежду, что, когда сойдет снег поры Голых Деревьев, территории племени Ветра вновь будут чистыми и прекрасными. Лишь иногда обгорелые стволы одиноких деревьев будут напоминать жильцам о пережитых кошмарах. А потом, спустя пару поколений, уже некому будет вспомнить, отчего они так черны.
- О да, там очень просторно. У нашего "оврага" вообще нет краев, - протянул Дикозвёзд. - А славный ветер как один из воинов гуляет по лагерю, когда вздумается. Я думаю вам там обязательно понравится. Кот улыбнулся. Жаль только мягкой травы сейчас было не сыскать. А от дыма щипало глаза, хоть ветра и пытались прогнать его восвояси. - И черная пыль исчезнет, чтобы из под нее выросла свежая-свежая травка. Ни у кого и нигде она не будет такой мягкой, - даже с какой-то хитринкой в голосе, промурлыкал он. И правда, что-то прекрасное удавалось найти даже сейчас. Несмотря на боль в ожогах, и зуд в легких, заставляющий предводителя периодически прокашливаться.
- Есть. Но я был бы очень рад подружиться с тобой, - весело сверкая зелеными глазами, Дикозвёзд приподнялся, и протянул лапу в ответ. - Приятно познакомиться, Штормик! - негромко, но с радостью в голосе, проговорил кот, словно желая этими словами закрепить новую дружбу.
А потом ему в голову пришла одна забавная идея.
- Теперь, когда мы друзья, скажи, - Дикий наклонился поближе к рыжим ушкам собеседника и понизил голос, - Могу я доверить тебе одно важное-важное дело?
Или история о том, как Дикозвёзд решил заиметь маленького шпиона в Грозовом племени.

+1

8

Когда Дикозвёзд начал рассказывать, как реально выглядит Дом, Штормик прикрыл глаза, чтобы лучше представить всё, о чём говорит взрослый. Овраг без краёв, ветер и мягкая трава. Что-то сказочное. Конечно, края  этой сказки всё равно укрыты чёрной пылью, но когда-нибудь оковы памяти спадут, и Штормик сможет разглядеть мир, не ассоциируя его с пожаром и территориями Грозовых котов. А пока ему остаётся терпеть, выздоравливать, мечтать и воображать, играть и развиваться вместе со своим братом, чтобы когда-нибудь своими лапами помочь вернуть былое могущество племени Ветра, нежданно погребенное под пеплом страшных пожаров.
Но когда Дикозвёзд протянул лапу в ответ, это было даже что-то большее, чем рассказы о Доме. Теплое прикосновение израненного воителя было чем-то невероятно важным, особенным. Да кто он такой, этот Штормик? Обычный мелкий котёнок. И тут огромный взрослый кот протягивает ему лапу, словно сам Штормик уже присоединился к рядам воителей. У него словно ком встал в горле, а губы слегка дрогнули. Пусть на миг, но он почувствовал себя словно бы таким же. Таким же храбрым воителем, в ожогах и черной пыли, идущим вперёд, навстречу жаркой огненной опасности. И это мгновение, несомненно, останется в памяти малыша, ведь такие события никогда не уходят, не исчезают.
Морда Дикозвёзда оказалась совсем рядом, от него пахло гарью, пылью и лесом, и Штормик вдохнул полной грудью, как мог, этот запах, чтобы запомнить его получше.
"Друзья. Он назвал меня другом!" - Штормик встопорщил ушки и во все глаза смотрел на полосатого кота. "Важное дело?"
Штормик лихо приложил переднюю лапку к своему ушку.
- Ты можешь доверить мне любое дело, если считаешь, что я справлюсь с ним. А уж я не подведу, особенно если от этого зависит судьба нашего племени!
Как всякий маленький герой, Штормик считал, что Дикозвёзд поручит ему едва ли не спасти весь лес. Будь на месте Дикозвёзда менее обаятельный и внушающий доверие кот, Штормик переспросил бы, что за дело и зачем это всё, но Дикозвёзду удалось завоевать доброту детской души, и маленький рыжий котёнок что угодно готов был сделать для своего взрослого друга.

***
Штормик выслушал указания Дикозвёзда. Предводитель поручил рыжику следить за всеми переговорами в целительской палатке и рассказывать ему. Такой маленький шпион оставался неприметным в любом случае, кто подумает на маленького обожженного котенка, что он на самом деле шпион предводителя? Штормик знал: он из кожи вон будет лезть, но поможет Дикозвёзду!

Отредактировано Штормик (2017-04-28 02:00:43)

+1


Вы здесь » Коты-воители. Отголоски прошлого » Флешбек » Там, где глубже сумрак хмурый