Разгром не спешит уходить, давая соплеменникам возможность поздравить Скальницу. Он лишь лениво переступает с лапы на лапу, по-хозяйски оглядывая лагерь и наблюдая, как вокруг новой воительницы смыкается кольцо котов.

Среди пришедших он сразу выделяет серый силуэт Туман. Её трудно спутать с кем-то другим, и Разгром приветственно склоняет голову, на мгновение задерживая на кошке внимательный, изучающий взгляд. Она держится отстраненно, но в её негромком голосе, обращенном к Скальнице, сквозит непривычная теплота. Разгром подмечает эту осторожную искренность — так ведут себя те, кто только учится доверять. Он не вмешивается, лишь едва заметно водит кончиком хвоста, предпочитая оставаться сторонним наблюдателем.

Он уже открывает рот, чтобы предложить Скальнице помощь с обустройством в палатке воителей, как его внимание переключается на выход из обители целителей. Появившаяся там Шиполистая сладко потягивается и уверенно направляется к группе. Разгром тихо фыркает: он слишком хорошо знает этот взгляд, полный деловой сосредоточенности. Утренний осмотр неизбежен. Когда взор целительницы скользит по нему самому, кот расправляет плечи, сохраняя при этом обманчиво расслабленный вид. Уходить сейчас — значит рисковать ненужной встречей с Калиной, мысли о которой после ночного свидания с её братом до сих пор отдают тревожным покалыванием в когтях.

Разгром едва заметно дергает ухом, отгоняя навязчивый образ, и вновь фокусируется на Скальнице.

Теперь, когда Шиполистая вслух говорит об усталости кошки, Разгром и сам видит то, что пропустил раньше: потемневший от переутомления взгляд и излишне прямую, натянутую как струна спину. Он знает это состояние — смесь эйфории от нового статуса и желания просто упасть мордочкой в мох.

— Похоже, утро у тебя выдалось насыщенным, — негромко замечает он, и в его обычно суховатом голосе проскальзывает мягкая, почти ленивая забота. — Теперь у тебя не только новые обязанности, но и законное место в палатке воителей. Если после того, как Шиполистая закончит свои ритуалы, тебе понадобится помощь с подстилкой — только скажи. Я всё равно никуда не тороплюсь.

Разгром глубоко вдыхает бодрящий утренний воздух, жмурится на солнце и чувствует, как остатки сна окончательно выветриваются. Несмотря на тяжесть в лапах после ночных похождений и колючую внутреннюю неловкость, его наполняет странное спокойствие. Кажется, этот день начинается именно так, как и должен.

— Какие-то вы неразговорчивые сегодня или это только со мной? - возникшая тишина с появлением лидера не осталась незамеченной. Ракитник был согласен, что вышло не очень дружелюбно и надо было выкручиваться из ситуации.
- Просто неловко обсуждать всякие мелочи в присутствии предводителя, - голос белоснежного был сладок, но не без явной нотки вины. Ну прям нашкодивший котёнок. - К тому же, если Калина увидит меня без дела, то снова примется отчитывать, а меня от её нравоучений ещё больше в сон клонит. Да и "нравоучений" ему хватало от матери. Он их такое количество выслушал за всю жизнь, что уже выработал стойкий иммунитет.
- К слову, это же была первая церемония на новом месте? Поздравляю, ты как всегда был на высоте, - издалека зашёл Ракитник, поднявшись со своего места и дружески похлопав брата кончиком хвоста по плечу. Чтож, раз не удалось улизнуть незамеченным, надо было обернуть ситуацию в свою пользу. Он наконец останется с Метеором наедине и сможет обсудить с ним дела насущные. Ну, почти наедине. Хотя от Искролапки не могло возникнуть никаких проблем. Им вроде удалось установить хоть и хрупкую, но связь. А значит, в чём-то она могла и поддержать.
"Метеор объединил наши племена, а он знает что делает." Слова ученицы крепко засели в белоснежной голове. Понятно, что ученица предводителя поддерживала его во всём, да и он тоже, конечно же.. Но Метеор был не всемогущ, а значит, ему не помешает помощь в лице самого преданного воина. Особенно когда Калина примерит на себя новую роль.
- Так вот, о чём это я? Ах да, - умело заговаривал полосатого кота Ракитник, почтительно следуя за ним на шаг позади. Оживившаяся Искролапка сорвалась с места и вмиг очутилась у выхода из лагеря. Белогривый одарил её тёплой улыбкой, нарочито одобряя её безграничную энергию.
- Стоило ли торопиться с посвящением Скальницы? Возможно, стоило оставить эту честь, назваться первым наречённым воителем, для бывших Речных оруженосцев?
>>Озеро

Скальница взглянула на неё - с той же осторожностью, как и она сама. Словно входишь в мутную воду и не уверен, чего ожидать на дне. Пара мгновений - и на серебристой мордочке расцветает улыбка. Туман внутренне выдыхает с облегчением. Неплохо. Неплохо! Она совсем разучилась налаживать новые связи. То ли дело детство, когда оруженосцем заявляешься на Совет и сразу обзаводишься полудюжиной новых приятелей. Впрочем, та Туманнолапка доверяла всему миру. И давно сгинула за это.

Соплеменники собрались вокруг новопосвящённой, пёстрое море из шкур, и Туман невольно задумалась, что сейчас они выглядят как единое племя. И запахи их уже начали постепенно смешиваться во что-то новое. Скальница технически принадлежала племени Ветра, но совсем недолго - можно сказать, она ни нашим, ни вашим. Это здорово, что именно она является центром этого торжества.

Шиполистая вклинилась в толпу, авторитетно объявив осмотр, и первым делом сосредоточилась на именнинице. Туман никакой особой усталости в Скальнице не наблюдала - впрочем, она не так часто рассматривала её вблизи, так что в этом нет ничего удивительного. А вот услышав её разговор с Разгромом, воительница заинтересованно изогнула хвост.

- Вы не против, если я составлю вам компанию? - вежливо мяукает она; не может же её подначка Кроту оказаться верной, из-за чего эти двое предпочтут охоту наедине?

Нееет... да нет. Нет же?

— Всё в порядке, — поспешила заверить Скальница, но голос её звучал несколько отстранённо. Шиполистая обошла её кругом, внимательно рассматривая, и тщательно обнюхала. От пятнистой кошки отчётливо пахло Кротом - видимо, всю ночь делили подстилку. Тем временем пациентка переступила с лапы на лапу и продолжила уже твёрже: - Просто... с утра кролик показался каким-то странным. Наверное, просто переволновалась перед посвящением.
Молодая целительница задумчиво посмотрела в сторону кучи с добычей. Если туда затесался странный кролик, его нужно было проверить как можно скорее, пока никто не отравился. Но с другой стороны, есть болезни, от которых меняется восприятие вкуса - даже самая обычная простуда может быть с подобным эффектом...
Шиполистая вернулась к голове Скальницы и ткнулась носом в её прохладный влажный нос. Нет, тут было всё в порядке, никакой температуры не наблюдалось. Было ещё одно возможное объяснение... но до его подтверждения придётся подождать примерно три четверти луны.
- Вроде бы ты в порядке, - заключила коричневая кошка. - Но на всякий случай не перенапрягайся и, если почувствуешь себя хуже, немедленно возвращайся в лагерь и обратись ко мне или Репейнику.
Молодая целительница не стала озвучивать потенциальный "диагноз". О подобном не говорят, не зная точно.

Осмотр остальных не занял много времени, Тигриное племя было сильно и здорово. Коготь Пестробоки нормально заживал, у других их соплеменников тоже не было особых проблем.
- Хорошо, все свободны, - довольно мурлыкнула Шиполистая. - Не забывайте обращаться к целителям, если что-то заболит!
Коричневая кошка прошла к куче с добычей и принялась обнюхивать кроликов в ней. Все они оказались здоровыми и аппетитными, и молодая целительница довольно облизнулась. Вот и ещё одно преимущество объединения с племенем Ветра - теперь альтернатива рыбе больше не была такой редкостью!
"Ничего же страшного, если я возьму кусочек?"
В обязанности Шиполистой охота не входила, но и ей было негоже есть, не поработав. Но ведь коричневая кошка поработала, верно? Она осмотрела Тигриное племя и убедилась, что все здоровы, только Скальница, Пестробока и Кролехвост требовали наблюдения. Поэтому с чувством выполненного долга - и некоторой вины за подобные отмазки - Шиполистая оторвала себе кроличью лапку, уселась в тени шиповника и приступила к еде. Зверёк оказался совершенно нормальным и вкусным, и коричневая кошка кинула задумчивый взгляд вслед Скальнице. Значит, действительно, дело в ней...

Разгром переводит взгляд на Туман, когда та предлагает пойти с ними на охоту. В зеленых глазах на миг мелькает короткая усмешка: серая воительница, кажется, и правда начинает держаться свободнее, уже не сторонится так явно, как прежде, и это Разгрому нравится.

— Чем больше лап, тем быстрее управимся, — соглашается он, шевельнув хвостом. — Да и первая охота новой воительницы в компании соплеменников — хороший знак.

Но стоит ему снова посмотреть на Скальницу, как мысли останавливаются на ней. Кошка держится слишком прямо, двигается осторожно, будто каждое лишнее движение даётся ей через силу. Разгром замечает и потемневший взгляд, и то, как она на миг замирает у кучи с добычей, а потом тут же отворачивается. От еды её, похоже, не просто мутит — она и думать о ней не хочет. Шиполистая, разумеется, всё замечает раньше него, от целительницы такие вещи редко ускользают.

— Только без геройства, — добавляет уже тише, обращаясь к Скальнице. Голос у него суховатый, но в нём слышится непривычная мягкость. — Если Шиполистая скажет отдыхать, спорить с ней смысла нет. Охота никуда не убежит.

Интересно, что происходит с юной воительницей? Впрочем, он решает не думать об этом слишком долго, потому что вряд ли придумает что-то дельное, а если вдруг с ней будет что-то серьезное, племя найдёт способ разузнать и помочь. А пока полосатый чуть переступает с лапы на лапу, разминая плечи. После ночной вылазки тело ещё хранит усталость, а в голове по-прежнему крутятся лишние мысли — о Калине, о чужом тепле под боком, о том, что случилось и чего уже не вернуть. Разгром раздражённо дёргает ухом, отгоняя это прочь, и снова смотрит на поляну.

Вокруг становится шумнее. Пестробока успевает перехватить Туман, Кролехвост подходит к Скальнице с обычной для себя серьёзностью, где-то рядом переговариваются другие коты. Лагерь понемногу затихает после утреннего оживления, сперва наполняется голосами, шагами, запахом свежего мха и добычи, а после постепенно пустеет, когда племя начинает разбредаться по делам. Разгром краем глаза следит за этим бесконечным круговоротом, и ему вдруг кажется, что всё вокруг впервые за долгое время начинает складываться в нечто цельное. Не сразу, не без шероховатостей, но всё же. Племя вокруг, новые воители и котята, вернувшийся Яблочник; кот ощущает целостность и какой-то сакральный смысл.

Расслабляться, однако, некогда.
Солнце уже греет спину, ветер шевелит шерсть на загривке, и собравшаяся вокруг группа готова к охоте. Осматривая желающих смешливым, лёгким взглядом, Разгром выступает первым:

— Догоняйте, начнем с реки, а дальше посмотрим по запахам.

Это, пожалуй, самая удачная локация для старта: подальше от тех мест, где ночью они гуляли с рыжим, но обильная на добычу, чтобы поднять боевой настрой вновьпосвященной.

>>> Огромный дуб