---Утро---

- Эй, подъём, - Сначала я пыталась не замечать эту назойливую муху, которая кружила у меня над ухом. Видимо ей это игнорирование не понравилось и поэтому она начала меня тыкать в бок. "Ох я сейчас встану, ох я сейчас до тебя доберусь! Кем бы ты не была." Открываю один глаз и вижу эту муху. С течение времени, когда  меня не только подняли, но и разбудили, эта муха начала приобретать очертания кота. И никого иного как Раскаленного. - Делай укладку, завивай хвост и в патруль!  "Ну я доберусь до тебя!"
-Утро добрым не бывает- пробурчала я. Я все таки  решила подняться и, если не дать коту в обратную, то хотя бы прикусить ему хвост. Но за какие -то две - три секунды этот горе укладчик скрылся из вида. "Ладно уж, иди. Но я все равно припомню тебе это..." Умывшись и вычистив свою шерстку так, что та заблестела, я поднялась на лапы и направилась к выходу и палатки воинов.
"Пора. Пора приступить к исполнению своего плана по возвращению внимания и дружбы Раскаленного. И я чувствую, что я на верном пути!"

---ГП---

Начало игры.

Молния буквально завалилась в пещеру, устало бурча и немного покашливая. Кошка только что была на охоте, несмотря на то, что целитель ей запретил. После того случая на озере полосатая сильно простудилась и пролежала в палатке целителя с этим проклятым кашлем. Дело не в том, что она была слишком слабой, не могла что-то делать, наоборот. Ей там совершенно не сиделось на месте и она даже понемногу помогала целителю. Просто лекарь не хотел, чтобы Молния перезаражала всех сородичей, несмотря на такой благоприятный сезон, трав много никогда не бывает. Так вот, совсем недавно он отпустил неугомонную воительницу, сказав, что она больше не заразна. И бесхвостая сразу же побежала на охоту, чтобы хоть как-то принести пользу племени. С этой заразой она совершенно выпала из дел племени, и, увидев как все о чем-то оживленно болтают на поляне, сразу же пошла в палатку. На Молнию это было непохоже, но дело то было в том, что кошка просто не понимала, о чем они там все галдят, а расспрашивать у каждого, как полоумная, пытаясь выудить хоть немного информации, не хотелось. Полосатая и так поймала жирного кролика и двух белок, значительно убегавшись за день, с нее на сегодня пользы племени хватит. Молния даже не взяла ничего из общей кучи на обед, аппетита совершенно не было, сидеть на поляне в этой суматохе не хотелось, да и горло судорожно сжималось от боли при каждом глотке. Поэтому Сумрачная решила немного подремать, освежиться, и после уже сходить за какой-нибудь травкой, которая облегчит ее страдания. А потом уже можно и продолжать вливаться в размеренную жизнь племени, разбавленную каким-то беспорядком, в последнее время. Кошке совершенно обрубили все контакты, пока она болела. Полосатая вся извелась от одиночества, хоть целитель и рассказывал ей что-то о последних событиях, о каких-то котятах, она специально не слушала, на зло ему. Молния тряхнула головой, отгоняя воспоминания о скучной жизни в палатке и буквально налетела на свое гнездышко. Оно отлично охлаждало натруженные мышцы и пшеничная с блаженством растянулась на нем, вытягивая лапы во все стороны. В палатке отдыхало несколько воителей, но Молния не обратила на них внимания, даже не удосужившись принюхаться, чтобы найти кого-нибудь из знакомых.
Полосатая почти погрузилась в сон, как вдруг услышала рычание. Сначала она подумала, что ей это приснилось, но сон был уже перебит и кошка, перевернувшись в сторону откуда издался по ее мнению рык, свернулась в клубочек, безнадежно пытаясь накрыть коротким хвостом нос. Молния притворилась спящей, а сама приоткрыла ярко-зеленый глаз, чтобы посмотреть в чем дело и кто лишил ее заслуженного отдыха. Проведя взглядом одного глаза по пустым подстилкам и наткнулась на серую спину кошки, беспрестанно ёрзающую по подстилке. Молния какое-то время следила за воительницей, через несколько мгновений узнав в ней Лесную. Но со временем это начало ее раздражать. С каждым следующим шевелением серой кошки в голове Молнии умирал один добрый паучок, давая место злым и рассерженным. И когда Лесная наездила по своей подстилке в общей сложности две, а то и три площади воинской палатки, пшеничная не вытерпела:
- Да что с тобой не так? - недовольно замяукала кошка, совершенно наплевав, что неподалеку спят другие - Ты что, кошачьей мяты наелась? Какого ты тут вытанцовываешь? - Молния сердилась все больше и больше, даже шерсть на спине немного приподнялась - Здесь вообще-то не вечеринка, тут уставшие отдыхают - крикнула полосатая и тут же закашлялась. Замечательно! Теперь ее снова отправят в палатку целителя. Кошка сердито деранула подстилку и снова на нее плюхнулась, раздраженно шевеля усами и демонстративно стуча по полу обрубком хвоста.

Серая возилка вскочила и свысока застреляла глазами в сторону недовольной Молнии. Лесная была чуть больше ростом, но выглядела младше, возможно из-за природной стройности. В то время, как мобильная и гибкая Молния полностью была уверена в себе за счет тугих мышц лап. Шерсть Лесной пучками вздыбилась, а одна лапа почему-то была поджата. Полосатая с любопытством пошевелила усами, немного принюхавшись, но промолчала. Она не собиралась разговаривать с этой вежливой особой. Если ей что-то мешает, пусть идет к целителю, это его работа. А целёхонькие воины должны как следует отдыхать в своей палатке. Все просто: место больным - у целителя, здоровым и крепким - в воинской палатке.
- Я тоже уставшая! Я тебе мешаю? Ничего, можешь пролеживать свой детский пушек и снаружи. - Молния приглушенно зарычала, поразившаяся наглостью и эгоизмом серой соплеменницы. Ну надо же? Это значит, Молния снаружи? Волна негодования и раздражения грозила захлестнуть полосатую с головой.
- В моем понимании, снаружи спит тот, кто мешает другим, - фыркнула воительница, едва сдерживаясь - Или мы все должны спать снаружи, чтобы тебе тут было уютно? - ни капли не преувеличивая продолжала она. Молния угрожающе поднялась со своего места, всем весом специально наваливаясь на каждую лапу по очереди, демонстрируя рельеф мышц, заслуженный регулярными нагрузками и тренировками. Короткий хвост яростно болтался из стороны в сторону так, что черное пятно на его конце превратилось в мелькающую полосу. Пшеничная с усердием пригладила взъерошенную шерсть на спине и с укором глянула на наглую ворочущуюся соседку по пещере.
- Может пушок у меня и детский, я не жалуюсь, зато он сосульками не торчит - огрызнулась Молния и сделала один шаг на встречу Лесной.
- Но если будешь указывать мне, что я могу, я тебя быстро напополам сломаю. Молоко еще на губах не обсохло - все это кошка выплюнула на одной угрожающей ноте, прижав уши и пригнув голову, как змея, готовившаяся в атаку.
- И научу тебя уважению, коли наставник не смог - Молния выпустила острые коготки в мягкий моховой пол и выпрямилась во весь рост. Пусть эта доходяга и выше ее, в отличии от Лесной, полосатая времени на тренировках зря не теряла.

- По-моему, ты тут единственная возмущаешься с надувшееся мордой, будто мух объелась! - парировала Лесная и приблизилась на опасное расстояние. Что-что, а личное пространство, как свое, так и чужое Молния всегда очень уважала. Скорее это произошло от собственной непереносимости кошки чьего-то близкого присутствия. Знаете, это как такой прием? Приблизиться близко-близко, почти вплотную, так, что усы и шерсть на морде будет соприкасаться, будет чувствоваться чужое дыхание.. Полосатая презрительно повела усами. Мало кого она может подпустить так близко, да и сама подойти к кому-то на такую маленькую дистанцию. Ну а если кто-то решит срезать личное пространство Молнии с помощью своего наглого присутствия, тому лучше уметь быстро улепетывать - с одним глазом котам-воителям живется туго. Поэтому воительница значительно напряглась, когда серая кошка приблизилась и начала воинственно заигрывать не отрывая взгляда от морды полосатой кошки. Молния не собиралась втягивать себя в такую передрягу, как драка с воительницей своего же племени, тем более раненой. Судя по переполоху на поляне сейчас каждый кот на счету, а Лесная была неплохой воительницей. По крайней мере, так считала Молния, ведь серая кошка не забивала голову ерундой вроде котят и котов, да и вела себя сносно, подобно воительнице. Но полосатая была бы не собой, если бы молча пролеживала бока терпя то, что ей не по нраву. Это была ее тактика: спровоцировать и смотреть, что будет дальше. Самозащиту никто не отменял, хотя влетит обоим одинаково. Но на то, что Лесная ранена, бесхвостая не рассчитывала, потому немного опешила, не зная, что делать. Оказалось, события решали за нее. Только успели последние грозные слова слететь с губ, как серая кошка воинственно распушилась, будто и вовсе притворялась больной. Приблизившись на еще один опасный мышиный хвостик, заставив мышцы полосатой кошки от напряжения окаменеть еще сильнее, она тихо зарычала:
- Не смей даже упоминать о моем наставнике, ты... - с каждым словом шерсть Молнии подымалась выше и только губы расползлись в угрожающем оскале, как лапы Лесной подкосились, заставив зеленые глаза полосатой изумленно расшириться. Противница была уже повержена, но Молния совершенно не чувствовала радости, ликования или еще каких-либо чувств, которые приходят при долгожданной победе. Ну конечно, надо же иметь мозги, радоваться, что не дала поспать раненой кошке, и морально унизила ее. Полосатая смущенно повела широкими ушами, глядя как серая кошка лежит прямо перед ней, пытаясь собраться с силами. Странно, но ничего хорошего Молния вообще не чувствовала. Никакого злорадства, агрессии или удовлетворения. Наоборот, ей было жалко соплеменницу, кроме того, она прониклась уважением к кошке, которая не сдала назад сразу же, а отстояла свою точку зрения до последнего. Так полосатая и простояла, с приоткрытым ртом и не приглаженным до конца загривком, пока из оцепенения ее не вывел вздох Лесной. Молния хотела помочь соседке по пещере подняться, но через мгновение её как будто дернула какая-то сила за куцый хвост, заставляя оставаться на месте. Она и так порядком накосячила, еще чего, серая воительница решила, что это очередная издевка, да и вообще, Молния бы не оценила такой поступок на ее месте. Пока полосатая воительница нерешительно переминалась с лапы на лапу, раненая уже отправилась к выходу из палатки.
- Постой! - Молния кинулась за Лесной, подавив приступ кашля. Ей не хотелось подраться или что-то в этом духе. Негативная энергия вышла, а озеро лавы, постоянно бурлящее в голове несносной кошки на время утихло, превратившись в тихое каменное плато, периодически фыркая паром. То ли от усталости, то ли действительно послушав соплеменницу, но серая кошка буквально упала у входа в пещеру.  Полосатая снова засомневалась, что делать дальше, но тут же отбросила сомнения и аккуратно подскочила к серой куче меха, стараясь не наступить на мягкие места Лесной. Молния осторожно наклонилась к вытянутой лапе, стараясь не подходить слишком близко, чтобы не нарушать возникший покой.
- Слушай, не хочу я драться - начала она и, не удержавшись, фыркнула, дернув усами - И вообще, откуда мне знать, что ты ранена? Ты ведь не у целителя в палатке - на мгновение вспылила полосатая, но тут же дружелюбно улыбнулась одними уголками губ и повернула уши в сторону Лесной, показывая полное отсутствие агрессии, насколько оно было возможно. Пшеничная выпрямилась, садясь поодаль и задумчиво лизнула лапку, соображая, как бы потактичнее спросить о болезни серой кошки. То ли ленью от природы, то ли пофигизмом от туда же, Молния не стала заморачиваться:
- А что с лапой то? - спросила она, аккуратно протягивая широкую полосатую лапу в сторону глубокого, немного опухшего пореза, который, по-видимому, приносил много неудобств своей хозяйке.

После улыбки Лесной, хоть та и была натянутой, полосатая приободрилась. Все таки соплеменница приняла ее инициативу и согласна направить разговор в мирное русло. Раздражение Молнии было почти исчерпано, поток ядовитых фраз осушился, хоть и на время, но кошка была готова к спокойным отношениям с этой воительницей, как с равной по духу. Она вгляделась, сначала в лицо раненой кошки - оно не передавало хороших эмоций, лишь вселенскую усталость, титаническую терпимость и едва заметное раздражение. Молния так же уделила время осмотру серой соседки целиком, отметив утонченность ее мордочки и что если привести шерсть в должный вид, она станет совсем не дурна собой. Все это полосатая про себя отметила, так же не забывая о ее реакции на выходки полосатой дурёхи. В итоге в голове бесхвостой сложился более полный портрет такой воительницы ее племени, как Лесная, теперь она даже могла сказать, что достаточно хорошо ее знает, по отношению к другим кошкам, с которыми Молния старалась вообще не контактировать, избегая ненужные склоки внутри племени. И, нужно сказать, характер Лесной она оценила по достоинству, в ее взгляде на раненую появилось уважение, не хотелось острить над ней, хотелось записать в свою "банду" и посмотреть, как она годится на такую роль.
- Листва сейчас на территории Ветра. Они решают вопрос на счет котят погибшей Орлицы. Ей сейчас не до меня и я не хочу ее беспокоить. - - ответила Лесная и перевела взгляд на свою лапу. Молния так и осталась взглядом на ее мордочке, обрабатывая только что поступившую информацию. Ей хоть на какую-то частичку информации стало больше известно о переполохе в племени. К тому же, она нашла прекрасного информатора. Полосатая надеялась, что серая кошка ей все расскажет, по крайней мере, что знает сама. "Хм.. Целительница пошла в племя Ветра? Наверняка и предводитель ушел туда же.." Одна мысль заменяла другую в круглой голове кошки, но среди них не притаилось мысли о жалости к погибшей. Она никогда не была близка с рыжей кошкой, как и с какой-либо другой, так что не могла ее как-то, даже дружески, жалеть. Это скорее была ярость, ярость мести врагам, ярость к обители, которая забрала очередного воина. Молния понятия не имела, из-за чего она погибла, где сейчас котята и чего хочет добиться Жабозвёзд, но непременно собиралась это все узнать у новой собеседницы, только явно не сейчас. Полосатая на несколько мгновений погрузилась в думы, как бы уйти в такое место, где их бы никто не трогал, и уж было вспомнила одинокую палатку целителей, но тут поймала на себе ответный взгляд Лесной, полный какой-то тоски. Молния внимательно выслушала информацию о шраме, отметив про себя, что ни разу не сталкивалась с таким случаем, в том числе, пока валялась без дела в палатке. Полосатая еще раз глянула на ее лапку, не отводя взгляда от тяжело встающей кошке, явно мастящейся в сторону выхода. Лапа выглядела немного опухшей, но если не приглядываться, невооруженным взглядом не было заметно ничего, кроме старого шрама.
- Может быть, у тебя травма? - неуверенно предположила кошка, глядя на припухлость и на то, как тяжело серая опирается на левую лапу.  Молния тихонько приблизилась к Лесной, борясь с желанием обрезать ей путь к выходу. Если эта кошка была на поисках, она всяко знает больше, чем кто-либо другой. Полосатая наконец перестанет барахтаться в неизвестности, как глупая мышь, угодившая в неглубокую, но до неприятия широкую, лужу.
- Я, пожалуй, пойду прогуляться. Не хочу мешать вашему сладкому отдыху, да и сама может в чаще лесной найду обезболивающие травы и наконец, притуплю эту боль. - Молния поймала мимолетный взгляд раненой, совсем краем глаза, но ей показалось, что она успела поймать глубокую грусть в этом взгляде. Ну нет, так дело не пойдет. Так дела не делаются. Полосатая стиснула зубы и в один прыжок, даже, прыжочек, оказалась рядом, подставляя плечо. Спать ей совершенно расхотелось, а выгонять соплеменницу из палатки это вообще не дело, при том мало ли что там может быть в лесу с такой ситуацией между племенами. Да и узнать очень хотелось. Молния всегда была достаточно любопытной, но эту ситуацию надо было как-то выкружить.
- Да постой же ты! - полосатая не собиралась отставать, она была явно не из тех, да и вообще, была куча причин на это - Куда же ты одна пойдешь? Там небезопасно, тем более, раненой, - кошка решила пойти этим путем - Я знаю хорошее место на берегу! Там так спокойноо.. Заотдыхаешься. И трав много растет, мне целительница рассказывала, пока я у нее в палатке валялась, - кивая в такт своим словам, чтобы заболтать серую кошку, Молния подталкивала ее в сторону выходу из лагеря. На поляне все немного улеглось, но все еще было совсем не тихо. Что-то творили котята, полосатой даже показалось, что она увидела шерсть своей матери вдалеке. Бесхвостая уверенно поддерживала серое плечо Лесной, хоть та была и выше, так было даже удобнее. Молния лишь надеялась, что соплеменница не станет спорить и упираться. Она постаралась сделать все максимально чисто, чтобы не задеть чувства воительницы и не оскорбить ее достоинство, или что она там еще оскорбила во время перепалки. Как бы то ни было, Лесная от чего-то погрустнела и это явно была не рана на лапе, Молния это чувствовала.
главная поляна

Отредактировано Молния (2015-06-29 12:51:11)

Небоглаз устало завалился в пещеру, устало нащупал подстилку и устало на нее плюхнулся. "Прямо как в старые добрые времена ученичества" - подумал он, зевая. - "Если бы я умел сдерживаться, а не разглагольствовать в самое неподходящее время, я бы не чистил подстилки! Морок поступил правильно, наказав меня за эту выходку, и я согласен с его приговором", - воитель уже собирался спокойно уснуть, как вдруг предательский внутренний голос начал доказывать ему обратное:"Нет, я ни на усик не согласен с Мороком, и иначе не мог поступить. Подумать только, Люпинушку обозвали жабоголовой! И он должен был молчать?! ". Люпинушка была умным, храбрым и вообще прекрасным котенком. Этот ответ удовлетворил черно-белого, и он наконец уснул.

НАЧАЛО ИГРЫ

Я тихо лежала в палатке воителей. В ней было тихо, и хоть немного прохладно. Мне очень не хотелось вставать. Я понимала, что если выйду отсюда, то опять погружусь в повседневную рутину, племени Теней. Сейчас, почти все воители на Совете, и на поляне не было, наверное никого. Сейчас ночь. Все наверно спят. Что я буду делать на поляне? Опять ходить, с непонятным смыслом жизни? Мне опять придётся сидеть в одиночестве. Нет никого родного. Брат умер, родители тоже. Мне, не с кем разговаривать. Эх, меланхолия, меласхолия. Лёжа в самом дальнем конце палатки, я зародилась. Что вообще со мной происходит? я размышляют, как сторейшина. Наверно, мне уже пора, туда, к ним. Ну, а правда, что меня тут задерживает? Так, ладно, мне пора остепениться, а то, и в правду старейшина.
Тихо встав, я пошла к выходу из палатки. Проходя мимо других подстилок, я невольно фыркнула. Похоже, все ушли на совет. Что ж, видимо, я одна осталась в лагере. Ну, что сказать? Я тормоз. Хотя, я не хочу выслушивать жалобы соседей. Главное, на данный момент - отнять у Ветра, котят Орлицы. Для меня, всё остальное - пустой звон. Я раздраженно остановилась, около подстилки, от которой, пахло Молнией. Неужели, её тоже взяли? Я удивленно уставилась, на выход из палатки. Что ж, тогда, я в двойне, тормоз. Я тихо пошла к выходу. Подойдя, невольно уставилась на поляну, которая проглядывалась, через выход из палатки. От туда, потянуло кровью. Я невольно заторопилась, к Главной Поляне.
      ⇒ГП

Отредактировано Мухоловка (2015-07-09 17:40:38)

-> Детская.

Выдра вслед за Зимушкой вошел в воинскую палатку и, опустив смачный кусище мха у порога, недоверчиво осмотрел свое новое обиталище. Палатка воинов племени Теней совсем не походило на его предыдущее жилище в Речном племени, да и пахло тут, разумеется, совершенно иначе, но к запахам Выдра привыкнуть успел. Пожалуй, только нос смог окончательно адаптироваться к новым условиям жизни. Остальные органы чувств все еще были в диком шоке от происходящего. Только разум Выдры продолжал оставаться холоднее льда и потому он смог сохранить неколебимое спокойствие, хоть и сердце сжималось от какого-то навязчивого чувства испуга и тоски.
Даже сейчас кот чувствовал как в душе его зреет беспокойство, как оно порождает все новые и новые вопросы. Как же там Безмолвие? Оставалось надеться на то, что Острозвезд не причинит ому вреда лишь из одного родства этого кота с новоиспеченным дезертиром и предателем. Впрочем, думать о брате уже поздно. Он не думал о Безмолвии когда сжимал в своих объятих такую волнующую Орлицу, не думал о нем когда признавался в своей связи с ней перед всем Советом, не думал о нем и во время кражи котят из племени Ветра. Уже глупо думать о Безмолвии сейчас. Слишком уж много дел понаделано.
Думай о тех, кто ближе, - сам себе сказал Выдра, а потом глянул на Зимушку. Для нее он хотел казаться уверенным и сильным. Он не хотел выдавать своего волнения, потому как еще больше не хотел расстраивать подругу. Впрочем, она вроде бы держалась бодрячком. Выдра пока еще не успел заметить ничего подозрительного в ее поведении. Только усталось и усталость вполне ему понятную...
- Охо-хо, постараюсь оправдать твое доверие! - Выдра распушился и принялся деловито осматривать свободные гнезда. Оруженосцы, похоже успели подсуетиться. Выбрав новые лежанки, Выдра пододвинул их поближе друг к другу и вернулся за куском мха, который притаранил в палатку. Еще несколько мгновений он возился с ним и подстилками, делая их теплее, мягче и максимально похожими на те, что были когда-то у них с Зимушкой в Речном племени. Зимушка же все это врем сидела у входа. Закончив со своей работой, кот с некоторой внезапной для него робостью подошел к подруге и, легонечко ткнув ее носом в спину, уселся рядом.
- Подстилки готовы, - пророкотал Выдра, чувствуя как вибрация от его урчания растекается по всему телу, - Ты как? - тихо спросил бело-бурый, невольно опустив взгляд своих желтых глаз к массивным лапам.

Порой бывает невообразимо трудно копаться в чьих-то чувствах, толком даже не зная о том, что испытываешь сам. Слишком много сумбура появилось в душе за последние пару дней. Впрочем, для себя Выдра смог найти то, что считал сейчас единственно верным. Он знал что назад уже не повернет. Он знал что сделал слишком много для того, чтобы менять результаты своих поступков и ошибок на уютную подстилочку в родном лагере Речного племени. В конце концов, он кот, а коту не гоже метаться из стороны в сторону как флюгер на ветру. Что сделано, то сделано и ничего тут не попишешь. Прошлое, быть может, и сказывается на будущем, но не предопределяет его. Впрочем, не об этом сейчас. Раз уж Выдра обрел внутреннее равновесие, то ему попросту срочно необходимо помочь сделать то же самое и Зимушке.
Наверное, она чувствует себя потерянной... - подумал Выдра, втайне от себя осозновая что именно таким чувствует сам себя. В принципе, если отбросить страшную мужскую самоуверенность и раздутое самолюбие, то Выдра и был совершенно потеряным с того самого Совета. Это чувство сопровождало его на протяжении всех тех событий. Между тем Зимушка заговорила и ее слова в понимании Выдры сошлись с тем, что он уже успел себе надумать. Какое-то время кот молчал, наблюдая за действиями подруги. Он не знал что говорить и не был уверен в том, что его слова сейчас действительно нужны, ведь чтобы он не сказал, это будет звучать как бессмысленные утешения. Нужны ли Зимушке эти утешения?
Ох, какой же ты мышеголовый! - презрительно фыркнул внутренний голос, а сам Выдра сел поближе к Зимушке и обнял ее своими лапищами. Когда не знаешь что говорить - обнимайся. Обнимашки - лучшее лекарство. Если мир когда-нибудь все же решится рухнуть в Бездну то спасти его смогут только обнимашки, да.
− Выдра, у тебя такие красивые котята! Мальчишки − один в маму, один в папу. А девчонка взяла от каждого родителя по чуть-чуть!
- Спасибо... Они и впрямь... удивительные, - слегка смутившись ответил Выдра и чуть ослабил свою железную хватку. Он еще толко не успел понять каково это быть отцом, но да, слово удивительные было именно тем эпитетом, что наиболее удачно клеилось с образом этих котят в голове их горе-папаши. Мысли Выдры как по команде переключились на малышей. Что же, действительно один из них был чуть ли не его копией, а рыженький был живым напоминанием об Орлице. Девочка же стала будто бы промежуточным звеном между двух крайностей, которыми являлись ее братья. Вдобавок все котята выглядели крепкими и здоровыми, что не могло не радовать Выдру. Видно даже и такой "противозаконный" плод любви Звездные предки не обделили силой, которой якобы наделили когда-то и род Выдры. Впрочем, не успел Выдра далеко уйти в свои мысли. Зимушка опять заговорила и каждое ее слово было все удивительней и удивительней другого.
Она что, решила в отместку засмущать меня до смерти? - промелькнуло у Выдры в голове, а нежданная нежность, вдруг прозвучавщая в голосе подруги, заставила кота окончательно ослабить свои медвежьи объятия и с легким недоумение уставиться в голубые глаза. Может, он ищет то, чего нет в совершенно безвинных словах? Может это он дурак и...
- Зимушка, будь уверена, я никогда и никому не позволю обидеть тебя, - с юношеским запалом пророкотал воитель, не отрывая взгляда от глаз напротив, а потом он продолжил тихим, но до жути уверенным тоном, - И я никуда не уйду от тебя. Даже в Звездное племя. И мы оба родились в Речном племени, а значит частичка родных краев есть и в нас. Она навсегда останется с нами, а потом и с моими малышами. Уверен и у твоих детишек будет в сердцах этот отголосок нашего прошлого. И это хорошо. В этом нет ничего постыдного...
Выдра ненадолго замолк. Он чувствовал, что готов свято верить в свои слова, если они хоть капельку успокоят Зимушку. Если и она поверит в эти слова. Если поверит в его правду.