Молчание все нарастало, а сказать по прежнему было нечего. Как-то прежде в подобные неловкие ситуации Дикобраз не попадал. Обычно ему всегда было что сказать, или хотя бы он мог придумать, что сказать. Впрочем, неловко особенно ему не было, потому что подобная обстановка не слишком располагала к переживаниям. Птички, мягкая тень, спасающая от горячих лучей вечернего солнца и ветерок. Это скорее успокаивало, чем заставляло мучиться от переизбытка неприятных эмоций. К тому же, что он, котенок малый, перед соплеменником смущаться? Другое дело перед кошкой, это еще куда не шло.
В итоге молчание прервал Вихрелап.
- Какая уж тут удача, - усмехнулся глашатай, с иронией взглянув на своих мышек. Они, конечно, и были весьма упитанными, но ни в какое сравнение с остальным уловом не шли. Ну зато это хотя бы что-то. Воин уже хотел было отправиться в еще один заход, в надежде добыть что-нибудь более стоящее, но оруженосец снова заговорил, на этот раз уже на тему завершения охоты. Бросив беглый взгляд на сдвинувшийся к закату солнечный диск, Дикий кивнул. Верно подмечено, уже пора возвращаться.
- Да, думаю, уже пора. Улов у нас, в любом случае, достойный, - мурлыкнул он, по большей части имея ввиду кролика и то, что скорее всего наловили Ягодник с Пролеской. "Ага! Вон и они," - стоило только задуматься об остальных патрульных, как их силуэты замаячили впереди. Смотреть против солнца было неприятно и даже в некоторой степени сложно, но в том, что две близко расположенные друг к другу тени принадлежали им, глашатай был уверен. На секунду в его голове мелькнула мысль: "Не об этой ли самой кошке говорил мне Ягодник?", но далеко развивать ее он не стал. В конце-концов это было глубоко не его дело и даже просто разводить мыслительные процессы по ней было бы элементарным расточительством времени. Осталось только дождаться, когда охотники приблизятся к ним и выдвигаться в обратный путь. Время пролетело на удивление быстро и Дикий еще чуточку жалел, что не успел поймать еще что-нибудь толковое.

Какая уж тут удача, -[//u] усмехнулся Дикобраз в ответ на похвалу оруженосца. Тот тут же записал ему очко - не стесняется показать себя со всех сторон и не задирает нос только потому, что он воитель. Точнее, глашатай.
Хорошо это или плохо? Вроде бы второй правящий пост в племени, стоит чуть выше, но в то же время так запросто со всеми общается.
- Перед холодами нам пригодится любая дичь, - тактично заметил Вихрелап и обвил хвостом начинающие мёрзнуть лапы.
[u]- Да, думаю, уже пора, - продолжил Дикобраз. Палевый котик вздохнул с облегчением - начинало знатно подмораживать. Осень всё уверенней вступала в свои права.- Улов у нас, в любом случае, достойный.
Вихрелап кивнул, и между корнями дуба снова наступила тишина, которую нарушили появившиеся Пролеска и Ягодник.
Кремовый кот выглядел одновременно радостным и опечаленным, а глядя на его спутницу, можно было подумать, что она только что из битвы. Выглядела она усталой, задумавшейся и словно бы огорчённой чем-то.
Впрочем, голос воительницы был бодрым и деловитым.
- А вот и мы, - объявила она. [/u]- У нас довольно большой улов. А у вас как?[/u]
Вихрелап покосился на добытую дичь.
Теперь её точно хватало, и кролика можно было спокойно нести целителям.
Добрая охота.
Оруженосец поудобнее взял свою добычу в зубы, предоставив Дикобразу отвечать на вопрос Пролески.

---> Главная поляна

Отредактировано Вихрелап (2015-10-04 20:08:01)

Кот тихо кивнул, полностью соглашаясь с мнением Вихрелапа. Перед холодами и правда любая дичь нужна. А в холода тем более. Впрочем, в список "любой" дичи Дикобраз не стал бы включать все подряд. Например, он вовсе не был уверен, что даже холода смогли бы заставить его съесть какую-нибудь гадость вроде лягушки или ящерицы. Другое дело, конечно, что он вообще не представлял где всех этих тварей вообще можно отыскать в сезон Голых Деревьев, но это уже отдельная тема.
Пока он, впервые за весь этот стремительно пронесшийся вечер, спокойно наблюдал закат, появились Ягодник с Пролеской. В общем-то именно их охотники и дожидались. Глянув в сторону Дикобраз увидел, как ученик забирает своего кролика и тоже направился в сторону своих полевок.
- Удачная, да, - мурлыкнул он в ответ воину и тут же добавил, уже отвечая на вопрос Пролески, хотя та наверняка и так уже увидела, чего успели наловить соплеменники. - У нас тоже неплохой, - кот подошел к небрежно скиданным тушкам, - Идем в лагерь, - сказал он это, скорее для того, чтобы подтвердить и без того очевидный факт. Часть патруля уже двинулась в обратную дорогу, но все-таки на всякий случай сказать никто не мешает. Глашатай подобрал свой улов, не без радости ощущая что на вес мыши выглядели чуть более привлекательно, чем на вид. Впрочем, это уже было неважно, главное, что поймал хоть что-то. "Зато нести удобно," - хмыкнул про себя кот, стискивая зубы покрепче, чтобы тонкие хвостики не выскользнули из пасти. После чего заботиться по этой теме кот совершенно перестал. Сейчас у него будет куда больше других забот, так что это, по сути, сущая мелочь. Дикий уверенным шагом направился в противоположную от дуба сторону, заняв ведущее место. Он был вовсе не против того, чтобы кто-то шел перед ним, но раньше никто не пошел. Было бы очень глупо просто стоять и ждать пока кто-нибудь, так сказать, рискнет.

==>Главная поляна>

---> Главная поляна

В сопровождении Стрижехвоста и Грачелапа Колкохвост вышел за границы лагеря. За весь путь они не обронили ни слова. Да и это было совершенно ни к чему. Чуть оторвавшись от целителя и оруженосца, кот взглянул на небо. В его голову снова полезли мысли о странной смерти Сурепки, которая нашла ее в лесу. И что, в конце концов, стало с ее ученицей? Выжила ли кошечка, удалось ли ей каким-то чудом избежать участи наставницы, или она все-таки попала в когти какой-то Тени, о которой незадолго до собственной смерти сообщила Сурепка.
Сурепка нравилась Колкохвосту, она была хорошей и добродушной кошкой, никогда не язвила и не вела себя грубо по отношению к нему самому.
Исполин дернул кончиком длинного полосатого хвоста. Он совершенно не хотел, чтобы мысли, всплывающие у него в голове, полностью завладели им. Воитель кинул взгляд на Стрижехвоста и Грачелапа. Коты неспешно следовали за ним, как будто мысленно переговариваясь о чем-то, о чем Колкохвосту было не дано знать.
Где-то совсем под лапой воитель племени Ветра услышал копошение какой-то дичи.
Мышь, наверное, - рассеянно подумал Колкохвост. Ему очень не нравилось, что мысли сейчас обрели какую-то форму, которая отчаянно мешала ему ухватить их и сосредоточить на разговоре, который хотел провести Стрижехвост подальше от лагеря.
Охотиться Колкохвост сейчас точно не собирался.
Еще вдалеке он пытался высмотреть Анемону, которая, пообещав проверить Ветрогривку и ее новорожденных котят, должна была припоздниться на встречу с собравшимися. Однако исполин пытался для начала хотя бы уловить запах воительницы, но все было тщетно. Ветер летел от Колкохвоста как раз в направлении к выходу из лагеря, и потому он явно не смог бы понять, когда Анемона соизволит показаться у корней.

Отредактировано Колкохвост (2017-09-16 08:45:48)

Как только светлая голова Анемоны показалась на "горизонте", прямо на пути из лагеря племени Ветра, Колкохвост неожиданно даже для самого себя воспрянул духом. По мере приближения воительницы, кот пытался соображать, как же начать разговор. Конечно, он отчасти успел даже обронить пару слов перед тем, как покинул лагерь, но по большей части исполин смотрел лишь в глаза Анемоне и больше ничего не говорил, что было само по себе довольно жутко.
Колкохвост наблюдал за кошкой, как она подбегает к месту встречи, и вдохнул. Анемона совсем не зря была прозвана "дочерью ветров". Порывы воздушной стихии свободно гуляли в ее светлой кремовой шерсти, создавая впечатление "пушистости" и объемности.
Наконец, воитель племени Ветра почувствовал и запах Анемоны, которая уже тем временем практически нос к носу столкнулась со всей троицей, стоявшей и ждавшей ее.
- Быстро ты, - добродушно фыркнул кот. Снова отогнав неприятные воспоминания о Сурепке и рассеянные мысли, Колкохвост даже попытался улыбнуться в усы, но улыбка вышла довольно кривоватая.
- Отойдем, ты не против? - кот на секунду взглянул на подругу детства, чей взгляд ярких янтарных глаз выражал теплоту, от которой Колкохвост на какую-то долю секунды даже растерялся.
Не дождавшись ответа от кошки, воитель развернулся и пошел прочь от Анемоны, изредка подергивая кончиком длинного хвоста, якобы подзывая подругу. Отойдя от Стрижехвоста и Грачелапа на достаточное расстояние для того, чтобы те не смогли расслышать весь разговор целиком, Колкохвост, усевшись на землю, начал говорить:
- Я, конечно, понимаю, что сейчас говорить о Сурепке будет не лучшим вариантом, просто потому, что мы все тяжело переживаем ее смерть. Я слышал, как она произносила свои последние слова. Сурепка не могла лгать, она говорила правду, пусть даже и это звучит как-то совсем неправдоподобно.
Взгляд бледно-зеленых глаз строго уставился прямо в яркие глаза Анемоны. Колкохвост говорил серьезно, тоном, не требующим возражения.
- Я бы ни за что не поверил в существование чего-то необъяснимого в лесу. Но, когда слышишь этого сам, своими собственными ушами...
При этих словах Колкохвост инстинктивно дернул правым ухом. Где-то совсем рядом была дичь.
Никакой охоты, - напомнил себе кот. - Не сейчас.
- Сложно поверить, что здесь поселилось что-то, что может запросто растерзать любого из котов, любого из воителей, будь то наш кот или кошка или чей-нибудь еще. Я не знаю, на что надеяться и во что верить, Анемона, - казалось бы, эти слова должны были прозвучать с каким-то отчаянием в голосе, однако Колкохвост говорил сухо, но твердо. - Я лишь знаю, что, когда придет время, мне нужно будет защищать племя.
...и тебя, - мысленно добавил Колкохвост, не решаясь высказать промелькнувшее дополнение вслух.
Конечно, он прекрасно понимал, что такой воительнице, как Анемона, никакая дополнительная защита не нужна, и что она сама прекрасно может за себя постоять. Колкохвост лишь... чувствовал то, что чувствовал, а потому и не решался высказать все это, опасаясь, что та запросто разозлится на подобные слова.
- Нам всем нужно взглянуть в глаза этой Черной Тени, что сейчас обитает в лесу. Если, конечно, у нее есть глаза, - грустно хохотнул воитель. Он совершенно не знал, что будет дальше. Так же, как и не знал никто другой.