Главная поляна -------------------------------------->
Несмотря на старательную работу Листвы, лапу всё-таки еще саднило. Кошке было не очень приятно наступать на неё, но идти на трех тоже не было желания. Кое-как превозмогая отвратительные ощущения, Неясыть добралась до палатки воинов. Внутри было темно и значительно теплее, чем на улице. Взгляд выхватил в темноте несколько фигур, в гуще которых засыпала Изумрудная. Подруга выглядела уставшей, поэтому палевая красавица еле слышно прошла мимо неё, стараясь быть тише воды. Дойдя до своей подстилки, Неясыть с удивлением обнаружила, что её мох был свеж и пушист.
<<Значит кто-то занялся моим спальным местом, пока я была в лесу... Но кто?>>
Оглядевшись, она заметила, что подстилки у всех остальных остались такими же, как и были. Непонимающе помотав головой, она слегка дернула плечиком и хмыкнула. Какое ей было дело до тайных воздыхателей? Вот если бы он показался на глаза, то, тогда другое дело...
Изящно изогнувшись, она стала вылизываться перед сном. Силы очень быстро покидали её, и голову прямо тянуло к земле. Она то и дело устало томно вздыхала. Пасть была набита мехом, глаза закрывались... Приводила себя в порядок кошка уже в полудреме. Наконец-то решив, что выглядит достаточно нормально для сна, она ещё раз сладко потянулась и изящно приоткрыла рот в зеве. Распушив шерсть, она аккуратно крутанулась на подстилке и плавно опустилась в пушистое теплое ложе. Моментально приятная нега растеклась по лапам... Казалось, что даже поврежденная лапа стала ныть чуть меньше, чем было...
Неясыть поудобней вытянулась на своем месте и моментально провалилась в сон...

Отредактировано Неясыть (2014-12-07 20:58:49)

[Откуда-то]
Оруженосец тенью проскользнул в палатку воителей, стараясь издавать как можно меньше звуков. Штормолап был тут не раз и не два, хвостом увязываясь за своей наставницей, поэтому уже наизусть знал расположение подстилок большинства воителей. В зубах угольный держал некрупную свежепойманную лягушку - "полдник" для кошки. Шакаленок уже знал о том, что у воительницы болела лапа, поэтому подумал, что угощение будет очень кстати. Вдруг у нее разыграется аппетит?
Остановившись около палевой, Штормолап положил свою ношу на землю, тихонько усаживаясь на земляной пол и чуть склоняя голову на бок. Он заметил, как кошка ворочается во сне и что-то урчит под нос, поэтому, поначалу, растерялся, не зная, стоит ли будить Неясыть или  нет. С одной стороны, вдруг ей мучил кошмар? А может наоборот, снилось что-то приятное? Интересно, что?
Прошло, наверное, минут десять, а оруженосец не шевелился, молча сидя рядом со спящей наставницей и разглядывая ее, невольно залюбовавшись.
-Она точно воительница? - со сомнением протянул мысленно Штормолап, вглядываясь в точеные черты аккуратной морды. Неясыть бы идеально смотрелась в роли королевы, но отнюдь не как боевая единица.
Мотнув головой, угольный все-таки решился растолкать наставницу, лбом ткнувшись ей в бок, настойчиво пытаясь пододвинуть и растормошить. Будь то какой-нибудь сверстник - шакаленок вдарил бы тому по ушам, для профилактики, а если воитель - просто бы прыгнул сверху на спящего. Но Неясыть была особенной для ученика, он всегда с трепетом относился к любому прикосновению к палевой, это проявлялась даже в такой обыденной попытке разбудить.
-Неясыть, просыпайся. - пробормотал угольный, оглядываясь через плечо, будто проверяя, не успел ли он разбудить кого-нибудь, а затем вновь концентрируя внимание на кошке.

Столкнувшись взглядом с заспанными синими глазами наставницы, Штормолап мгновенно отступил в сторону,  лишь коротко кивая в ответ на эту добрую улыбку, что была адресована угольному. Откуда совсем еще юному оруженосцу знать, как себя вести в таких ситуациях? Что нужно делать? Как отвечать? Шакаленок не нашел ничего лучше, кроме как просто молча поприветствовать проснувшуюся, исподлобья буравя ее взглядом, то ли от смущения, то ли от нетерпения выйти вон из палатки.
Наблюдая за воительницей, Штормолап чуть прищурил глаза, пытаясь найти подходящее сравнение для этого воздушного клуба из шерсти, что наэлектризовался после сна.
И он бы обязательно что-нибудь сказал по этому поводу, если бы внимание кошки не привлекла лягушка. Вопреки всем ожиданиям, вместо похвалы, оруженосец услышал возмущение в голосе кошки. Ни один мускул на морде юнца не дрогнул - защитная реакция, в то время как внутри все буквально переворачивалось. Ошибка, он где-то сильно ошибся! Для Штормолапа, привыкшего рассчитывать чуть ли не каждое свое действие - это была непозволительная оплошность.
Он не мог рассказать наставнице, как его мучает недуг бездействия, ученик должен был чем-то заняться. Накопившаяся энергия требовала излить себя в куда более серьезную работу, нежели помощь старейшинам, или уборка палаток. К тому же, за две луны, Штормолап научился отлично ориентироваться по большей части их территории, а болтливые оруженосцы поведали ему и о расположении болота. Место, о котором рассказывала Неясыть, признаться честно, впечатлило угольного. Когда он только подходил к топям - внутри уже скручивалась знакомая пружина ожидания. Да и, лягушек у воды была тьма-тьмущая, как-будто Звездные Предки их всех загнали в одну часть леса. Вот только после охоты - у юного ученика ломило суставы, как и после любой нагрузки на тело. Он давно начал замечать это, но никому не рассказывал, как обычно, а идти к целителю, мягко говоря, не хотелось. Он не доверял лекарям.
-Я не заходил далеко, - пытаясь сменить гнев наставницы на милость, негромко пробормотал Штормолап и, силясь перевести тему, осведомился, - Как твоя лапа?

Штормолап отвел взгляд, стараясь не встречаться им с наставницей, которая уже успела окончательно проснуться и сейчас, казалось, стреляла молниями в угольного. Впрочем, изнуряющая подготовка - это то, что сейчас так требовалось оруженосцу. У него уже люто чесались лапы, что уж говорить о ломке, которая не давала молодому адреналинозависимому спокойно уснуть.
Поднявшись на все четыре лапы, шакаленок отряхнулся, принявшись ходить из стороны в сторону, нарезая круги вокруг кошки, которая приводила себя в порядок.
-Завтракал. - коротко ответил Штормолап, наконец, переводя огненно-янтарный взгляд на занятую воительницу. Заметив, что воительница уже приступила к разделыванию пиши, ученик заторопился к выходу из палатки, решив дождаться Неясыть снаружи. Он уже готов было выскочить на поляну, как требовательный голос окликнул его, заставляя застыть на месте.
-Не хочу! - взревело что-то внутри, но оруженосец лишь до скрипа сжал зубы, делая глубокий вздох. Он точно знал, что будет чувствовать себя плохо на тренировке, если съест эту лягушку, пускай даже и половинку. Но наставница была непреклонна, а спорить с ней Штормолап попросту не мог. Наконец, вернув морде привычное спокойное выражение, угольный развернулся корпусом к воительницы, неспешно возвращаясь на свое место.  Он специально растягивал время, силясь придумать что-нибудь, что могло бы помочь ему без лишних споров избежать поглощения пищи. Идея не заставила себя долго ждать.
Остановившись прямо у своего куска лягушки, шакал еще раз взглянул на Неясыть, будто надеясь, что та передумает. Но наставница выглядела так, будто с ней сейчас было невозможно даже заговорить, поэтому оруженосец поспешил взять в зубы свою порцию. Кивнув кошке, он тут же поспешил выбежать из палатки, так и не проглотив добычу. Выплюнет и притопчет землей где-нибудь под кустом, пока Неясыть не видит. Ученик искренне верил в то, что красавица кошка ничего не заметит.

[Главная поляна]

- Да уже все мыши разбежались и ежи полетели, пока ты спишь! - раздался раздражённый крик сквозь пелену сна.
Открываю глаза: чёрные лапы... абсолютно. Моргаю и смотрю чуть выше, натыкаясь вновь на чёрные лапы.
- Змей? - с трудом спросила я заспанным голосом и перевернулась с бока на спину.
Но нет, это был не он: глаза были стально-серебряные, а не рыже-янтарные. В них отражались некие жёлтые пятна света, из-за чего глаза немного светились в полумраке палатки. Я прикрыла глаза и вздохнула, набирая потом свежий утренний запах. Холодный и приятный, легонько щекотавший нос... Но при этом мягкий и ненавязчивый. Я не люблю снег после гор, можно даже сказать - ненавижу, но вот некий "запах" зимы - очень люблю. Просто, после того что произошло там, в горах, снег у меня ассоциировался со смертью: страшной и холодной, хоть и кажущийся белой и пушистой, в виде снежинок... Жабозвёзд и Раскалённый, будучи тогда глашатаем и учеником, чуть не умерли в пургу. Серебрянницу убила лавина (или, как там её называют то?), а Крылозвёзд остался там, с Ежевикой... И его дочерью - Арникой. Мне с болью далось то, что молодая кошка не пойдёт с нами... а ведь было бы так чудесно, если бы она пожила день-другой у нас, в лагере... Но, к сожалению, не судьба, увы и ах!.. Я поймала себя на том, что снова засыпаю, и, вставая, оглядела палатку: Змея нигде не было. Был лишь Оползень - кот, с глазами цвета стали, да Неясыть и её ученик...
- Ты не видел, куда делся Змей? - спросила я у "сталеглаза", пока вылизывала свои встрёпанные бока.

-----------------> Главная Поляна

Мох зашел в палатку и первое, что он заметил, Изумрудную, вылизывающую свои бока. Он остановился и стал следить за кошкой.
Она давно нравилась ему, но только сейчас он понял, какая она красивая. Ее серая, мягкая шерстка, ее изящная фигурка, а самое главное, ее большие, изумрудные глаза. Он еще долго стоял и смотрел на нее, а потом, набравшись смелости, подошел.
-Здравствуй.- Сказал он и попытался улыбнуться, но она у него получилась какой-то не уверенной. Кончик хвоста стал невольно дергаться, а чтобы лапы не подкосились и он не упал, ему пришлось сесть. Ком в горле никак не хотел уходить, а кота бросало то в жар, тов холод. Он еще никогда не чувствовал себя так, и ему хотелось поскорее избавиться от этого чувства. И вдруг он вспомнил проо свою шерстку. Он сразу представил какая она грязная и растрепанная. Мельком взглянув на лапы и на хвост, Мох немного успокоился.
-"Неужели это любовь? Неужели все, у кого есть любимая, чувствуют это каждый раз, когда видят ее?- Эти мысли не даваль покоя.
В итоге Мох не выдержал и закрыл глаза, вспомнив Змеиную. Все плохие мысли сразу летучились, дрожь прошла, хвост перестал дергаться и Мох почувствовал себя уверенее.
-Как дела?- спросил он, будто бы ничего и не произошло.
Когда его снова охватила дрожь, то он снова представил себе Змеиную, ласково успокаивующую его. Мох снова улыбнулся, но уже без тени сомнения.

Я совсем и позабыл, что нужно было встретиться с Неясытью в палатке воинов. Довольно быстро перебирая крепкими лапищами, я протиснулся в палатку и ухмыльнулся, увидев, что кошка уже лежит на подстилке. Подошел к ней как можно тише и наклонился над кошкой, виляя своим пушистым хвостом. Наклонившись ниже, я лизнул Неясыть в шею, а затем отстранился, усмехнувшись. Все же было забавно наблюдать за ней. Моя подстилка была не далеко, но я не устал, поэтому предпочел просто сесть рядом.
- Извини, я задержался, - начал я. - Хоть и думал, что все равно приду первым, а оказалось, нет.
Нужно было собраться с мыслями, прежде чем разговаривать с кошкой. А о чем он хотел поговорить? Мысли как-то разом все вышли наружу, оставляя мою голову в полной пустоте. Одним словом "перекати поле". Немного тяжело выдохнув, я вытянул лапы и лег, положив голову на лапы, стал смотреть на Неясыть. Что же я скажу ей сейчас? Она ведь ждет от меня, наверняка даже очень заинтересована, а я не могу разобраться в своих чувствах, может даже это все впустую и зря..
- Я.. - начал было я, чувствуя себя неловко, но затем сделал паузу. - ам...я хотел просто сказать, чтобы ты так не переживала из-за своего ученика, ведь не все достаются покладистые. Я видел, что ты очень волнуешься, и мне кажется, тебя тревожит не только то, что он так себя ведет, а что-то другое? Я много наблюдал за тобой, да и сами глаза всегда выдают.
Меня уколола немного ревность, хотя, казалось, что это чувство очень глупое в данном случае, но мое сердце почему-то немного сжалось. Я видел, как кошка была привязана к своему ученику, и почему-то догадывался в глубине души, что все это не просто так. Но мог ли я спросить ее об этом? Возможно, и мог, но зачем, сам не понимал. Я говорил эти слова тяжело и понимал, что еще рано для серьезных разговоров, а может быть и поздно.
- Не думаю, что хорошо было бы лезть в чужие дела, но все же. Ты мне очень нравишься Неясыть, возможно, это просто сильная симпатия, я и сам не знаю этого. Можем ли мы быть друзьями? Возможно. Но тебе как кошке будет сложно понять, что чувствуют другие. - мой голос предательски немного дрожал и казался на тон грубее и басистее. Я посмотрел в глаза кошке и поднялся на лапы. Мой взгляд был серьезный, но печальный. Зачем я только все это начал. Но все же лучше горькая правда, чем сладкая ложь...
Все начиналось куда более хорошо, а теперь я даже был растерян, думая что мне делать. Я выпрямился во весь рост и отошел от кошки, устроившись на своей подстилке.

Отредактировано Гранат (2014-12-25 12:46:30)

- Ну да, недотёпы, что с них взять? Мы и только мы лепим из них то, что в итоге должно получится. - разговор начался спокойно и я видел, что кошка всеми силами пыталась отмахнуться от моих слов. - Да не... Как тебе могло такое прийти в голову? Он же младше меня. А ты, я смотрю, постоянно про него говоришь и подозреваешь... Не бери в голову, это всего лишь твои фантазии...
Я до этого смотрел на кошку, а теперь отвернулся от нее, сидя к ней спиной.
- Неожиданно...Это всё так спонтанно и внезапно... Я тебя даже не так хорошо знаю... Ух... - я прекрасно понимал, что ей нужно подумать, но не мог так просто все это оставить. - ... мне нужно время, чтобы всё обдумать, наверное... или как в таких случаях делается? я просто даже не знаю, что мне тебе на это ответить...
- Я даю тебе времени столько, сколько ты захочешь. - мой голос становился все басистее и был немного хриплым. - Я не знаю какой будет твой ответ, но даже если он будет отрицательным, я просто хочу, чтобы ты это знала. Просто знала о моих чувствах, которые мучают меня с тех пор, как я впервые тебя увидел Неясыть.
Дернув ухом, моя голова повернулась немного в бок и стало заметно, как глаза сверкнули серьезно в полумраке, а когти напряженно скребли землю.
- Может тебе это кажется глупо и рассудительно, но я говорю на полном серьезе. Прости, если мои слова тебя обидели чем - то, я не хотел. Если хочешь, я могу уйти.
Я отодвинул лапой свою подстилку и поднялся. Под ней лежал красивый переливающийся камень. Это было в качестве моего подарка и возмещения морального ущерба. Взяв камень в зубы, я подошел к Неясыти и положил его около ее лап. Камень был голубой и красиво переливался при разном освещении. Мой взгляд поднялся на Неясыть. Вздохнув, я высунул длинный шершавый язык и лизнул кошку в носик, а затем отстранился и пошел к выходу.
- Прими это в качестве подарка. Выбор лишь за тобой и за твоим сердцем. Я постараюсь принять его таким, какой он есть.  - произнес я и остановился около выхода из пещеры.

На этот раз я сидел молча, и лишь смотрел на прекрасный закат. Как бы хотелось его встретить с ней, но это всего лишь грезы, которые никогда не смогут воплотиться в реальность.
- Он очень красивый... - она шептала, но я все хорошо слышал. - Я же... Не удобно как-то. Прими я его, я могу дать ложную надежду, возможно... Нет. Я не могу его принять.
Сердце дико сжималось и разрывалось, обливаясь кровью. Впервые на душе становилось безумно тяжко. Мы брошены в свободу выбирать и всегда будем не свободны от этого выбора.
- Пожалуйста, возьми, мне будет так спокойнее, - произнес я, все также смотря на закат и, наконец, повернул голову к кошке. В глазах отражалось яркое красное солнце, что довольно быстро заходило. Я смотрел на кошку в упор. Как бы хотелось сорваться сейчас с места и зарыться в ее прекрасной, мягкой и приятной шерсти, но опять же повторюсь, все лишь грезы. Выдохнув, я опустил голову, посмотрев на свои лапы, и провел ею по холодной земле.
- Пусть даже ложная, но хоть какая-то надежда у меня будет, - произнес я уже тише. Голос пришел в норму и уже не был такой хриплый. Хвост едва шевелился. Мой взгляд был уперт в землю, сосредотачиваясь на ней, чтобы отвлечься от разных мыслей. Я готов был быть для нее тем, кем она захочет, пусть даже не любимым никогда, но хотя бы верным другом, хоть и приходилось тяжело это осознавать.
- Когда я нашел этот камень, то подумал, что он очень похож на твои глаза. Такой же нежный и столь прекрасный, он похож на яркую звезду на небе. От него шло такое же тепло, какое идет от тебя и казалось, что это, то самое, что я могу преподнести тебе в качестве подарка. Хотелось сделать хоть что-то приятное для той, кого я считаю самой прекрасной и равной самой красивой звезде на небе,  - я снова начал весь этот разговор, но моя пасть открывалась сама собой. Хотелось открыться и сказать все окончательно.
- Я сам не понимаю, как так произошло, но при виде тебя я чувствую себя так, словно попал уже в Звёздное Племя и свободно парю среди прекрасных садов. Не хватит и тысячи слов, чтобы описать мои чувства, что творится внутри. Они просто есть и я счастлив, что имею возможность хоть на пару мгновений это почувствовать.
Я остановился на некоторое время, чтобы перевести дух и вдохнуть вновь полную грудь воздуха.
- Я люблю тебя Неясыть так, как никого никогда не любил и не прошу от тебя взаимности, - я поднялся на крепкие лапы, и на морде возникла улыбка. - Ведь сердцу невозможно приказать и заставить. Я всегда подставлю тебе свое плечо, если это понадобиться. Я просто хотел высказаться, так как не было сил терпеть более выплеск эмоций внутри.
Коричневый исполин подошел к кошке почти вплотную. На морде сияла улыбка, хоть и сами глаза выдавали грусть. Он склонил голову и коснулся носом шерсти на груди кошки, прикрывая свои глаза.
- Прости...

[Палатка старейшин]

Штормолап тряхнул головой, неспешно выйдя из палатки старейшин. Он сам не ожидал от себя таких слов по отношению к слепой кошке, все-таки, последнее время он уделял внимание лишь Неясыти, да и не легко давались ему контакты с окружающими. Возможно, все это можно было объяснить жаром и невыносимой пульсацией в черепной коробке. А может все потому, что Рыжинка не ориентировалась в пространстве, короткий диалог с ней показался оруженосцу странным, необычным, но куда более комфортным, нежели со здоровым существом. Во всяком случае, она ничего не видела и это был, несомненно плюс.
Но вот, лапы вывели угольного к обители воителей, у входа которой оруженосец замешкался, не решаясь заглянуть. Внутри послышался голос Изумрудной, сейчас, почему-то, Штормолап не мог не порадоваться этой веселой реплике о здоровье кошки. Неясыть не станет разговаривать с ним о случившемся в присутствии кого-либо еще, оруженосец чувствовал, что не сможет.
Сделав глубокий выдох, юнец проскользнул внутрь, чуть щуря глаза, привыкая к полумраку пещеры. Он на автомате, с долей почтения, кивнул Изумрудной, что находилась ближе всех к нему. Проскользнув вглубь пещеры, шакаленок заметил свою наставницу, вот только ситуацию омрачил тот самый Гранат, который и здесь лип к Неясыти, как какое-то надоедливое насекомое. Но, увы, угольный чувствовал себя слишком отвратно для того, чтобы как-то отреагировать но эту неприятнейшую картину. Скорее, в оруженосце появилась какая-то обреченная обида. Все, что произошло за эти сутки - лишь подтвердило мысли о том, что ему, именно ему, все всегда нужно держать в себе. Ведь когда Штормолап пошел на поводу у трепетных эмоций, впервые проявив "ласку" по отношению к кому-то другому - его окунули в болото. А когда рыжий воитель решил, ни с того ни с сего, настолько сократить расстояние между собой и кошкой - ему ничего не сделали.
Возможно, в любой другой ситуации угольный бы и припомнил это воителю, но не сейчас. Конкретно в данную минуту оруженосцу хотелось поскуливая укрыться в самом темном месте лагеря, поспать и согреться, чтобы при этом его никто не трогал. Да и, он так и не потренировался, поэтому, ко всему прочему, возвращалась привычная депрессия, а вместе с ней - ломка в суставах. Да Шторму было наплевать на других, его личное эго просто ревело в истерике и требовало внимания к себе. Оруженосец уже успел решить все за Неясыть, оправдав ее и смирившись. А вот Граната - он не простит. Когда угольный вылечится, то к нему вернется вся та злоба, что сейчас потухла на фоне стены из проблем, и вот тогда, воспользовавшись всей своей хитростью, ученик отомстит.
-Что нужно сделать? - прохрипел оруженосец уже привычную фразу, выглядывая из-за спины Граната. Почему то, шакал был уверен, что воительнице именно что-то нужно от него, возможно, очередное задание, или продолжение наказания. Он специально выбрал такой путь к наставнице, чтобы она не видела его. Задача не трудная - великан-воитель закрывал кошке весь обзор.
Сев рядом с Неясытью, всеми фибрами игнорируя присутствие Граната, будто его вообще не существовало в это мире, угрюмый ученик опустил взгляд на лапы наставницы. Непроизвольно вспомнилось их первое знакомство, в тот день он тоже смотрел лишь на лапы красавицы, опасливо съежившись в предвкушении неизвестности. Только сейчас его направлял не страх перед будущим, а болезнь.