- Не надо... они мертвы, Мракокрыл. Они родились мертвыми. Все до единого,- дрожащая голосом сказала Ручейница.  Мракокрыл и сам уже это всё осознал, но слышать было гораздо больнее. Он не хотел в это верить, и слова подруги звучали словно в тумане. Ему казалось, что это какая-то ошибка, что Ручейница просто всё не так поняла, перепутала, просто нужно было подождать, и они начнут дышать! А она закопала их, не дав шанса... Он почему-то был зол именно на неё в этот момент, хотя совсем скоро ужасно устыдится своих мыслей.
Ручейница не стала останавливать его попыток раскопать могилу, и в каком-то невменяемом порыве Мракокрыл не мог остановиться сам, хотя если бы был в себе, понимал бы, как ужасны его действия. Разбросав верхнюю землю,  он наконец остановился, замер, словно каменное изваяние, тяжело дыша, как от быстрого бега, или словно только что тонул. Открытым ртом он хватало воздух, словно никак не мог называться, словно как эти самые котята был закопан в землю.
Наконец он бессильно уронил голову, будто от того, что этот дух безумия вдруг покинул его тело, и в нем совсем не осталось сил. Прошло какое-то время, прежде чем он смог снова пошевелиться, и первым же делам принялся возвращать обратно разбросанную им землю, и хвост его получал от чувства вины за своё безрассудство.
- Ручейница...- умоляющим голосом позвал он, догоняя кошку, бессильно упавшую на землю в направлении их убежища. Он не знал, что ей сказать, и что он может сделать, чтобы помочь ей набраться сил.  Говорить о том, что они заведут других котят? Какой в этом смысл? Он и сам после произошедшего не был уверен в том, что хочет пытаться снова. Да и одному Звездному племени известно получится ли теперь...
Ей нужна была помощь целителя. Он это понимал, и осознание того, что это невозможно был это ещё более пугающим.
- Тебе нужно отдохнуть. Пойдём...- он ласково обвил её хвостом за плечи, и подставляя опору, повел прочь в сторону места, где они устроили ночлег.

Мракокрыл внимательно осматривать землю перед лапами, прежде чем сделать шаг. На этой каменистой земле это было немаловажно, к тому же от его равновесия сейчас зависела и Ручейница, ведь черный кот подставлял ей плечо. Но дело было вовсе не в осторожности, на самом деле Мракокрыл просто боялся посмотреть на подругу,  поэтому так усердно примагничивал свой взгляд к земле. Разум тем временем отказывался воспринимать реальные зрительные образы, рисуя перед глазами совсем другие. Он видел бездвижных котят, припорошенных сырой землёй. И пусть он и не успел увидеть этот момент, он как-будто украл его из воспоминаний Ручейницы, и это никак не хотело покидать его мысли. Он даже не знал сколько их было, какого цвета были их шубки, били то сыновья или дочери, и не хотел задавать эти вопросы их бедной матери, чтобы лишний раз не напоминать об этом утре. Хотя неужели он думал, что она забыла? Конечно нет. Но затрагивать эту тему стало для него чем-то невозможным. Тем более, что картинка перед его мысленным взором была такой яркой, как-будто он на самом деле видел всё это сам. Может от этого было легче, чем могло бы быть, ведь он по крайней мере не успел ещё укорить себя за то, что он не был с Ручейницей рядом в эти ужасные часы.
Ручейница свернулась комочком в их временном гнезде, а Мракокрыл медлил, не зная имеет ли он вообще сейчас право уснуть вместе с ней. Ему, конечно, хотелось забыться, но он сомневался, что сможет это сделать... И ещё больнее было от того, что он никак не мог помочь это сделать Ручейнице.
- Мракокрыл, - Ручейница внезапно схватила его за лапу. - А что... а что, если я тоже... у... - она расплакалась, и Мракокрыл широко распашные глаза от страха, когда понял, о чем она хотела сказать.
- Нет, даже не думай об этом! - воскликнул он, кидаясь к ней в гнездышко и прижимаясь к ней боком. - Мы все преодолеем. У нас всё ещё впереди, вот увидишь... - бвстро говорил он, не зная кого больше пытается убедить – её или себя самого. Он ведь уже обещал позаботиться о ней и котятах. И не смог уберечь котят... Что теперь значат эти пустые слова? - Как же я? Чем мне тогда вообще продолжать жить? - чуть тише добавил он, пытаясь уцепиться и с другого ракурса. Он ведь жил теперь только ради неё.

Отредактировано Мракокрыл (2020-10-13 19:09:57)

- Это я во всем виновата, - вздохнула Ручейница, и у Мракокрыла упало сердце: он подобрал не те слова, и только ещё больше заставил её упасть духом.  Но он и правда не знал, что ещё можно было сказать и как её поддержать.  Да что и говорить, ему и самому не помешала бы поддержка. Он был также разбит и подавлен и с трудом представлял, как им жить дальше. Сейчас ему не помешали бы друзья. Вот они – плюсы племени. Он вспомнил о былой дружбе с Осозвёздом, и успел на мгновение даже взгрустнуть о потерянном, но тут же выбросил это из головы: племя предало его во главе с Осозвёздом. Никто не заступился за них. И теперь и думать об этом не было смысла.  Есть только он и Ручейница. И как-то надо было выбираться из этого состояния.
Пока он думал, что ответить, Ручейница уснула. Мракокрыл тоже прилёг и провалился в глубокий сон. Когда проснулся, Ручейница всё спала, и он не стал её будить, просто отправились на охоту.  Но в этих неприветливых камнях по-прежнему не было никакого намёка на дичь. Он долго плутал,  пока не нашёл таки одну тощую мышку, которая была настолько измождена, что даже не убегала от кота. В другой ситуации он бы и постыдился возвращаться только с такой добычей,  но переживал, что Ручейница будет переживать из-за его долгого отсутствия. Да и какой смысл тут ходить? Если тут даже трава и та толком не растёт. Если честно он уже пожалел,  что выбрал маршрут в горы... Ведь чем выше,  тем будет тяжелее.
Когда он вернулся, Ручейница всё также спала. Он честно говоря был не уверен, просыпалась ли она вообще.
Будить её Мракокрыл снова не решился, положил свою свою мышку недалеко от подстилки, подавив громкое урчание в животе, и лёг рядом. Ручейница была очень горячей и мокрой, и огромная волна беспокойства накрыла Мракокрыла с головой. Он не хотел признавать очевидного, и никак не мог придумать хоть что-то, что предпринять.
Его попытки уснуть были безуспешно, и чтобы хоть как-то облегчить чувство собственной беспомощности,  он начал вылизывать мокрую шерсть Ручейницы, чтобы высушить.
Он не заметил, как всё таки задремал, и проснулся от её голоса:
- Мракокрыл, что-то так жарко,
Он громко выдохнул,  не сдержав своё бессилие, и удрученно покачал головой:
- Если бы я только знал, какие травы могут тебе помочь...- он замотал головой, проклиная себя мысленно. - Поешь хоть. Я принес мышь.- он кивнул на лежащую рядом с их подстилкой тощую мышь, за которую было стыдно, с трудом сдерживаясь,  чтобы не взвыть от отчаяния....

Ручейница принялась за еду, и Мракокрыл взмолился, чтобы эта крохотная еда смогла улучшить её состояние. Он видел, как плохо её состояние, и что дело уже вовсе не в голоде,  но всё надеялся, что это можно решить сытным ужином... Глупо, не так ли? Да и сытным ужином эту тощую мышь никак нельзя было назвать.
Он сел в стороне и принялся ждать, когда она закончит, при этом даже не глядя в ту сторону. Таким образом он пытался не провоцировать собственный голод.
- Нам нужно уходить отсюда ,- сказала кошка, когда закончила есть и подошла к выходу из их убежища. Мракокрыл проследил за её взглядом и тоже посмотрел на лежащие впереди каменные вершины, которые тянулись бесконечно. - меня уже тошнит от этих гор, хотя мы только начали взбираться. Пойдём обратно в лес, там хотя бы голые деревья не будут наступать на пятки, а дадут время подготовится к зиме.
- В лес?- осторожно переспросил Мракокрыл, хотя всё прекрасно расслышал.  За луны жизни в Речном племени он привык под словом "лес" подразумевается именно совокупность четырех племен вокруг озера. Поэтому и испугался: неужели Ручейница предлагает ему вернуться к племенам? Нет, он ни за что этого не сделает...
Но он прекрасно понимал, что им нужна помощь,  поэтому не решился, что либо возразить.  Он с готовностью кивнул, и сделал первые несколько шагов, лихорадочно придумывая в голове альтернативный план.
И он наконец  родился в его голове. На этом свете похоже осталась только одна кошка, к которой он готов обратиться за помощью, хотя ещё недавно думал, что больше никогда не увидит, поскольку обещал себе выбросить из головы всё, в чем она пыталась убедить его при их последней встрече.  Но теперь он наконец засомневался в том, что был прав, когда вычеркнуть её из своей жизни.
- Я знаю, куда мы пойдём. Поверь мне,- сказал он Ручейнице, но не стал больше посвящать её в детали, поскольку пытался подобрать правильные слова, чтобы всё объяснить. И им нужен был максимально простой и короткий маршрут в эти места, ведь Ручейница была так слаба... Кроме всего прочего, Мракокрыла ещё пугало, что он может не найти, ту, что собирался искать, там, где предполагал: что тогда? Что он скажет Ручейнице? В любом случае, каким бы зыбким не был этот план, другого у него не было.
>>>>>>> Каньон ручья

Отредактировано Мракокрыл (2020-11-03 22:51:48)

> Отвесный склон <

Какое-то время Катарсис продолжал идти всё в том же бодром темпе; Мотылёк торопилась следом, и по её кряхтению и скрежету когтей бродяга мог не глядя отметить каждое крупное препятствие, попадавшееся крохе на пути - вот замшелое бревно, которое он перепрыгнул одним движением, а она то ли вскарабкалась, то ли пролезла снизу; а вот горка покатых валунов, на которые Катарсис, напрягая плечи, взобрался в три крупных шага, а Мотылёк их все разукрасила следами своих маленьких коготков, силясь вскарабкаться. Бросив беглый взгляд через плечо, кот убедился, что такая преграда ей не по силам, и, развернувшись, спрыгнул обратно, оказавшись за спиной кошечки. Светало, а путь их лежал вверх по наклонной с тех пор, как склон с видом на знакомый лес остался позади. Ничего удивительного, что девица, не подготовленная к худо-бедно продолжительным переходам, уже почти выдохлась.

- Ну-ка, - впервые подал голос с их "размолвки", подставив плечо под задние лапы Мотылёк, и выпрямился, чуть ли не посадив пушистую рыжую пятую точку себе на загривок.

Теперь оставшиеся мышиные хвостики кошечка могла преодолеть сама, забравшись на верхушку камня, и в следующее мгновение Катарсис запрыгнул к ней и замер, подставив шерсть ветру, что дул здесь значительно сильнее. Подобные крупные обломки камней виднелись там и тут, пока травянистая земля продолжала постепенно подниматься к тем местам, где предгорья наконец упирались в горы. Туда и лежал их путь.

Но внимание Мотылёк, должно быть, привлёк пейзаж, оставшийся позади - из-за плавно спускающейся земли, чуть дальше ведущей к отвесному склону, за которым единым пятном зеленелся лес, значительную часть пространства занимало рассветное небо. Лучи солнца просвечивали облака, окрашивая их багрянцем и золотом. Катарсис окинул картину взглядом и остановил его на своей спутнице, с каким-то жадным вниманием поглощая восторг, отражающийся во всём её существе - начиная со вздёрнутого хвостика и заканчивая сияющими глазами.

Мотылёк какое-то время стояла, завороженная, и молчала, и это был приятный момент. Но он прошёл, и кошечка заголосила - ах как красиво, а правда ли он здесь живёт, а где тут жили какие племена, а зачем они куда пошли и вернулись. Катарсис сощурился, словно за слух отвечали не уши, а глаза, и тем самым он мог приглушить звонкий голосок. И не успела Мотылёк вывести его из себя расспросами, на которые будто и не ждала ответа, как её маленькие неуклюжие лапки подвели её в очередной раз, оступившись на валуне.

Катарсис инстинктивно подхватил оскальзывающуюся кошечку, но на сей раз не подставил ей плечо, как заботливый старший братик - ну, у неё ведь наверняка такой есть в племени? - а схватил её за шкуру зубами, не давая упасть.

«- Бесполезная тварь!
- Сверни ей шею!»

Катарсис сжал зубы, представляя, что ещё немного давления - и эта самая шкура начнёт прорываться под клыками. Он рывком поставил Мотылёк и прошипел:

- Смотри под лапы, - в разноцветных глазах его не осталось уже никакого веселья и наигранной робости.

Выпрямившись, бродяга глубоко втянул носом воздух, встряхнулся всем телом, словно сбрасывая что-то, и как ни в чём не бывало кивнул в сторону гор.

- Нам осталось идти уже совсем недолго. Скоро я покажу тебе свою тайную пещеру. О ней не знает никто-никто. Это будет наш маленький секрет.

И уверенно пошёл вперёд.

> Потайная пещера <