И вот охота началась. Хоть охотники пока еще не обнаружили добычи, Лютик уже чувствовал, как разгорается в нем азарт. Он неотрывно наблюдал за товарищем, стараясь не упускать ни малейшей детали. Несмотря на предубеждение многих о том, что быть собранным равно как и серьезным бурый не может. Да и неправдой все это было. Потому что если уж воина что-то заинтересовывало, то он полностью на этом сосредотачивался.
Они прошли не так много, как предполагал Лютик изначально. Едва уши Щитомордника дернулись, он замер на месте с поднятой для шага лапой. И, чтобы ничего ненароком не испортить продолжил держать ее в воздухе. Ибо из собственных соображений рассудил, что раз уж ужи, и вообще все змеи, пользуются телом вместо ушей, держать лапу в воздухе было куда разумнее. Да и добычи собственно Лютик пока что не видел. Он проследил за взглядом приятеля, но разглядел ужа лишь спустя пару секунд, когда соплеменник уже направился к пню.
"Так вон же он!" - мысленно мурлыкнул Лютик, поймав взглядом тусклый блеск темных чешуек. К разочарованию воителя ужик был только один, а это означало, что пока что бурому придется побыть в роли наблюдателя. "А ведь хорошо прячется... В таком месте особо и не развернешься. Интересно, он специально туда залег или это совпадение?" - кот продолжил наблюдать за передвижениями Щитомордника, по прежнему не решаясь опустить лапу на землю. "А ведь они все равно кусаются... и больно," - воитель поморщился, растопырив усы, но не издал ни звука. К слову в том, что ужи отлично кусаются Лютик был уверен на все проценты, сколько только мог себе представить. Потому что успел проверить это на собственной ляжке, которая до сих пор носит заметные следы в виде двух симметричных точек. Впрочем, тот уж очень помог бурому меньше глазеть по сторонам во время охоты. Так что можно сказать, что именно ужей стоит благодарить за то, что из бурого вышел не полный раздолбай.
Но вернемся к Щитоморднику. Пространные размышления Лютика, не мешали ему однако наблюдать за ситуацией и улавливать всякие важные особенности охоты на пресмыкающихся. Он был далековато, но все же сумел заметить, как ужик принялся высовывать язык. Он, конечно, и до этого так делал, но с бо́льшими перерывами, вроде бы. Когда товарищ наконец прыгнул, то Лютик аж сам весь напрягся в ожидании успеха. Но что-то пошло не так, и та поза, в которой оказался соплеменник, как нельзя лучше это выражала. Сперва, конечно, бурый решил, что это какой-то особый прием, назначение которого уже было вознамерился выяснить чуть позже, но... тут Щитомордник отпрыгнул в сторону, что навряд ли было частью программы. А змей тем временем направился к воде, и пререзво, надо отметить.
Услышав крик товарища, Лютик сорвался с места, кидаясь наперерез ужу. Но тут же понял свою оплошность и на пару секунд замер. Беглец почувствовал топот и свернул вбок. "А ну стой!" - мысленно рыкнул воитель, быстро подобрался и прыгнул вперед наобум, потому как прицеливаться особо было некогда. Задние лапы проскользнули по песку, но прыжок тем не менее вышел сносным и Лютик приземлился прямиком на чешуйчатого. Почти на него, если быть точнее. Потому что лапы поставил слишком широко, ведь по обыкновению с другой добычей это срабатывало, и скользкий тип ловко продвинулся дальше. В невозможности обдумать свои действия и нежелании упустить своего первого ужа, так кстати выгнанного Щитомордником почти в его сторону, Лютик не нашел ничего лучше, как попытаться подцепить гада когтями и подкинуть в воздух. Это ему на удачу удалось и уж серединой тела подлетел вверх. Охотник же быстро сообразив, где у добычи голова снова прыгнул вперед (прыгнул очень неудобно, не принимая стойки, потому что было вообще не до нее) и разинул пасть. В целом идея-то была неплоха, если не учитывать, что происходил весь этот бедлам на берегу озера. Кот сомкнул челюсти на тонкой шее ужа, даже чуть ниже, но это уже не имело значения, так как дотянуться до Лютика добыча уже не могла. Но вот остановить полет было уже не в его силах.
Громко и выразительно взвыв сквозь стиснутые зубы, Лютик задержал дыхание и плюхнулся прямо в воду, разбрызгивая ее во все стороны. Спина его, осталась на поверхности, благо у суши было неглубоко, а вот голова полностью погрузилась в жидкость. Впрочем, вылазить он не поторопился, потому как уж принялся брыкаться не хуже фырчащих существ на пастбищах Двуногих, а отпускать его, когда тот был уже в пасти Лютику не позволял инстинкт охотника. Воин душил ужа, его самого душила вода, все звуки в которой норовили оглушить несчастного. Вокруг летел мокрый песок и холодная вода, разбрасываемая в стороны змеем. У Лютика уже начало темнеть в глазах от нехватки воздуха, когда он почувствовал, что уж почти перестал сопротивляться. Резко поднимая голову кот выкинул добычу на берег и шумно вдохнул, проклиная природу за то, что не снабдила котов жабрами. Ну так, чисто на всякий случай. Потом посмотрел под лапы, увидел что стоит по самое пузо в воде и быстро выпрыгнул на берег. Пасть его была широко открыта и с жадностью ловила кислород. По вмиг похудевшей морде стекали струи воды, а по подбородку еще и кровь убитого змея. Словом, вид у него был тот еще, и любой мог бы подумать, что в следующую секунду воин набросится на того, кто его во все это втянул. Но когда он наконец поднял голову, глаза его так и сияли.
- Поймал! - восторженно вскрикнул бурый и мокрый грозовой кот, восхищенно глядя на соплеменника. - Я его поймал! - словно котенок подпрыгивая на месте, повторил он. Следом пришлось отряхнуться, но Лютик постарался как можно меньше забрызгать Щитомордника, если такое вообще было возможно осуществить. А после принялся разглядывать трофей. - Вот это ужас! И как только Речные умудряются залезать в эту гадость по собственному желанию? Да еще и воздух настолько задерживать в легких... - с перерывами на вдохи и выдохи проговорил кот. Но куда больше его интересовал пойманный ужик.
