Главная поляна →
Охваченному сладостным предвкушением и высокими ожиданиями от предстоящей вылазки, Леднику чудится на мгновение, будто лес расступается перед ними, приняв в обилие новых запахов и манящих секретов, а после схлопывается за спинами, обнимая; ощущение это возникает ровно в момент, когда лагерь уже невозможно различить за древесной стеной, и пропадает почти сразу, стоит новоявленному оруженосцу вновь устремить взгляд вперед.
Разнообразие ароматов, доселе ему невиданное, кружит голову, пусть даже разбеленное морозной свежестью. Даже первый выход в свет из детской, пережитый похожим клубком эмоций, не шел ни в какое сравнение. Впрочем, он быстро забывает свое замешательство, для верности даже встряхнувшись, и делает самый глубокий вдох из возможных, пробует разобрать полотно на отдельные ниточки; запахи трех его спутников – маяки. Ледник представляет невольно, как принесет с собой в лагерь отголоски леса на шкуре, и от мысли этой искра бежит по позвоночнику – юноша чувствует прилив сил, за время пути отнюдь не первый, и ускоряет шаг, желая поравняться с матерью и наставником. С непривычки, а также отвлекаясь моментами на восторженную болтовню, он отстает на два взрослых шага.
- Как думаешь, мы встретим котов племени Ветра? – вопросом этим он осаждает Грозохвостку – возможно, чуть громче, чем следовало бы. Из них двоих Леднику всегда было тяжелее контролировать свою восторженность, до того, что порой одергивали старшие – своей болтовней он чуть не полировал стены яслей, и хоть бывало это буквально дни назад (три максимум), в голове своей он думал: «В свое время», будто посвящение в оруженосцы пропастью отсекло от него детство; достаточно было секунды, в которую предводительница во всеуслышанье назвала его новым именем, - Может, даже зайдем на их территорию? Представь, как здорово!
Юноша притормаживает, чтобы глянуть на сестру в ожидании ответа. Тени, бросаемые раскидистыми древесными ветвями, скользят по ее спине, рябят на полосатой шкуре. В сезон Зеленых Листьев это, наверное, послужило бы маскировкой в тенистом лесу, но сейчас Грозохвостка предательски выделяется на фоне белого, искрящегося голубыми отсветами снега. Рыжелист на пейзаже мороза и вовсе выглядит, как маленькое рыжее Солнце, но Ледник думает запоздало, что в Листопад его, должно быть, не отличить от вызолоченной листвы.
- Интересно, как они пахнут, - продолжает он, оттенив голос задумчивостью, - И как ловят дичь. На их территории ни одного деревца, наверное – Рыжелист, как они тогда маскируются? – первым инстинктом было спросить об этом Мшистую, но оруженосец вовремя себя одергивает, озадачив вместо этого наставника и для верности торопливо поравнявшись с ним на тропе.
«Жду не дождусь научиться маскировке – я стану настолько скрытным, что ни одна мышь не ускользнет от меня! Они не успеют даже подумать, откуда обрушилась смерть», - довольно думает он, заранее нахваливая себя, и, спохватившись вдруг, добавляет вдогонку предыдущему вопросу, скруглив глаза совершенно невинно:
- Кстати, а скоро мы будем учиться охоте?
В груди, помимо соблазна заниматься всем и сразу, потянуло малодушным желанием начать обучение раньше Грозохвостки – не то чтобы Ледник не был уверен, что превзойдет ее и так, но это послужило бы неплохим подспорьем. Ледник ловит взгляд сестры и усмехается лихо, с нескрываемым мальчишеским азартом – лучшей мотивации не нашлось бы во всем мире.
- Спорим, я стану лучшим охотником, чем ты, Грозохвостка?
