Резкий окрик заставил Алозвёзда насторожиться и заглянуть Можжевельнику через плечо. Судя по всему, он застал Морошколапу врасплох в самый неподходящий момент: она выглядела очень встревоженной.
— Н-нам нужно кое-что… кое-что тебе рассказать…
Патрули еще не вернулись, ученица целителя испугана, вывод напрашивался сам собой - ничего хорошего он не услышит. Уже можно мобилизировать воителей?
- Тогда я слушаю, - спокойно сказал Алозвёзд, но усаживаться не стал. Возможно, дело не терпело отлагательств. Можжевельник сделал шаг вперёд, переводя всё внимание на себя.
- Морошколапа получила послание с небес.
- Вот как? - кот бросил взгляд на Морошколапу и слегка улыбнулся. Независимо от того, какую информацию он сейчас получит, эта новость была хорошей. - Поздравляю! Я рад, что твоя связь с Предками так окрепла. Теперь мы можем чувствовать себя в два раза увереннее.
Последующие слова Можжевельника заставили Алозвёзда задуматься. Звёздное племя, как всегда, было крайне аккуратно и таинственно в своих высказываниях. "Горе принесёт то, что в голодные времена приносит жизнь" - логично, что имелась в виду дичь, но вот что с ней будет не так? Исчезнет? Потравят Двуногие? И их чудище - разве существует сила, которая может повергнуть такую громадину в крепком панцире?
- Пока не могу сказать, что именно имели в виду предки, - подытожил Можжевельник, выглядевший не менее задумчиво, - Но попросить патрули быть более внимательными не помешает.
- Это точно. Похоже, нам пора всерьёз укреплять свои позиции, - ждать действительно было больше нельзя. Их и так обступали со всех сторон, а тут ещё эта неясная беда. Предложение Черноперого ослабить одного из предполагаемых врагов вдруг приобрело лёгкий отблеск привлекательности, но Алозвёзд быстро отогнал от себя эту мысль. Грозовое племя не действует исподтишка. Это противоречит Воинскому закону.
С Главной поляны, тем временем, послышались громкие голоса - кто-то явно всерьёз ссорился. "Вот только этого нам сейчас не хватало!"
- Спасибо за предупреждение. Вечером я проведу ещё одно собрание, может, появятся ещё какие-то мысли, - он кивнул в сторону поляны, -пойду разберусь, пока вам не добавили работы.

→ Главная поляна

Провожая взглядом Алозвёзда, покидающего пещеру, Можжевельник почему-то подумал о том, что с нынешним предводителем племени более чем повезло. Серая Комета, к примеру, едва ли отнеслась бы спокойно к попытке дать ей совет, и кто бы спорил, сильный лидер - это прекрасно. Только готовность принимать чужую помощь не является признаком слабости.

Целитель мог бы ещё задуматься вот над чем. В какой момент его внутренняя неуверенность в себе исчезла и превратилась в твёрдое знание того, что, как и когда стоит делать? Казалось, ещё совсем недавно он всеми силами сдерживал мысленную дрожь, даже протягивая соплеменникам нужные травы для лечения, и боялся сделать что-то не так, а теперь спокойно высказывается в присутствии Алозвёзда о своих мыслях по тому или иному поводу. Может, помогла снизившаяся по накалу страстей обстановка в племени, может, каким-то образом повлияло общение с братом, может, воспитание собственной ученицы не оставляло времени на сомнения... Так или иначе, Можжевельник считал, что может вполне собой теперь гордиться.

Вопрос Морошколапы был неожиданным. Светлошёрстый кот задумчиво пошевелил усами, стараясь вспомнить, жаловалась ли Чёрная Полоса на что-то в последнее время. Кажется, не жаловалась, однако едва ли дети оставляли ей хоть несколько мгновений на то, чтобы позаботиться о себе.

Да и вряд ли Морошколапа собиралась как-то навредить одноглазой королеве. Не тот характер, причин нет, а от беспочвенных подозрений можно схватить паранойю. Не давала ему ученица поводов усомниться в себе, не давала и всё тут, значит, нужно отогнать ненужные мысли и сосредоточиться на своих прямых обязанностях.

- Есть кое-что, - кивнул Можжевельник и вскоре вернулся из кладовой с аккуратным свёртком травы в зубах. - Попроси, пожалуйста, Чёрную Полосу зайти ко мне, если её что-то тревожит в собственном здоровье. Котята могут обойтись на время осмотра без неё.

А потом лагерь, скорее всего, будет разобран по веточкам и камушкам. Но эту свою мысль целитель озвучивать уже не стал.

Отредактировано Можжевельник (2022-03-23 02:52:21)

Когда-нибудь, смиренно подумал Можжевельник, ещё издалека уловив запах соплеменника, становящийся по мере приближения всё отчётливее, в эту палатку перестанут заглядывать так, словно здесь рады всем и каждому.

Но только он сегодня. И, справедливости ради, Чернопёрый принёс с собой травы. Это позволило ему избежать раздражённого взгляда и получить в свою сторону приветственный кивок.

Ещё один несомненный плюс Морошколапы: рядом с ней он вёл себя более сдержанно и не так ворчливо. Было в этом что-то непривычное и в то же время приятное.

Пусть часть соплеменников всё ещё была способна вызвать у него недовольное шипение даже тем, что чересчур громко дышала над ухом.

- Спасибо, - молодой целитель забрал у гостя травы и потащил в сторону кладовой. - Морошколапа, после того, как вернёшься, займёмся нашими запасами. Я хочу проверить, как у тебя обстоят дела со свёртками.

Казалось бы, на этом можно и откланяться. Но Чернопёрый почему-то решил втянуть его в разговор и сделал это так естественно, словно они каждый день собирались во время еды, чтобы по-дружески перекинуться парой слов.

Сперва Можжевельник слушал не слишком внимательно, по привычке погрузившись в свои мысли, где смешались брат, ученица, общее тягостное настроение, разлившееся по лесу после Совета, пополнившиеся запасы лечебных растений. Сами травы присутствовали в его сознании постоянно, пусть и часто крутились где-то на фоне, Можжевельник не мог бы, пожалуй, вспомнить ни единого дня, когда не был бы занят рассуждениями о том, сколько у него осталось, кому и что нужно отнести, когда идти за следующей порцией.

А затем Чернопёрый упомянул имя Каменницы с каким-то незнакомым озлоблением. И светлошёрстому коту пришлось отвлечься на разговор, свернувший в странное и нежданное русло.

Он не забыл поведение глашатой в тот день, когда в лагере оказалась пострадавшая одиночка, и уж тем более не собирался слепо доверять ей во всём, но не мог не признать, что свои обязанности Каменница выполняла безукоризненно. Если смотреть на неё как на важную единицу в жизни племени, можно согласиться с тем, что Алозвёзд сделал правильный выбор. Личные разногласия стоило бы оставить в прошлом, никогда к ним не возвращаясь.

И всё же, видимо, что-то пошло не так, раз молодые воины позволяют себе высказывать подобные сомнения. Невольно вспомнился ещё один недавний срыв с обвинениями в смерти предыдущей предводительницы. Многовато сомнений по отношению к той, кто вместе с лидером должна выглядеть непоколебимо-преданной и неизменно-правильной.

Картина вырисовывалась совсем не радужная, но Можжевельник не был бы Можжевельником, если бы позволял себе делать поспешные выводы.

- И? - бросив взгляд на Морошколапу, он увёл Чернопёрого в угол палатки. Места здесь было мало, пришлось разговаривать едва ли не усами в усы и с задранной головой, Звездоцап бы побрал его рост, часто не позволяющий смотреть на собеседников как на равных. - У тебя есть какие-то подтверждения своих опасений или ты топорщишь шерсть в сторону Каменницы просто так?

Он старался подбирать слова как можно осторожнее, пока что не обозначая своего отношения к положению дел. Не дай Звёздное племя Чернопёрый почувствует его поддержку, им сейчас только скрытого восстания не хватало. И так отношения с некоторыми соседями на тоненькой шерстинке висят, совсем не время разобщаться.

— Есть кое-что, — кивнул Можжевельник и вскоре протянул её аккуратный свёрток травы. — Попроси, пожалуйста, Чёрную Полосу зайти ко мне, если её что-то тревожит в собственном здоровье. Котята могут обойтись на время осмотра без неё.
— Спасибо, — мяукнула Морошколапа, судорожно соображая, куда бы ей деть ненужные травы. Она же собиралась только узнать название! А потом как бы невзначай спросить, какие травы точно не следовало давать.
Но прежде чем она успела бы хотя бы уйти из палатки, к ним зашёл Чернопёрый:
— Моввевеввник! Вот травы от патруля Севера.
— Спасибо, — Можжевельник забрал травы и потащил в кладовую. — Морошколапа, после того, как вернёшься, займёмся нашими запасами. Я хочу проверить, как у тебя обстоят дела со свёртками.
— Ага, — Морошколапа рассеянно посмотрела на новые травы. Интересно, может быть, в патруле была Шиповинка?.. Морошколапа помотала головой: таких совпадений не бывает.
— Знал бы ты, что там сейчас происходит, Можжевельник. Каменница всегда была злющей, но сейчас она как взбесилась, — прошипел Чернопёрый. — Везде ищет предателей, всюду видит измену. Она обвиняет Диковинку в предательстве, представляешь? При этом никто ничего точно не знает, есть только слова глашатаи, что Диковинка куда-то ушла одна в такую вот холодину. И ведь почти все ей верят!
Шерсть Морошколапы встала дыбом. Диковинка? Предательница? Да как так можно, она же самая честная, самая добрая, самая умная, самая… самая… «Но это же не абы кто, а Каменница сказала». А это было совершенно особенное обстоятельство. Морошколапа зависла, пытаясь понять, как два факта стыковались между собой…
— Кто знает, может, Каменница и позаботилась, что Диковинка «ушла»? А что — вполне в её духе вот так избавиться от соперницы. Короче, не доверяю я ей, Можжевельник, совсем не доверяю. И не только я.
— И? — Можжевельник бросил взгляд на Морошколапу… а потом увёл Чернопёрого в угол палатки. Морошколапа демонстративно прижала к голове уши: ну не слушаю я, не слушаю… Не больно-то и хотелось!
Они немного пошептались, и вскоре Чернопёрый отчалил. Морошколапа проводила его взглядом, а затем повернулась к Можжевельнику:
— И как он смеет! Диковинка — воительница ничем не хуже всех остальных. — Она замолчала, а потом вспомнила, что она хотела спросить. — Ой, точно! Ты мне не сказал, как эта трава называется. — Она кивнула в сторону трав для Чёрной Полосы. — Не могу же я не знать, что я ей собираюсь дать.

Тропинка Двуногих --->
Шиповинка, стоило переступить порог лагеря, устало улыбнулась. "Дом, милый дом. Я вернулась", — подумала она. Здоровые, неизраненные соплеменники, разговоры, гвалд. Как же это умиротворяло. Но задерживаться на входе не было времени. Кошечка сделала шаг. Ещё на подходе ученица прихрамывала, а уж пересечь поляну до целительской... Было тяжело. Шиповинка чуть не упала на ровном месте, пока перебирала лапками в сторону пещеры. Но бдительная Морошколапа была рядом.
— Предки, да что ж это такое... Изранены только передние лапы, а я уже хожу с трудом! Великие воители в легендах и с трудностями побольше справлялись, а я... Ух, да уверена, любой воитель нормально ходил бы с таким ранением, подумаешь, ну погрызли. Шипы и колючки! Сражалась же я ими, почему ходить становится только тяжелее? Кххх... — злилась на свои лапы Шиповинка. Вдруг она заметила, что ей стало тяжелее дышать и забеспокоилась. "Из-за боли уже и грудь сковывается. Вот сделаю привал, и станет легче, нечего тут переживать", — решила ученица.

Голова, тело, а затем и хвост скрылись в темноте пещеры. Шиповинка поковыляла к подстилке для больных, которая ещё была свободна, и грузно свалилась на неё. "Наконец, отдых..."
— Передохну чуток, очень уж устала. Если не будет места для раненых, я уступлю, — мяукнула Шиповинка Морошколапе, прикрывая глаза. Она подтянула одну лапу к морде и начала вылизывать. Укусы щипались и ныли, пульсирующая боль распространялась от лапы вверх, к груди. Шиповинка морщилась, но продолжала чиститься.

Дышать не становилось легче. "Спокойствие, путь долгий был, надо подольше полежать просто... Все стаблизуется...", — думала Шиповинка. На голову, с затылка, накатилась небольшая усталость. Одна из лап всё ещё была грязной, но Шиповинка не стала её трогать. Даже просто поудобнее устроиться на подстилке не было желания. Кошка прикрыла глаза.

Слабость со лба ручейком потекла на веки. "Лапу... Надо домыть... Рано раскисать..." — медленно ворочались мысли в голове. А затеи запылали лопатки, — "У кого такие горячие лапы... Кто меня трогает? Морошколапа?..." — Шиповинка приоткрыла глаза-щелочки, но повернуться, чтобы проверить, не смогла. Да и она никого бы не увидела. Ведь по спине, оставляя свои следы, пожаром распространялась лихорадка. Кошка обмякла. Её поглотила темнота.