- Судя по всему, Блеск, язык у тебя явно не короткий. Можешь на досуге попробовать тоже кому-нибудь хвост полизать. Авось понравится, да ещё и пользу миру принесёшь, - сказал Воздух, явно не собираясь открывать своих секретов, и именно этим, а не мловами разозлил Блеска. Полосатый и сам мечтал добиться такого положения в нынещнем обществе, ведь вообще-то это он бывщий ученик Ивовой Звезды, значит должен стать лучшим воином и её правой лапой. Он, а не какой-то то там старый Воздух!
- Спасибо, но я препочиоаю менее унизительные способы приносить пользу. Пусть это останется чисто твоей привелегией, - фыркнул рыжий полосатик, решительно ускоряя темп, тем самым как бы невзначай пытаясь обогнать Воздуха, и очутиться во главе отряда. Вохщдухе скорек всего такие закинодоны юнуы были до лампочки, в илу возаста, а вот для Блеска всё было крайне серьезно.
- Тебе наверное уже сто раз это говорили.. Но всё-таки я скажу сто первый - ты очень похож на свою мать,
- внезапно сказал рыжий старший, не замечая резкого негатива со стороны Блеска, так что полосатый юнец даже устыдился немного своего петушиного поведения.
Мать... С тех пор, как Блеск впервые узнал о том, что Лавина ему не родная мать, прошло довольно много лун. Первое время он думал об этом постоянно, ловил каждую ниточку информации, каждую маленькую историю от старейшин, каждое вочпоминание Острозвёзда и Тигринки... Но сколько бы он не спрашивал, сколько не слушал, картина была всё равно не полной. И вскоре он и пытаться перестал её восполнить, просто смирившись с тем, что Вода для него останется чем-то недостижимым и неясным.
- Говорили.... Острозвёзд говорил,- с внезапной грустью сказал полосатый, поднимая полные печалиголубые глаза на рыжего воина. Мысль о деде щемила Блеску сердце. Он любил его. И, пожалуй, был единственным в племени, кто видел от этого кота лишь добро, и никак не мог понять, почему же все оказались к нему так злы. Но в силу своего характера, он ничего не мог сделать. Не мог даже сплрить с ними, и ему оставадось лишь молча принять, сррятав свою глуюокую печаль. И складывалочь такое чувство, будто Блеск даже сам не знает того, в каком неоднозначном и душевно-тяжелом подожении он находится. Как вечный ребенок, который умеет только искреннее любить, и совсем не умеет держать зла.
- От глаз и до последней шерстинки ты полная её копия. И я не обманываю тебя. Вода была моей ученицей и у меня было достаточно времени чтобы хорошенько рассмотреть её. - продолжал Воздух.
Блеск изучающе взглянул на него. О наставнике матери ему никто не говорил. Да и вообще, её образ стал для Блеска настолько святым, что он и подумать не мог, что когда-то она как и все оруженосцы валялась в пыли нв тренировках и выносила грязные подстилки.
- Я был с ней и в детской, когда она только родилась, и в день её смерти, когда родились вы. Не знаю, говорили ли тебе, но это мой сын, Сычехвост, принёс тебя в лагерь. А я - Ирисохвостую.- говорила рыжий, и Блеск вдруг ужаснулся тому, насколько же старый этот кот!
Нет, Сычеух ему ничего не говорил. Он стал ему сторым отцом - таким же как и Чистошерст, и лун до пяти подосатый вообще считал, что два папы это абсолютно нормальное явление. Лавина растила всех троих, как родных, и Ирисохвостую, и Кречета, и Блеска... Только вот папы к ним приходили разные. Сычеух бвл весьма сдержанен с приемышами, но это не мешало Блеску любить его также, как Чистошерста. Только Острозвёзд открыл ему правду, а так бы бедный полосатый котик так и рос в семье с двумя папами, и понятия не имел почемутак произошло.
- Зачем его убили?- с детской грустью в голосе спросил Блеск, посмотрев Воздуху в глаза. Какой же противореяивый был его образ сейчас. Глаза и интонация котенка, и широкие плечи взрослого кота - такое прямо прямо отражение внутреннего дисбаланса в нем: кровь хрупкой Воды и жесткое воспитание Ивы.- А Острозвёзд? Разве они сделали что-то плохое?
Я каждый день думаю, что сейчас, или вот прямо завтра сяду за пост и тут бах - уже месяц прошёл.. 
