— Спасибо, родная... — раздается рядышком голосом Мыши, уставшим и болезненно-хриплым. Рощица с трудом отрывает глаза от Спорыньи, чтобы взглянуть на котят и подбежавшую королеву; не найдя в себе сил выдавить улыбку и смахнуть выражение шока с морды, говорит также полу-задушено:
— Не за что, — и растерянно роняет вдогонку, — Мышь, что такое случилось?
Но ту, похоже, намного больше волнуют дети, и Рощица ее понимает. Тем не менее, от неизвестности становится страшно, поэтому воительница расспрашивает ближайшего к ней соплеменника. Получив предупредительно взгляд: "А ты вообще-то где была?", тем не менее, слышит ответ: Спорынья отравила Чернозвезда.
"Спорынья отравила Чернозвезда?"
У Рощицы внутри все холодеет, как при падении в ледяную зимнюю воду. Сначала — от недоверия; потом — от ужаса самой ситуации. После этого, приходит вина — это ведь она, она с Пятном ее привела!.. А значит, они виноваты? Она инстинктивно снова ищет глазами воителя, но тот, в свою очередь, смотрит только на одну Спорынью, похожую в этот момент больше на беспомощного котенка, нежели на коварную отравительницу.
К горлу кошки подступает вдруг тошнота, словно бы это она, а не их предводитель, наглоталась отравленного грибами мяса.
Недолго после этого Чернозвезд выходит из своей — не целительской — палатки, выглядящий больше живым, чем мертвым, и Рощица не уверена, что ей хочется знать — от того ли это, что постаралась Ольха, либо от того, что он только что потерял одну жизнь. Следом за ним выскакивает сама Ольха, и идет к Спорынье ("Она ведь ручалась за нее... Звезды, мы все кругом виноваты."). Племя начинает подтягиваться к скале собраний, но воительница не решается подходить близко, словно, если она приблизится, все станет слишком реальным для ее осознания.
— Все вы знаете, что Спорынья появилась в нашем лагере совсем недавно, — Чернозвезд говорит громко и твердо, словно бы не его только что попытались отравить; значит, с нем все будет хорошо, ведь правильно? — Быть может уже многие попали под влияние её речей, затуманивающих ваш разум, но сегодняшний поступок показал её истинную сущность.
Рощица вновь невольно глядит на Спорынью, мольбами пытающуюся опровергнуть слова Чернозвезда о намерении навредить котятам и старейшинам, и тут же стыдится сомнений, скребущих ее изнутри. Еще сложнее поверить в то, чего она своими глазами не видела — но кто она такая, чтобы судить о чужих намерениях? Кто она такая, чтобы вообще хоть о чем-то судить?
Она должна верить своему племени, и своему предводителю. Не случайной кошке, пришедшей из ниоткуда.
— Я больше не намерен терпеть эту ложь. С этого дня Спорынья изгнана из Племени Теней! Если она вновь будет замечена на нашей территории, исход будет один... смерть.
По толпе впереди нее прокатывается волна мрачного одобрения, а Рощица так и стоит, застывши, не знающая, куда ей деться от всего этого сумасшествия. Откуда-то из глуби поляны она слышит проклятия Спорыньи, прозвучавшие, как удар молнии, попавшей в затылок, после чего одиночка проносится мимо, едва не задевая ее плечом. На какую-то долю секунды Рощица хочет ее окликнуть, но вовремя себя останавливает.
"Верь своему племени. И своему предводителю."