Сорока вернулась из долины снов в сильно приподнятом настроении. Сколько же дел она успела переделать за эту ночь! И сколько дел у неё ещё на уме! Столько всего, столько всего. Но больше всего сейчас она жаждала встречи с Кленовницей. Казалось бы, только-только попрощались - но нет, уже хотелось увидеться. Чувство, которое чёрно-белая не испытывала никогда. Приятное. Так вот как зарождается дружба между котами? Или нет? Или да? Сложно ответить. А что если ..? Срочно нужна помощь целителя! - вдруг это ощущение означает, что Сорока постепенно умирает? Да нет же? Было бы грустно, окажись оно так... "Да ну, мышеголовость какая! Сказки о злодеях передаются из поколения в поколения. Пока живы эти истории - а они ещё точно живут и процветают, раз за разом совершенствуясь благодаря буйному воображению оруженосцев, в огромных количествах поглощающих такие сказки, а потом пересказывающих их новому поколению, - так вот, пока живы сказки, темнолесовцам исчезновения можно не бояться. В этом секрет нашего долголетия". Кошка мысленно присудила себе воображаемую полёвку в качестве награды за глубину рассуждений. Надо будет как-нибудь Вербогривке преподнести загадку, основанную на этих мыслях. Точно! Надо будет! Главное не забыть.
Внезапный шорох настиг Сороку на полпути к реке. Та, будучи осведомлённой: ничто в этом гиблом месте просто так не шуршит, - отреагировала очень стремительно. Едва заслышав краем уха какое-то шевеление справа от себя, она мгновенно приняла стойку. "Звездоцапова шкура! Стойка? Я не серьёзно, не-ет". Это получилось само собой, рефлекторно. Порешав, что было бы неплохо сохранить свой статус бесстрашной злодейки, смеющейся любой опасности в лицо, кошка приняла нейтральное положение и стала ждать продолжения. Она направленно смотрела на тот куст, который, как ей показалось, содержал в себе затаившегося врага. Шли секунды, а терпение Сороки не вознаграждалось, и та решила взять дело в свои лапы.
Двинувшись с места, она решительным шагом отправилась разоблачать нарушителя своего спокойствия. Но стоило ей немного приблизиться к густому ветвистому кусту (пусть и голому до листвы), как захватчик, осуществлявший вторжение в её личное пространство, поспешил явиться пред её взором. Должно быть, испугался последствий, если его насильно вытолкают из укрытия. Нападать он не спешил, однако поза его говорила о том, что он готовится к обороне.
Сорока закатила глаза, позволяя соскользнуть с лица уже нашедшему место сосредоточенному выражению. Она пренебрежительно взмахнула хвостом, давая понять, что нападать не собирается, и села перед незнакомцем, обвивая лапы хвостом. Не каждый рискнул бы сесть расслабленно перед тем, кого видит впервые. В Тёмном-то лесу. Но кошка примерно догадывалась, с каким типом личности имеет дело. Таких, как он, называют ушами тёмного леса. Эти коты передвигаются незаметно, следуя за любым, кто попадётся на глаза. Воины из них такие себе, но информация - то, что зачастую может спасти им жизнь. И всё же не все здесь любят подобных котов, ведь каждый знает: эти крысы следят за каждым.
Но Сорока не состояла в числе скрытных особ. Она обыкновенно не совершала опрометчивых поступков, за которые было бы стыдно перед темнолесовцами. Вряд ли этот тип знал то, что могло бы скомпрометировать чёрно-белую. Разве что...
- Новости? - она натянула на лицо очень добрую, приветливую улыбку. На ней это смотрелось довольно жутковато. "Страшно, убирай".
Кот замялся, не сообразив сразу, что нужно говорить. Сорока поддерживающе кивнула, задребезжав кончиком хвоста от нетерпения. А сама тем временем тщательно продумывала дальнейший план действий. Как давно этот тип следит за ней?
- Ну, битва была. <...> - кошка плохо слушала, о чём он говорил. Его речь была лишь прелюдией. - Речная кошка родила тройню и умерла... В Тёмном лесу появился ещё один кот. Почти сразу был убит.
- Старая информация, - отмахнулась бывшая грозовая, надумав в итоге, как поступать. - Ты мне лучше скажи, - улыбка начала казаться более вынужденной, - давно ли ты за мной следишь?
Информатор сдавленно сглотнул, мгновенно выдавая последовавшую ложь. Ложь ведь? Не ошиблась?
- Как ты появилась в Тёмном лесу. Не раньше.
Сорока округлила глаза, начиная теперь улыбаться очень искренне и очень широко - так она привыкла делать перед многообещающей охотой. Безумный взгляд потускневших в лесу глаз не сулил ничего хорошего для собеседеника. Кошка внутренне торжествовала, чувствуя ложь, чувствуя накатывающий с каждым мигом страх своего нового знакомого.
- Я не верю тебе, - улыбчиво протянула она, поднимаясь на лапы. - Сможешь убедить?
Вместо ответа кот, уже давно готовивший лапы к обороне, резко метнулся в сторону, видимо, надеясь ускользнуть от чёрно-белой. Что-то внутри неё расхохоталось, довольное подобным развитием событий; у Сороки проявился охотничий инстинкт, свойственный собакам, волкам: что-то внутри затрепетало, предвкушая близившуюся погоню за жертвой. Она дала противнику фору в несколько секунд, а затем, подгоняемая неведомой силой, ринулась следом за обозначившейся добычей.
Нагнав убегающего, она замедлила скорость, сохраняя дистанцию в пару лисьих прыжков, - решила загнать жертву, как зачастую любили поступать воины племени Ветра. Собственно, у одного из них она и выпытала эту технику. По пути она успевала рассуждать насчёт происхождения убегавшего. "А он похож.. на речного? Да, определённо был речным. Судя по плечам и лапам, плавание не забросил. Поскольку мы бежим в сторону реки, наверняка надеется оторваться от погони там. Либо он переоценивает свои силы, либо недооценивает мои". Какое-то время они петляли между деревьями, будоража застывшую в развитии природу. "Тот факт, что он пробежал мимо деревьев с низко растущими ветвями, только подкрепляет мою теорию о том, что он состоял в Речном племени. Либо же он просто знает о том, что я была в Грозовом, а потому в лазании не уступлю. Одно из двух".
Наконец они выбежали к реке. Кот, не размышляя долго, решил подтвердить предположение Сороки - и с разбегу прыгнул в вязкую жижу. Надо было признать: прыжок отменный. Трудно будет его переплюнуть. Однако на лапу чёрно-белой играла консистенция воды в реке. Из-за того, что жидкость, которую принято было обзывать водой, была очень густая и труднопреодолимая, далеко пловец удалиться от берега не успел. Сорока поднапряглась и ускорилась перед самым прыжком. Оказавшись у воды, она, как истинная грозовая, показала всему лесу, мёртво наблюдающему за сценой погони, как надо прыгать. Оторвавшись от пропитавшейся вонючей жижей земли, она пролетела приличное расстояние и плюхнулась прямо позади пытающегося оторваться от преследования кота. Быстро придя в себя после прыжка в так называемую воду, бывшая воительница уцепилась за место кота, из которого рос хвост, и неожиданно мощным движением лап притянула его к себе, сильнее погружая в плотную жидкость. Та застилала глаза обоим противникам, лишая их возможности нормально видеть, однако каждый прикладывал максимальные усилия, чтобы добиться своей цели.
Бойко встряхнув головой, избавляясь от налипавшей на морду грязи, Сорока прозрела - и увидела наконец свою жертву. Кот отчаянно брыкался, пытаясь оцарапать обидчицу, но не попадал, поскольку, в отличие от неё, у него не было возможности отряхнуться от жижи: в пылу боя чёрно-белая перехватила его за плечи и настойчиво погружала под воду, лишь чудом удерживаясь на воде сама.
Однако враг и не думал сдаваться. Он без устали размахивал лапами в попытке добраться до Сороки, создавая тем самым помеху для неё. Пришлось приложить немало усилий, дабы суметь развернуть кота так, чтобы получилось дотянуться до загривка. В воде драться у Сороки получалось плохо, поэтому, как только выдалась возможность, она схватила неприятеля за загривок и потянула за собой в сторону берега. Получив в процессе транспортировки несколько царапин, она достигла цели: враг лежал на земле. Не желая более затягивать, она не стала дожидаться, пока тот очухается, и сразу же прикончила его укусом в шею.
- Вонючий рыбомордый. - отшатнувшись, с большим презрением проговорила она, состроив брезгливую морду.
Отплёвываясь и припоминая Звездоцапа, кошка отошла подальше от реки и повалилась на землю. Жидкость стекала с её шерсти, впитываясь в мёртвую почву; чёрное беззвёздное небо давило на Сороку сверху. А было ли там, собственно, небо?
- Вонючая я. - безрадостно констатировала факт чёрно-белая, брезгливо поглядывая на собственные лапы. "Надо будет прихорошиться перед встречей с Кленовницей".
Собственно, ради чего всё это было? В какой момент Сорока решила, что её репутации грозит опасность?
Всё просто. Ещё в долине снов - за минуту до знакомства с Кленовницей - она чувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Увидав бывшую глашатаю, она списала все эти предчувствия (если это можно так назвать) на неё, хотя ощущение того, что за ней следят, никуда не исчезло. Сорока вспомнила об этом во время беседы с котом-информатором. Плюс эта его попытка солгать... Это не могло быть совпадением.
Что такого было в разговоре с Кленовницей? Да абсолютно всё. Но самое жёсткое - это излияние души. Всплыви этот разговор наружу... было бы плохо, в общем.
"Эх, а ведь если бы ты не был таким жадным до информации и остановился бы на достигнутом, а не продолжал вести за мной наблюдение, то был бы жив. И это как минимум".
"Погоди-ка. Он сказал что-то про котят?"