Белый оруженосец уже успела вымотаться за время сего путешествие, но признать это или хоть как-нибудь проявить слабость ей не позволяла гордость. Как она сможет стать лучшей охотницей, если будет постоянно жаловаться на усталость? Камышинка представляла себе, что это этакая тренировка на выносливость, что ее наставница отправила белошерстную ученицу выполнять какое-то задание, и если она проявит хотя бы чуть-чуть слабости, то непременно провалит "экзамен". Хотя, это была ее первый столь длительный поход за пределы лагеря. Так то она даже ни разу не выходила из него, а все время гуляла в его пределах, равно как и остальные котята. Подумать только, а ведь всего пару лун назад она просто носилась по лагерю, и никто и ничто не было способно ее слишком сильно взволновать. Хотя, были такие моменты, хоть тот же недавний бой возьмите. Вот тогда она действительно нервничала. Но он-то произошел тогда, когда голубоглазая уже стала полноправным членом племени. Ну, или более-менее.
Острозвезд приказал остановиться и Камышинка послушно исполнила его приказ, равно как и все в отряде, после чего беспокойно глянула в ту сторону, где должен был находиться Острозвезд. Ну, должен-то должен, только его там уже не было. Опять куда-то делся, окаянный, ай-яй-яй. Ну, на этот раз он хотя бы не в воду свалился, так что беспокоиться сильно о нем было бессмысленно. Да и он же предводитель, вполне сам сможет за себя постоять, если что случиться. Хотя, конечно же, если вдруг начнется бой, то он вряд ли сможет сдержать всех, это понимала взрослая Камышинка. А детская наивная сущность так и стремилась сделать из него суперкэта, спешащего на помощь котишкам своего племени.
Камышинка двинулась вслед за Елочкой наверх. И, если та приземлилась не слишком-то удачно, то голубоглазая мягко приземлилась на землю. Сперва на передние, а затем уж и на задние лапки. Если бы она так не устала, то вполне возможно, что решила бы немного поиграться с черноухой, но внутренний голос говорил: "Прекрати, Камышинка, фигней маяться, а то чо как лох". Ну, разумеется, это лишь приближенный перевод, так то внутренний голос у нас мягкий и ласковый и пахнет теплым молочком. Такие вот дела.
Приблизившись к лежащей кошке, Камышинка поставила на ту переднюю лапку и с таким гордым видом заявила:
- Враг повержен, можем спать спокойно, - с самым наисерьезнейшим видом произнесла голубоглазая. Под конец речи можно было заметить, как ее усы нервно подрагивают, и кошечка еле-еле сдерживается от смеха. А после, прыснув, она все же убрала лапку и наклонилась к Елочке.
- Ты хоть не сильно ушиблась? - уже успокоившись, поинтересовалась она у желтоглазой. Своим поведением она не намеревалась ее обидеть, просто подурачиться. А после, на всякий случай она прошлась шершавым язычком по ее лбу и села рядом, подогнув под себя лапки и замурчав.