Мракокрыл не без любопытства отметил скептицизм Осинника на охотничьи способности крапчатого оруженосца. Черный краем губ усмехнулся, но ничем более не выдал своих эмоций. Впрочем, беседуя с речным глашатаем, слуходух в принципе позабыл о Кречете. Да, давно Мракокрыл не с кем не разговаривал помимо Мастера, да и того разговорить было проблематично. Разговор с каштановым котом, хоть и тяжелый, но увлекал.
- Каков лжец, - категорично мяукнул кот. Мракокрыл вопросительно повел ушами, желая услышать объяснения, - жизнь в Речном племени никогда не была беззаботной. Все добывается общими усилиями.
Черный подумал, что Ива говорила нечто подобное. Да, слуходух понимал, что жизнь в лесу ничуть не легче чем в том же городе. Везде свои нюансы. Однако сила племен в том, что они не просто группка котов, живущих вместе. Они – племя, а их взрослые коты – воины. У них есть закон, есть вера, есть долг, есть обязанности. Одиночки даже не представляют, куда попали. Это тебе не древние скалы, где можно подебоширить и разойтись. Мракокрыл для себя отметил, что вечные скитания с Мастером его тоже вконец достали. Хотелось осесть наконец-то на каком-то месте, обрести смысл жизни.
А не тот, которым наградили его духи.
- Или... они что, собрались превратить Речное племя в своих рабов? Как Ивовая Звезда могла согласиться на это!
Мракокрыл нерешительно кивнул. Да, пожалуй, так оно и было, хотя прямо Мастер ничего не говорил. Честно говоря, у слуходуха все еще теплилась надежда на то, чтоб одиночки сами по себе уйдут, когда им надоест выполнять ежедневный долг воителя: охотиться, патрулировать границы, защищать племя… Но Осинник правильно заметил – если речные станут рабами, ничто не заставит бродяг уйти.
- Острозвезд не был тираном, - сказал как отрезал кот. Мракокрыл прикрыл глаза. Куда приятнее было услышать, что каштановый сам понимал, почему так все произошло. Но, похоже, этого не произошло. Осинник, видимо, считал, что белоснежная кошка просто хотела власти. Но это же не так… Не так же?
- …Да, у него были ошибки. Но от этого никто не застрахован, он был выбран Звездным племенем! Ивовая Звезда действительно получила дар девяти жизней?
Черный слегка пожал плечами.
- Мне не известно, - тихо сказал он, говоря правду. До сих пор Мракокрыл не был уверен в том, что у предводителей действительно девять жизней. Оставалось только верить на слово.
К большому облегчению юного кота, глашатай молча выслушал его оправдания и не погнал прочь. Осинник ничего не сказал, ни сделал. Это тревожило, и все же куда лучше, чем если бы речной кот прогнал его. Мракокрыл решил пока не развивать эту тему. Он хотел кое над чем подумать, а для этого требовалось время.
- Змеезвезд не бросит наше племя в беде, - уверенно мяукнул кот, на что Мракокрыл испытал облегчение. - Сколько бы одиночек Мастер ни собрал, мы соберем столько воителей, что будет вдвое больше. И этот их хитрый прием им не поможет.
Мракокрыл посмотрел в зеленые глаза глашатая.
- Я могу показать этот прием на Кречете, когда тот вернется, - предложил черный, как бы между прочим.
К ним кто-то приближался. Мракокрыл поднялся, приготовился к нападению. Но это был всего-лишь Кречет с удачным уловом.
- Ну ничего себе. Чем еще удивишь? – черный не особо понимал, в чем тут прикол. Ну, поймал добычу, чему тут радоваться?
И так, этого кота звали Блудник. Мракокрыл наблюдал за непонимающими взглядами между глашатаем и его оруженосцем, пока крапчатый не разъяснил ситуацию.
- Он спас меня однажды. От стаи одиночек.
Кречет так и эдак выставлял Блудника в наилучшем свете. Мракокрыл смотрел на новенького в их компании с интересом. Коты разделили добычу оруженосца, черный ел молча, довольно быстро справился со своей долей.
- А кто ваш др… - начал было бурый кот, глядя на черного. Но Мракокрыл не успел ему ответить. Их нашел сумрачный патруль.
Мракокрыл поднялся, принял оборонительную позицию. Теневые коты были крайне враждебны, не воспринимали слов Осинника.
«Вот тебе и помощь…» - досадливо подумал кот. Союзники, называется.
Блудник подошел ближе к речным, Мракокрыл последовал примеру одиночки. Он тоже будет драться, если потребуется.
- Случилось то, что Речное племя явно взяло пример с Грозовых и начало яшкаться с бродягами, - был основной аргумент против четверки котов. Мракокрыл по-прежнему был хмур и готовый биться. Говорить он не собирался. Да и есть ли смысл? Осинник пытался уладить все разговорами. Не получилось.
- И поэтому ты притащил сюда своего дохляка, этого грязнулю и смазливого?
Мракокрылу не нравилась эта трата слов. К чему оскорбления, они же с миром пришли. Но, похоже, чесать языками сумрачные коты любили. Но только чесать. Не то, что Мастер – вот тот угрозы всегда выполнял. А тут – только воздух сотрясают. Черный не испытывал ни малейших положительных чувств к Теневым котам. Они совсем не похожи на Осинника или Ивовую Звезду, не похожи на Кречета. Фразу про «смазливого» Мракокрыл пропустил мимо ушей, как и все другие оскорбления. Да и смазливым он себя не считал, в принципе не совсем понимая, что это значит.
У черного стал подергиваться кончик хвоста – это было единственное, что выдавало его эмоции. Мракокрыл мягко переступал с лапы на лапу, чтоб тело не затекло от одной и той же позы. Слуходух все еще был готов к нападению. В качестве противника выбрал себе коричневую кошку с белой грудкой. Блудник не мог отвести взгляда с куцехвостой кошки, бурый и полосатый самец стоял ближе всего к Осиннику. Кречету достанется самая молоденькая, рыжая кошечка. Остается, правда, еще один кот. Им Мракокрыл займется после…

- Я бы посмотрел на то, как она попробует меня "порвать в клочья". Не выйдет, даже при всём старании, - тихо пробормотал Блудник, и Осинник несмотря на ситуацию усмехнулся краем рта. Да, будь он сам на месте Блудника, то чувствовал бы себя примерно так же - выживать всю свою жизнь среди других бродяг, а потом быть порванным на клочки племенными котами. И ладно бы ради чего-то, но нет - ради цели, которая ему вообще даже не нужна на земле, которая ему не нужна.
- О такую демонстрацию, тебе с готовностью устроит любой из нас! - расслышав каким-то образом слова Блудника, заявила воительница племени Теней. Когда она вышла на свет, который можно было назвать относительно светом в этой роще, где царили вечные сумерки (пусть и не такие темные, как в хвойном лесу, но все же сумерки), Осинник узнал Терновницу.
- Спокойствие. Мы пришли не из-за территорий, и уж тем более у нас есть дела важнее, чем драться с Сумрачным патрулем, - сказал каштановый глашатай, намекая и своему отряду в том числе, что провоцировать племя Теней не стоит. Итак они появились тут какие-то взвинченные, будто на их территории барсук поселился.
- Ты, рыбоед, если головой забываешь пользоваться, так нюхалка тебе на что? - забыв, что говорит не с домашним котиком, нарушившим границу, а с глашатаем, прошипела Молния. Осинник едва сохранял спокойствие, чтоб не вспылить. Ему не нужна была драка помимо той, которую они избежали в Речном племени.
- До Совета и объявления о том, что тенистая роща ваша, и тем более до момента, пока другие племена это признают, эти метки ничего не значат, - ответил он бесхвостой кошке. 
- Времена меняются, - грубо рявкнул Коготь, внезапно выходя еще откуда-то. Осинник посмотрел в его сторону, еле сдерживаясь, чтоб не вступить в перепалку о территориях. Сейчас это не так важно.
- Теперь это земля племени Теней! - не всякий случай подхватила Терновница, хотя Осинник итак понял уже, что Сумрачные коты претендуют на тенистую рощу.
- И поэтому ты притащил сюда своего дохляка, этого грязнулю и смазливого? Совсем потеряли страх увальни нетон..
- Ты оскорбляешь моего оруженосца, будущего воина Речного племени, а значит и Речное племя! - Тут уже Осинник не выдержал и повысил голос. Может Кречет и худший оруженосец, но не всяким Молниям об этом судить и тем более вякать. Никогда племя Теней не было выше Речного по статусу, чтоб такое говорить.  Плюс у него взыграло чувство собственности, как если бы Молния только что заявило, что в Речном племени тухлая рыба или грязные подстилки, или там что-то против Острозвезда - а Кречет был частью Речного племени, и будь Молния хоть трижды права, она так говорить не смела глашатаю этого самого племени. 
- Случилось то, что Речное племя явно взяло пример с Грозовых и начало яшкаться с бродягами, - процедил Коготь. Осинник оскорбленно поднял голову, чувствуя, как и шерсть поднимается дыбом.
- Выслушайте для начала, может новая информация разнообразит кругозор и добавит варианты возможностей, почему здесь одиночки, - с досадой протянул он, не удержавшись от подколки, намекающей, что не слишком умные коты Теней только и могут, если увидят одиночку, думать, что их напринимали в племя. Ведь у них только такой опыт и был, откуда им домыслить, что может быть как-то иначе? У самих ведь до появления Змеезвезда только это и происходило, плюс ближайшие соседи - собравшиеся в племя одиночки, ничего личного в сторону Небесного племени, но ведь это так.
- Может, для начала хотя бы выслушаем их.. - первой подала умную мысль Терновница. Осинник серьезно был благодарен ей за это, хотя старший тут все равно Коготь, и ему решать, выслушает он следующие слова Осинника, или так и не даст их озвучить. И тем не менее, Речной глашатай молчать не собирался, даже если его прервут после второго слова.
- На наше племя напали бродяги! Ива оказалась предательницей, и теперь она именует себя Ивовой Звездой, но что самое важное - ей помогает Мастер! Помните такого?

Если бы момент был менее напряженный, Блудник бы наверняка нашел бы его довольно знакомым. Только он снова встретился с Кречетом, и их тут же окружили враги, готовые бросится в их шкуры и надавать по башке. У Пестрика, видимо, аура просто такая, находить себе неприятности, из которых его надо выручать.
Собственно, решение тут же встать на их с Осинником сторону произошло просто машинально, как само собой разумеющееся. Блудник и так уже так давно искал возможности с ними встретиться, он их теперь не бросит. По крайней мере, пока не удостоверится, что они победят в этой войне и вернуться к себе домой. А что будет потом... Ну, об этом длинношерстый решил просто не думать.
От Блудника не осталось незамеченным то, как вцепилась в него своими змеиными глазами эта бурая сумрачная кошка. Она буквально пожирала его глазами, как дикарка. Блудник не мог на это не отреагировать, его хвост заведёно стал подниматься и покачивался, доминирующе распушившись. И тут кот заметил, что Молния так же не делает. Точнее делает, но её хвост, он такой необыкновенно короткий, что сигналы, подаваемые им, воспринимаются до трогательного крошечными. Никогда Блудник ещё не видел такого хвоста, а он повидал многое.
А тем временем две соплеменницы Молнии только подразнивали их друг к другу. "Они действительно так хотят этой драки, или просто красуются своим бесстрашием?" - тихо хмыкнул буро-белый дебошир и прищурился, его глаза сузились.
Привыкший оказываться в эпицентре враждебно настроенной своры бродяг, Блудник уже стал продумывать то, какими способами он перемахнёт через младую Колкошкурую, отобьёт бросок Терновницы , тут же кинется на Молнию и устроит ей такое родео, которого в племенах и не встретишь. Ему и прежде доводилось вертеться в группе кошек, не привыкать.
- И поэтому ты притащил сюда своего дохляка, этого грязнулю и смазливого? - заявила Молния. И тут Блудник ощутимо скрипнул зубами, почти одновременно с задетым её словами Осинником.
- Кто-то в плохом настроении, - фыркнул кареглазый шатен, оскалившись, - А имя к нему прилагается?
К слову, эти сумрачные тут все были в плохом настроении. И это злило. Серьёзно, ладно бы это касалось только Блудника, он привык к такому отношению, но какой у них был резон так бросаться на Кречета и Осинника? То, что Блудник и Мракокрыл оказались тут с ними, это вообще ни на что не влияет. Они же обратились с помощью. Одиночке всегда казалось, что воители воителям несмотря на свои различия, всё ж помогают, разве не так?
- Времена меняются, - вдруг вперёд вышел какой-то большой полосатый кот, и все сумрачные как один стали его слушаться, даже безхвостая, - Случилось то, что Речное племя явно взяло пример с Грозовых и начало яшкаться с бродягами!
Блудник вдруг подумал о том, что вот этот полосатый кот точно пример того глашатая, под началом которого буро-белый одиночка бы ни за что не выступил. "Благородство определяется поступками, а не происхождением," - Блудник может быть и безродный, "бродяга", "грязнуля", но уж точно в разы благороднее их.
- Выслушайте для начала, может новая информация разнообразит кругозор и добавит варианты возможностей, почему здесь одиночки, - Осинник всё пытался выступить перед этими котами, но они продолжали подтрунивать его из-за спины Когтя, - На наше племя напали бродяги! Ива оказалась предательницей, и теперь она именует себя Ивовой Звездой, но что самое важное - ей помогает Мастер! Помните такого?
Блудник продолжал боковым зрением следить за теневыми, но посмотрел на Осинника. Он всё ещё не знал, что такого в этом Мастере, но теперь, сомневаться не приходилась. Раз Осинник говорил об этом коте так с Теневыми, - он был опасным, куда более опасным, чем Блудник о нём думал. Но приходить сюда за помощью тем не менее была напрасная идея. Пусть Блудник и плохо разбирался в Мастере, а вот в таких стычках умел. Они не помогут.
Буро-белый снова покосился на Осинника и на Кречета, притихшего рядом с ним, с полными надежды глазами. Блудник тихо, что было заметно только им, присвистнул Кречету, и взглянул на него, слегка качнув головой, как бы предупреждая, что сейчас им возможно предстоит повторять их отход к синему пруду.

Отредактировано Блудник (2017-03-19 09:25:15)

Терновница пустилась в размышления и, ладно, если бы она делала это не вслух. Недовольно дернув хвостом, практически синхронно с братом, Молния согнула лапу в локте и несильно толкнула белогрудую в бедро. Если кошка встретится взглядом с бесхвостой, то без слов должна будет понять, что лучше ей не вмешиваться. Безумный взгляд зеленых глаз не предвещал ничего хорошего, сама полосатая ни одной шерстинкой не верила словам Осинника.
Молния не прекращала смотреть на кареглазого, разражаясь тихим рыком на каждое его движение. Этот бродяга был почему-то совершенно не склонен к послушанию, да и возможная драка, видать, его не пугала. Бесхвостая же была в полном предвкушении, когда уже сможет вцепиться в чей-то загривок.
Коготь продолжал нудный диалог, когда разъяренная Молния располосовала добрую часть земли у себя под лапами.
- Пусть эти амфибии отсюда убираются, будут знать, куда им не стоит соваться! - улучив момент вновь гневно замяучила кошка - А этих одиночек стоит проучить! - полосатые лапы сдвинулись на несколько мышиных хвостов вперед и вновь впились в промерзшую грязь.
Ну не могла Молния предположить, что то, что пытаются донести до них речные могло бы быть правдой, ни на секунду. Кошка могла бы до вечера строить всевозможные заговоры со всякими причино-следственными связями и прочим.. Но никак не довериться словам рыбомордых. Каждый, кто покушался на их территорию автоматически становился целью далеко не дружелюбных чувств, так с чего ей тогда в пользу Осинника жертвовать хоть капелькой доверия и уважения.
Мысли только распаляли бесхвостую, да и все остальные были уже на пределе. Когтю нужно было что-то решать, иначе сумрачные воители сами найдут повод к нападению. По крайней мере Молнию каждый взгляд белогрудого бродяги злил все сильнее, причем в геометрической прогрессии. А морда Осинника, считающего, что он тут умнее всех, вообще напрашивалась на парочку тычков в барсучью нору.

Обстановка накалялась всё сильнее. Коготь и Молния  не отличались терпением и не привыкли к долгим разговорам, так что шансов у Речных было немного. Между тем её поведение, кажется, не слишком понравилось соплеменникам. Она ощутила толчок в бедро и обернулась, поймав недовольный взгляд Молнии. Однако Терновница, была не из тех кто легко отказывается от своего мнения. Белогрудая смело встретила взгляд соплеменницы, лишь слегка сощурившись.
Разговор совсем не клеился, коты лишь обменивались колкостями, но было ясно не одна из сторон не собираться так просто уступать. Сама Терновница не спешила сыпать остротами, пока не задели её лично, ил её племя. А вот Коготь и Молния не стеснялись в выражениях. Воительница лишь досадливо дёрнула ушами. Остроты хороши лишь тогда, когда для них есть повод, а бессмысленные оскорбления в адрес врагов, казались ей нелепыми.
Между тем Осинник явно начал терять терпение, и намекнул, что не намерен долго терпеть грубость Теневых.
-Ты оскорбляешь моего оруженосца, будущего воина Речного племени, а значит и Речное племя!
Выпалил он кажется едва сдерживаясь. Воительница напряглась готовая, если надо дать отпор любому из противников. Глаза её метались от одного к другому в поисках того кто станет её противником в случае битвы. Внезапно она поймала взгляд голубых глаз чёрного одиночки. В тот момент, когда их взгляды встретились бурая уловила в его глазах блеск вызова. Она смело встретила этот взгляд,  растянув губы в хищной ухмылке, Терновница провела языком по губам, словно увидела кусочек сочной дичи.
Немногословный, но готовый к бою! О мы определённо "споёмся"!
Мелькнуло в голове сумрачной воительницы.
- На наше племя напали бродяги! Ива оказалась предательницей, и теперь она именует себя Ивовой Звездой, но что самое важное - ей помогает Мастер! Помните такого?
Слова Речного глашатая отвлекли её от мыслей о драке. Кошка недоверчиво сощурилась и склонила голову.
- А где же Острозёзд?! Он не из тех кто легко уступает своё, и помирать он кажется, тоже не собирался!
Выпалила бурая, снова переведя взгляд на Осинника. Наверное, Когтю не слишком понравиться, что она опять лезет в разговор. Но вопрос был более чем актуален. Острозвёзд конечно был далеко не молод, но оставался опасным и сильным противником. Да и глупцом Речной предводитель, теперь уже кажется, бывший никогда не был.
Неужели Ивовая настолько затуманила ему мозги! О звёзды! Либо это развод, либо Острозвёзд тот ещё простофиля!
Терновница дёрнула хвостом, и снова перевела взгляд на чёрного незнакомца, улавив тот момент когда он шепнул что-то своим соратникам. Кошка мгновенно выпустила когти в любой момент готовая к атаке.

- Кто-то в плохом настроении, - фыркнул Блудник, - А имя к нему прилагается?
Кречету показалось, что имя одиночке воительница скажет разве что через свой труп, еще раз доказывая, что с бродягами новое племя Теней завязало. Так всегда бывает - если ты раньше к чему-то был причастен, то потом, чтоб это скорее забылось, ты намеренно бросаешься в крайность и выступаешь против старых устоев с утроенным усердием, иногда доводя до абсурда. В любом случае, зачем Блуднику оно понадобилось? Не думал же он..? Кречет вдруг подозрительно покосился на друга, собираясь при случае сказать, что в этом омуте ловить нечего, и вообще, не время для всего этого. Тем более, подобные штучки уж точно не одобрит Осинник. А ведь Блудник собирается остаться с ними?.. Ну, Кречет так понял и надеялся на это.
Как он и предполагал, Молния вопрос лишь проигнорировала.
- Пусть эти амфибии отсюда убираются, будут знать, куда им не стоит соваться! А этих одиночек стоит проучить! - при этих словах Кречет враждебно взъерошился. Пусть только попробуют тронуть Блудника. Однако Осинник и сам не собирался никого из своего патруля тут оставлять.
- Они с нами. Мы уходим, - сказал он, и компания двинулась за ним, проходя мимо неприветливых котов племени Теней. Кречет хмуро посмотрел на Когтя. Тот поставил себя в очень глупую ситуацию, но Осинник, как мудрый глашатай, сказал им, что если передумают - могут разыскать их. Хотя любой другой на его месте мог после подобного откреститься от племени Теней и вовсе не хотеть иметь с ними ничего общего.
- И если Ива именуется звёздным именем, значит она получила благословение предков и дар жизней. При чем здесь Змеезвёзд и наше племя? - все еще звучали в ушах Кречета слова Когтя. Когда он проходил мимо него, то не удержался.
- Она убила Сычеуха. И Чайку, - сказал он, намереваясь бросить это ровно и как бы чтоб воители Теней подумали, о чем вообще твердят. О каком таком благословении предков может идти речь, если предводительница убивает своих соплеменников? Но голос в конце все же просел, и Кречет прошагал, не глядя ни на кого, следом за Осинником. Все же это была целительница, которая всегда была его лучшим другом и оказывала поддержку. И это был его отец, родной отец...
До этого он словно бы не осознавал происшедшее. Все было как в тумане от шока, от горя, от того, что он не видел ничего собственными глазами, но зато перед глазами стояла смерть Чайки, а где-то там сейчас лежит в крови и Сычеух. Он не видел этого, и от того было сложнее это принять. Однако иного случиться не могло. Что же они сделают с телами? Неужели выставят на всеобщее обозрение?
Кречет даже не сомневался, что сказанное вызовет шок у котов Теней. Какими бы враждующими племена ни были, но потеря хорошего воина любого племени - это горе для леса, а не радость для кого бы то ни было, что чужое племя ослабло. Но он знал и то, что после всего сказанного на этой поляне племя Теней не одумается и не возьмет свои слова назад.
>>> Хвойный лес

Молния рвала и метала. Она хотела ринуться поскорее в бой и проучить этих одиночек. Когтю эти бродяги тоже не нравились, но он не хотел принимать безрассудные решения.
- А где же Острозёзд?! Он не из тех кто легко уступает своё, и помирать он кажется, тоже не собирался! - вновь выпалила Терновница.
Коготь недовольно щёлкнул клыками.
- Нам только нужно больше воителей. Мастер привел бродяг в полтора раза больше, чем нас, и у них был...
Он действительно сейчас так наивно думает, что я с радостью побегу к Змеезвёзду, чтобы тот выделил для их бессмысленной битвы наших соплеменников? Рыбомордый глупец.
- Правда в том, что сейчас он жив и в добром здравии. А значит не только наше, но и все племена в опасности.
- Я так не думаю, - резко отмахнулся глашатай. - Сумрачное племя не из тех глупцов, которые водят шашни с бродягами, - было видно, что Коготь не был настроен на конструктивный диалог и на каждое слово Осинника он находил десяток своих ответов.
Речной же кот, как казалось полосатому, смотрел на них, как на последних глупцов, а это раздражало ещё больше.
- Можешь не вести нас к Змеезвезду. Но хотя бы передай, что услышал.
Глашатай лишь прищурил янтарь и ничего не ответил.
- Мы пойдем за помощью к другим племенам. Если передумаете, дайте знать.
- Она убила Сычеуха. И Чайку, - бросил Кречет, проходя мимо него.
Речные коты скрылись вместе с одиночками. Коготь не знал, как реагировать. Почему-то он поверил в то, что Ива действительно стала предводительницей. Она давно исполняла обязанности глашатая, поэтому я бы не удивился, что Звёздное племя подарило ей жизни. Но... если Кречет говорит правду о Сычеухе и Чайке, то это вызывает некоторые сомнения, - он поколебался. У каждого вожака свой метод правления. Эти двое вполне могли оказаться предателями.
- Проверьте, что Речное племя покинуло наши границы, - велел Коготь, оглядываясь на соплеменников, а затем он бросил достаточно холодный взгляд на Терновницу, которая так и норовила залезть в его разборки с Осинником. Что ж, такой был нрав некоторых котов, но исполин такого терпеть не собирался. Кот кивнул своим соплеменникам и направился в сторону лагеря, но, проходя мимо Терновницы, он затормозил: - Я твой глашатай и будущий предводитель. Не забывай про это, если хочешь быть уверенной в завтрашнем дне, - он сверкнул глазами и первый покинул рощу, думая, что же ему сказать Змеезвёзду.

► Главная поляна

Огромные клубни разъярённой энергии витали вокруг Молнии, и Колкошкурая чувствовала это даже многим лучше всех остальных - именно она стояла ближе всех к воительнице, хвост которой так ръяно метался из стороны в сторону, что, того и гляди, вот-вот угодил бы Колкошкурой по голове. Рыжешкурую отчасти скрывало пушистое тело наставницы, но она старательно водила головой из стороны в сторону, стремясь не упустить из внимания ни одного дижения тел чужаков: движения, знала кошка, могут рассказать многое даже о том, кто молчит. Чужаки, кстати, не собирались особо двигаться с места: то ли шкуры берегли, то ли и не собирались. Дураками они не выглядели... Впрочем, не будь Когтя рядом, Молния бы уже давно развязала драку - так думала Колкошкурая.
Мало когда рыжая ученица видела в такой близи чужих котов, но не считала разумным влезать в разговор. Одиночки были не менее разношёрстны, чем она себе представляла, впрочем, это и не удивительно. Даже со стороны была хорошо заметна огромная разница в их темпераментах, манерах и... Целях. Спустя какое-то время Колкошкурой начало казаться, что за их приходом кроется нечто даже большее, чем желание проинформировать о собственной беде и попросить помощи. Будь это исключительно так, не было бы тут этого большого кареглазого самоуверенного кота и подозрительно выглядещего черношкурого котика. Последней же чаще всего был одарен взглядом ученицы - он-то даже для одиночки казался каким-то чудоковатым, гораздо более, чем пёстрый котик примерно одного с ним возраста.
Разговор между двумя сторонами был закончен не лучшим образом, но чужаки развернулись и направились прочь. Коготь настоял на своём и сам поспешил удалиться - должно быть, такое происшествие дало ему достаточно пищи для размышлений и дел на ближайшее время. Перед тем, как уйти, он поручил оставшимся кошкам убедиться, что незванные гости ушли восвояси точно, а не застряли где-то на границе, может быть, в ожидании более дружелюбных собеседников. Колкошкурая, не особо принимая во внимание то, что её наставнице ещё не остыла, вынырнула перед Молнией и первая заговорила:
- Если бродяг и правда много, - голос кошки был спокойным и даже особо не взволнованным, только интересующимся, - Они могут не остановиться на землях речных, да?
С самого котячества Колкошкурая была уверена в том, что остальные племена особо и за племена считать не стоит - сумрачные коты сильные и непобедимые, и реальной угрозы им никто представлять не может. Однако... Жизнь у рыжей ещё была короткой, и, наверное, в первый раз она услышала о реальной беде где-то рядом. Поскольку она была только по соседству - это было даже интересно, а не страшно, и, уже давно убедившись, что Молния не стала делать сочувствующего вида, решила, что и сама не обязана выдавливать из себя обеспокоенность положением соседей. Но некоторые вещи её сильно интересовали.
- И как они могут водить с собой этих блохастых? - не понимая этого, кошка даже чутка поморщилась, - Если ведь они не найдут помощи, их племени больше не будет? Закончив свой небольшой набор вопрсоов, Колкошкурая примолкла, немного вспомнив о недобром расположении духа Молнии, и была уже больше готова направиться за наставницей на границу, чем получить ответы.

Как только было можно начать дорогу следом за речными и одиночками, Колкошкурая пристроилась с правого боку от Молнии чуть поодаль. Улыбка, которой наставница одарила рыжую секундой до того, как кошки начали шаг, не располагала к дальнейшему зрительному контакту. Иногда Молния улыбалась так, словно желала в каждому, кто эту лыбу увидит, пасть замертво. К такому свойству наставницы можно было привыкнуть, но не обращать внимания - нет, не возможно...
- Хм, - рыжешкурая обдумывая услышанное, несильно повела носом и немного неуверенно продолжила, - Даже если они тощие и блохастые, они как-то захватили племя...
Рыжешкурая ни капли не сомневалась в том, что все одиночки - это что-то, что ещё хуже чужаков из соседних племён, что-то вшивое, заразное и непременно дурно пахнущее. Такой набор ассоциаций закрепился в сознании Колкошкурой ещё с самого раннего детства, даже до того, как она познакомилась с Молнией: именно такими оборотами поносил одиночек отец нашей героини, украшая свой негатив куда, на самом деле, более ветьивато, чем могла позволить себе Колкошкурая без страха за свой язык. Но всё-таки она не совсем понимала, каким образом произошёл этот переворот в Речном племени: всё не вязалось между собой, и компания одиночек вместе с выжившими речными только усугубляло положение.
- Получается, одиночки не такие и неумелые? - сама мало в это веря, Колкошкурая продолжала размышлять вслух, понимая по взгляду наставницы, что та вроде как её слушает, - Или речные ещё более беспомощные, чем кажутся со стороны?
Рыжешкурая повела бровями. Чувство тотальной безопасности племени сумрачных котов, которое она впитала вместе с материнским молоком и всем последующим, что Колкошкурая видела и делала в своей жизни, говорило внутри неё, что беспокоиться не о чем. Беда была где-то далеко, и ни Колкошкурую, ни её сестру, ни Молнию она не коснётся. Но не могла ученица перестать думать о том, что не было всё понятно в словах каштанового речного воителя, и что приход их не был вызван одной просьбой о помощи. Впрочем, Молния так не считала, а это давало поводы верить в продолжение спокойного времени в племени.
Когда сумрачные кошки убедились, что чужаки ушли окончательно, их дорога приняла другое направление. По этой дороге разговор об одиночках и речных утих, да и внимание рассеялось: тут уже вспомнилось и убежище барсука, к которому рыжая хотела вернуться как-нибудь на обратном пути. Находка Молнии отвлекла ученицу от не самых важных и глубоких размышлений:
- Что там? - заинтригованно спросила Колкошкурая буквально секундой до того, как получила запрет на приближение к чему-то непонятному, а от этого - уж точно интересному.
Пушистый силуэт наставницы скрылся где-то за кустом, а сразу позже отрекошетил назад. Воительница не была рада своей находке, да и Колкошкурая уже не была особо воодушевлена: стоя какое-то время на пути ветра, она разобрала не самый приятный аромат, который нёсся ей навстречу из тех же кустов, куда лазила Молния. Несмотря на запах, неизведанное не могло её не цеплять. Молния довольно бысьро поймала раздосадованный запретом взгляд ученицы и изменила своё решение. Повторять Колкошкурой не понадобилось: в одно мгновение полосатая юркнула в кусты.
- Ну и вонь! - первым делом донеслось оттуда, и сама маленькая кошка уже поворотила голову от её источника. Перед Колкошкурой лежала растерзанная птичка, уже явно давно и странно убитая. Пернатое не было особо съедено, да и поймано, судя по всему, не племенным котом: соплеменники не оставили бы картину таковой. Утолив интерес и получив лишний вопрос для размышлений, полосатая двинулась дальше за наставницей.
На главную поляну