В зеленых глазах глашатая появилось узнавание. Мракокрыл опять слабо улыбнулся. Очень странно вновь видеть каштанового кота, который ни капельки не изменился за все эти луны. Впрочем, не смотря на то, что слуходух был почти такого же роста как речной кот - всё равно чувствовал себя рядом с Осинником маленьким. Даже сейчас глашатая держался и говорил как будущий предводитель. Это восхищает. Мракокрыл уже и забыл, каким был Осинник.
- Теперь мы квиты, - мурлыкнул каштановый кот, заразительно улыбнувшись. Мракокрыл почему-то стушевался, даже глаза опустил.
"Соберись! Ты всё-таки с глашатаем разговариваешь! Веди себя достойно!" - отругал себя черный кот и вновь поднял на Осинника серьезный взгляд голубых глаз.
- Я рад, что с тобой все хорошо.
Мракокрыл благодарно кивнул, продолжая улыбаться. Давно он так много не улыбался. Впрочем, правильных поступков, достойных чести воителя, кот так же никогда не совершал. Это окрыляло, немного пьянило молодого слуходуха. Все это время, будучи учеником Мастера, живя мыслями о мести, Мракокрыл чувствовал какую-то фальшь. Незавершенность. Неправильность. Но Осинник... В него черный почему-то верил, хоть плохо знал. И всё же одну истину Мракокрыл знал точно - сейчас он делает все правильно. И готов идти дальше только по этому пути.
- Пойдемте отсюда, пока Мастер не отправил за нами новую погоню,
Слуходух вопросительно повел ушами. Конечно же он хотел пойти за глашатаем Речного племени, но... Возьмет ли Осинник одиночку с собой? Он же сам сказал - они квиты. Их ничего больше не связывает. Мракокрыл повернул голову в сторону второго кота.
Кречет. Избранник духов, который даже не подозревает, какую надежду несет для всех слуходухов. Духи... Как же давно Мракокрыл не получал никаких знаков, не говорил с ними и не слушал их зова. Даже начинал верить в их несуществование. Но сейчас не время рассуждать о высоких материях - нужно уходить. Мракокрыл пошел следом за парочкой котов, понимая, что Осинник не против. А главный тут он. Мракокрыл встретился взглядом с Кречетом, от чего по шкуре слуходуха пробежался холодок. Оруженосец смотрел на него так, словно ожидал нападения, или какой-то подлости. Мракокрыл нахмурился, и несколько раз качнул головой, мол, не будь глупцом. Отвернувшись, черный решил что позже поговорит с черепаховым котом наедине.
- Мы пойдем за помощью в племя Теней,
Слуходух молча кивнул головой. Он не сразу подумал о соседях Речного племени.
"Хвати ли сих этого племени победить Мастера?" - без особого воодушевления размышлял кот, нагоняя Осинника и ступая сбоку от него.
- они нам...,
Голос каштанового кота оборвался. Мракокрыл с готовностью подставил тому плечо, обеспокоено посмотрел лидеру в глаза.
- Осинник?
- Все в порядке?
Кречет среагировал так же быстро, как и Мракокрыл. Черный от неловкости замолчал, с удивлением встречаясь с оруженосцем взглядом. Мгновенно отвернувшись, слуходух посмотрел вперед, пытаясь скрыть всю неловкость момента.
- Странно. Метки племени Теней не должны были начаться так рано,
Мракокрыл принюхался, силясь запомнить незнакомый запах соседей Речного племени.

/Тенистая роща/

>>> Река

Как и несколько часов до этого, Олений высокими и осторожными прыжками и перебежкам устремился вниз по дереву. Ему было велено держаться то стороны и считать деревья, после тридцатого увидеть толстое тугое и поваленное, а после него и убежище, прозванное моховым. Туда кудрявый и направился, придерживая в своей пасти и на своей спине свертки и туши, которые он принес с собой.
С тем, как поднявшееся солнце начинало нагревать воду, вблизи реки стал постепенно растекаться туман. Видимость он портил, но Олений, с его грацией осторожной, пугливой лани, справлялся с своим направлением. По мере того, как густел туман, стало даже казаться, что воитель не бежал меж тонких деревьев, а мелькал с одного места в другом, словно заблудший дух. Может, это было и к лучшему. Например, любая дичь, решившая, что в этом месте завелось приведение, точно убежит прочь и не приведёт сюда охотников. А, как правило, слишком напряжно пустые и тихие места в лесу не нравятся никому.
"Я люблю тишину," - подумал вдруг Олений. Когда он был прежним, с его вечной нервозностью и страхом, Олений нигде не мог почувствовать себя так спокойно, как в какой-нибудь глуши, где ничего нет и никого, кто мог бы его увидеть.
Наконец он нашел ход в моховое убежище. Подойдя ближе, кудрявец с некой опаской заглянул в темную бездну пещеры, понюхал сырой моховой воздух. И тут, вдруг поймав себя на своих же мыслях, Олений тяжело вздохнул и сел, сильно сгорбившись по-привычке. "Когда я был прежним," - повторил котик, усмехаясь. До этого у него не было времени об этом подумать, кончился совет, началась буря, все стали уходить в горы, а ему нужно было собрать припасы, а потом добраться сюда, встретить Птенца и Ирисохвостую. Только сейчас, после этого всего, у Оления появилось время, чтобы осознать, что он сейчас действительно остался совсем один. Его лучший друг, его сестры, его горец, его отец и все остальные, - их больше нет, они больше не будут защищать его, он никогда больше не увидит их. Чтобы чувствовал прежний, истинный Олений, в такой ситуации? Наверное, ему было бы очень страшно. Он никогда не оставался настолько один. Он бы ни за что не решился на это, и не важно кому бы нужна была его помощь хоть Стрекозе, хоть его собственной семье. Тот Олений был слабым, и все вокруг потакали его слабости, а его бы стоило просто убить из милосердия.
"Я тот Олений, каким он всегда хотел быть," - с долей грусти подумал кудрявец и снова вздохнул.
После кот с новой уверенностью скользнул в темноту пещеры, где ему предстояло всё подготовить до прихода речных.

Бессмыслица, все было так сложно и запутано. Ирисохвостая начинала злиться на все странные и принципиальные правила Звездного Племени. Слишком сложно, слишком высокомерно с их стороны. Хотя какая разница мертвым котам до страданий живых? Многие из них уже наверняка забыли что значит быть живым и что значит испытывать боль от потери и ежедневных пыток. Земли вечной охоты и бесконечной жизни, удивительно что эти коты вообще помнят о своих земных братьях. Может уже стоило перестать просить у них помощи вообще? Может это из-за них племена были так слабы? Зачем рассказывать котятам о великом племени что охотится среди звезд и что то племя способно помочь с трудностями? Почему не рассказывать правду о том, что Звездное благословение доступно только избранным, а неугодным прийдется умереть от первого кашля или от случайной стычки. А самое противное, все это требовало слепой верности.
Кошка упрямо стряхнула воду с головы в ответ на замечание бабушки, не желая больше обсуждать капризы мертвых душ. Резкий укол и Ирисохвостая почувствовала как раны затрещали по швам. Следовало подсуетиться, ведь никто не пророчил молодой воительнице девять жизней и сейчас кошке оставалось довериться лишь себе и Тигринке. Чтобы там не задумали звезды, Ирисохвостая больше не хотела когда-либо надеятся на их помощь.

Путь до убежища оказался куда сложнее чем Ирисохвостая надеялась. Голову то и дело клонило в сон, а тяжелые от прилипшей грязи лапы с трудом преодолевали каждый шаг. Пару раз кошка даже теряла сознание просыпаясь в грязи, совершенно не помня последние пары секунд и лишь тревожный взгляд Тигринке давал понять что прошло не так уж и много времени. И каждый раз молодая воительница поднималась на ноги, молчаливо продолжая путь. Странно как быстро пропадало желание остаться отдыхать и как быстро лапы грудь привыкала к тяжелому и жгучему дыханию и казалось будто кошка прожила так большую часть своих лун. Порой полосатой даже удавалось задуматься об утренней рыбалке и теплом солнышке после долгого дождя, напрочь забывая о том куда и зачем она идет.
Даже прыжок в бурную реку не показался Ирисохвостой безумием. Пара шагов и кошка вперед Тинринки кинулась в воду чудом только всплывая на поверхность и усердно работая лапами имея в голове лишь мысль о том, что нужно добраться до другого берега. Воительница ни разу не обернулась чтобы проверить следовала ли за ней Тигринка или нет, и даже попав на берег не смела поворачивать голову, боясь снова завалиться и больше не встать. Еще несколько шагов и тяжелая шерсть взяла свое и лапы беспомощно подкосились и воительница снова упала, на этот раз уже окончательно решив, что ей следовало бы отдохнуть. Кошка спокойно наблюдала за тем как ее бабушка скрылась за камнем и постаралась медленно выравнить свое дыхание. Она уже почти перестала чувствовать холод, а порой ей даже казалось что земля и дождь становились теплее.
Еще чуть-чуть и я встану...

>>>>> Главная поляна
У Ручейницы перехватило дух от того, что сделала Стрекоза. Это было и героически, и в то же время очень глупо с ее стороны. Но если она хотела тем самым спасти жизнь Ирисохвостой, даже ценой собственной, то можно ли считать такую жертвенность глупостью?
"И все же, нам повезло, что Лисохват не счел это хорошей возможностью воплотить угрозы в жизнь и не расправился со всеми нашими младшими соплеменниками", - подумала Ручи. К счастью, чего не произошло, того не произошло. Мастер еще сможет наверстать упущенное, узнав об этом, либо найдет другой повод. В любой день их жизнь на волоске итак. Поэтому кошка привыкла жить сегодняшним днем и абстрагироваться от всех "если бы" - иначе можно было бы сойти с ума.
Когда Стрекоза пошла прочь из лагеря, Ручейница последовала за ней. Хотя о состоянии Ирисохвостой ей было куда волнительнее, но за той отправилась Тигринка - она присмотрит за израненной соплеменницей. Стрекозе же тоже досталось, хотя и не так сильно, но все же. Нужно было к тому же убедиться, что та не наделает глупостей, как те, кто, отчаявшись, наплевал на все и попытался сбежать из племени, будучи все равно найденными, пускай и через несколько дней, и убитыми.
Стрекоза знала, куда идет. Она сразу задала направление и ей, и Птенцу, который шел с ними. Наконец они пересекли реку и подошли к моховому убежищу. Уже у самого входа Ручейница принюхалась. Запах, который на самом деле принадлежал Оленьему, был странный. Замаскированный, так что любой одиночка, шастающий в этих краях, ничего бы не заподозрил. Плюс полусмытый дождем.
- Стрекоза, зачем мы сюда пришли? - спросила она, и вдруг у самого входа чуть не столкнулась с Тигринкой. Ее широкая полосатая спина как раз маячила, загораживая узкий лаз, но ее бы Ручейница узнала из тысячи, поэтому прошмыгнула рядом, оказываясь в довольно просторном убежище. Также здесь была Ирисохвостая. Она лежала, и Тигринка почему-то не спешила к ней подходить, словно стояла и смотрела. Плюс они втроем. Было похоже на самое настоящее подпольное собрание, если бы только остальные знали об их со Стрекозой утреннем разговоре.
"Они, наверное, пришли сюда в поисках укрытия. Ведь в лагере все пещеры заняты одиночками, а мы, что бы они там ни думали, тоже даром шкуры мочить не любим", - подумала Ручи, усаживаясь на мох и вглядываясь в темноту. И вдруг она обнаружила то, что не заметила сначала. Они тут не впятером... шестой участник притаился в самом темном уголке пещеры, за спиной Ирисохвостой, и прижался к ней боком, из-за чего Ручейница не сразу его и заметила.
- Олений! - удивленно и отчасти возмущенно (все-таки, ни в ком из них не умерло ощущение, что свои границы неприкосновенны, несмотря на все старания одиночек их уничтожить как племя и унизить окончательно) мяукнула воительница. Она оглянулась на Стрекозу. Теперь ясно, почему они шли именно сюда. Вспомнив ее слова утром, Ручейница что-то поняла и посмотрела на Оленьего иначе, - Ты можешь нам помочь? - Хотя очевидно, он уже делал это. С Ирисохвостой. Он что, знает травы, как целитель? Эта была новость, впервые за несколько дней хорошая новость.

Кречет направлялся в сторону берега озера, где и собирался ждать соплеменников, надеясь, что все пройдет как и предсказывал Блудник. Он знал своих бывших "собутыльников", плюс Звездное племя сейчас им помогает. Все должно сложиться удачно. По дороге ему встретился Птенец, и Кречет, радостный от встречи с еще одним соплеменником, с удивлением отметил, что тот собирает травы. На вопрос, зачем травы и куда, тот туманно ответил, что племя бы не протянуло долго, если бы у них так и не было врачевателя. И поманил Кречета за собой. Оруженосец был слишком заинтригован, тем более, как он понял, там куда они идут, пережидают дождь еще несколько соплеменников.
И вот они добрались до мохового убежища. Кречет протиснулся внутрь следом за Птенцом и проморгался, привыкая к темноте. В следующее мгновение его челюсть отвисла. Ручейница, Стрекоза, Ирисохвостая, и даже старая Тигринка, неведомо каким образом затесавшаяся среди молодых заговорщиков, оказалась здесь. Кречет медленно подошел к ним, чувствуя себя то ли героем, пробравшимся через множество препятствий, чтоб встретиться с ними, то ли единственным, кто в этом окружении не был с ними, чтоб пережить то, что они пережили. Им решать. Он просто был жутко рад их всех видеть живыми и более-менее здоровыми.
С ними был еще один кот. Кречет при виде него почувствовал, что где-то его видел, правда не мог вспомнить, где именно. Просто лицо было и знакомо, и в то же время нет, но похоже мельком они где-то встречались когда-то, но лично знакомы не были. Птенец тем временем подошел к нему и отдал собранные травы, а сам примостился рядом.