Прошло уже несколько дней с тех пор, как Мракокрыл распрощался с Осинником. Оказавшись на территории племени Ветра, юный слуходух переночевал в густых зарослях, не особо беспокоясь о патрульных котах. Он знал, что местный предводитель - Дикозвёзд - не успел зарекомендовать себя тираном, убивающим и ослепляющим злостных нарушителей границ. Черный проснулся рано, на рассвете, так и не рассекретив своего временного убежища. Молодой кот пошел на юго-запад. Там, как ни кстати, разбушевался пожар. Выбрав укромное место, котик постарался связаться с духами. Те послали расплывчатое видение. Сориентироваться и выйти на диалог помешал дым, заполонивший территорию ветряных котов. Нужно было уйти, и как можно дальше, а то он уже начинал кашлять. Не повезло местному племени, ох как не повезло...
Если исходить из увиденного, ему следовало идти в сторону гор... Кажется, там еще была какая-то вода. Как горная река, спускающаяся вниз и впадающее в их большое озеро. Мракокрыл определил путь, ступая вверх по течению. Он старался держаться поближе берега, чтоб если его поймают - смог аргументировать, что просто проходил мимо, держать ближе к берегу как требует того их закон. Охотится, правда, ему ничего не мешало - было приятно размять лапы и кормить себя самостоятельно, пускай и получалось пока-что неважно. Но ничего, у него вся жизнь впереди. Научится.
Мракокрылу потребовалось не мало времени и усилий, чтоб взобраться наверх - пришлось подниматься там, где вода сливалась с озером. Место оказалось очень опасным - идти у края было рискованно, земля могла в любой момент уйти из-под ног, хоть и поросла травой, корнями пробивая камень. Слуходух нашел небольшую пещеру, к которой был относительно безопасный спуск. Тут было гнездо каких-то птиц. Брошенное. Видимо, птенцы подросли, и вместе с родителями покинули этот лес ради теплых широт. Черный, на самом деле, много чего знал. Слуходухи много путешествовали, а среди них порой появлялись и такие, кто путешествовал морем. Его община была маленькой и малообщительной, однако бывали деньки откровений, когда коты забывали, кто они теперь, и просто предавались воспоминаниями из прошлого.
Этим днем Мракокрыл возвращался в пещеру, неся в пасти охапку трав. Потребовалось не мало сил и смекалки чтоб найти их. Эти травы помогут ему наладить контакт и наконец-то найти собратьев. Черный по ним совершенно не скучал, лучше бы вернулся к Иве. Однако у черного все еще был страх - быть покинутым духами. Такое бывало, и, как правило, после отречения кота ждала смерть. Мракокрыл же твердо решил что исполнит свое предназначение.
Котику осталось совсем немного до своего временного дома. Поднимаясь снизу-вверх, он не сразу заметил впереди силуэты котов. Зато хорошо услышал.
- Приве-ее-ет!
Вздрогнув, как от удара, черный весь вжался в землю. Сердце отбивало чечетку в груди, глаза пытались выбраться из орбит. Кто и зачем с ним здоровается? И с ним ли?
- Рад тебя видеть! А ты мне ра-ааа-ад?!
Мракокрыл приподнял голову - он находился на уровне ниже незнакомой парочки, словно на нижней ступеньке. Они стояли к нему спиной, обращенные к вод внизу. Горланил крупный полосатый котище, рядом с которым стояла юная, милая на вид рыже-белая кошечка. Очевидный вопрос - с кем же общалась незнакомец. Судя по внешнему виду, а Мракокрыл хорошенько его осмотрел, кот любил подраться. Только этого не хватало...
"Неужели духи хотели нашей встречи? Может, он с ними говорит... Такой вот новаторский способ связи?" - в уме стал предполагать слуходух. Если этот так - он тоже услышит ответ. Но отвечало только эхо.
- Мы ищем тут одиночку! Ты его не ви-иии-идел?!
Эхо поспешно ответило. Мракокрыл сначала было решил, что ищут все-таки его. Уже собрался показаться, ступая лапами на ровную поверхность и подтягиваясь, но полосатый продолжил свой... чудной диалог.
- Тогда передай, что мы его ищем! Хорошо?!
Черный остановился на полушаге. Так... Он действительно говорил со скалами? Точнее, самим с собой, ведь скалы только повторяли за ним. Удивительный феномен, но чтоб вот так его использовать. Мда...
- Ну ладно! Тогда до встречи!
Полосатый обратился далее к своей собеседнице, и чтоб их услышать - Мракокрыл приблизился, все еще держа травы в пасти. Он должен был разобраться, ведь если они по его душу - не мог их вот так отпустить. Положив драгоценную ногу к лап, он заговорил первым.
- Добрый день, - довольно тихо и кротко поздоровался он, создавая впечатление застенчивого котика. Однако выражение его глаз было холодным и твердым, он встретился взглядом со старшим, но и молодую кошку не обделил вниманием. - Вы меня искали?
Вот так прямо и спросил, не желая тратить времени на пустую болтовню. Чувство собственной важности заполнило черного. Поглядывал на незнакомцев слуходух деловито и нетерпеливо, словно они отвлекали его от важных дел. Мракокрыл не боялся атаки - духи его защитят. Да и Ива рассказала и показала несколько приемов - убежать и спрятаться в своей пещере он всегда успеет. Хорошо что за эти дни он успел изучить местность.

Как и ожидалось, слово взял старший кот. Мракокрыл решительно посмотрел в тому глаза, продолжая казаться важным и серьезным. Бурый незнакомец выглядел удивленным. Черный отметил замешательство. Мысленно закатил глаза.
"Так они просто дурачились. Вот же мышеголовый пень..." - стал ругать себя слуходух, уже подумывая, как бы лучше прекратить болтовню и уйти. Сейчас еще возьмут его на смех. То что надо для завершения дня...
- А ты ещё кто? - начал было котяра, как вдруг что-то сильно его расстроило. Или озадачило. - О нет. Нет-нет-нет...
Коты стали переглядываться, вызывая в душе слуходуха любопытство, раздражение и негодование одновременно. Ему не хотелось ввязываться в эти игры. Он опустил взгляд на травы. Не терпелось поскорее уединиться и наконец-таки связаться с духами, дабы понять, что ему делать дальше.
- Это и есть твой потеряшка? - обратился незнакомец к кошке. Почему-то эта новость расстраивала кота. Мракокрыл не понимал, почему. Если эта кошечка кого-то потеряла, и Мракокрыл по каким-то причинам оказался тем самым, разве они не должны были радоваться находке? Однако золотистая покачала головой, заставляя бурого хвататься за сердце от чувство облегчения.
- Вы уже определитесь, вам нужен тот, кого вы ищете, или нет... - процедил сквозь зубы черный, словно парочка его обидела.
"Они точно не посланники духов. Только время трачу..."
Наклонив мордочку к земле, он собрался уйти по английски. Как вдруг полосатый кот обошел его и присел напротив. Мракокрыл тоже выпрямился, но свое недовольство таким тесным контактом скрыл - еще не хватало спровоцировать драку.
- Приятель, ты мне не поверишь, последние пару дней я просто только и делаю, что необъяснимо к себе подростков притягиваю,
Мракокрыл округлил глаза и вздрогнул. Нет, конечно, он слышал про котов, вокруг которых вечно ошиваются подростки. Вот только плохо всегда это кончается. Черный с удивлением посмотрел на златогривую. Неужели она работает с ним в паре?
"Бежать, скорее бежать..." - в панике кот стал косить глаза в сторону, ища путь в отступлению. Живым он им не дастся.
- Блудник, а мою подругу зовут Лори, - как ни в чем не бывало продолжал он, - Ты совсем не тот кого мы ищем. Нам нужен кошак побольше и постарее. Ты тут таких не видел, глазастик?
С минуту котик молчал, взвешивая слова Блудника. Это что, такой способ его заманить в свои сети? Уловка? Мракокрыл испытывающе посмотрел на кошечку. Такая милая и безобидная с виду. И кошак ведет себя дружелюбно. Вздохнув, слуходух пришел к выводу, что парочка безобидная. По крайней мере духи тревожных знаков ему не посылали.
- А я уже решил, что вы из этих... Ну, то есть... Не важно, - кот дернул хвостом, решительно закрывая поднятую тему. - Меня зовут Мракокрыл. Может и видел. Я сам кое-кого ищу...
Немного подумав, Мракокрыл все-таки решил сделать то, что задумал. Кивнув самому себе, он подхватил растения и поманил за собой хвостом. Котик был уверен, что за ним пойдут. Вот так просто знал. Он повел парочку в свою тайную пещеру, вход в которую скрывал колючий куст. Мракокрыл подкопал под ним вход, так что все трое безопасно попали внутрь. Как и в любой пещере у воды, тут было довольно сыро и прохладно. Даже моховые подстилки не спасали, вмиг намокая. Но черный не пытался найти другое место. Он привык жить в подобной обстановке на территории речного племени. Эта пещера навевала приятные воспоминания, дни, проведенные в компании Ивы...
- Cидите себя тихо и не мешайте, - скомандовал он, устраиваясь посреди пещеры. Сидя на задних лапах и туго обвив хвостом передние, он стал бубнить церемониальные слова. Мракокрыл решил не говорить незнакомцам что он слуходух. Кто знает, может, духи и не захотят помогать этой паре. Тогда будет лучше, если его воспримут как чудика...
Настроившись, кот сделал глубокий вдох и выдох. Подхватив зубами травы, стал методично их разжевывать. Несколько раз громко зачавкал. Проглотив все до последнего листочка, слуходух замер, не открывая глаз. Наверное, для Блудника и Олорин прошло много времени, для Мракокрыла же несколько мгновений. Он тут же стал видеть яркие образы и картинки. Не вселяющие ничего хорошего... Он видел алый цвет. Похоже, это была кровь. Он слышал крики о помощи, стоны. А затем дьявольский смех. Откуда только - не понятно. Ужасную картинку сменила другая - дом двуногих, заброшенный сад, будка. Да, будка. Очень знакомая.
"Значит, мне туда?" - ответа не последовало, но Мракокрыл почувствовал облегчение. Да, туда.
"Где им искать своего друга?" - но на этот вопрос духи не дали ответ. Они показали ему Кречета. Мракокрыл мог поклясться, что кот сидел прямо перед ним. Слуходух инстинктивно потянул к тому лапу, как вдруг сбоку услышал яростное шипение. Кому оно принадлежало, тоже, к сожалению, не понял. Потому-что проснулся...
Мракокрыл не заметил, как свалился на бок. Открыв глаза, котик нервно поднялся на лапы и стал дико озираться. Вначале вообще не понял, кто перед ним. Однако, успокаиваясь и приглаживая шерсть, все вспомнил.
- Да... К сожалению я не смогу вам помочь. Мне нужно идти. Можете оставаться тут, если хотите. Мне это убежище больше не нужно, - пробубнил он, кивая головой Лори, а затем Блуднику, - Ну бывай, полосач, - не остался он в долгу после "глазастика".
Мракокрыл знал то место. Духи не просто так показали его! Оказавшись подальше от скользких камней, черный побежал со всех лап. Впервые за несколько дней он чувствовал такое сильное воодушевление! Мракокрыл еще не знал, на какие ужасные испытания посылают его духи...

/Сад двуногого/

Да, дорога была определённо долгой. Им пришлось пройти почти всю территорию родного племени, соблюдая при этом осторожность, дабы не натолкнуться на патруль соплеменников. И чем ближе они подходили к границе, тем сильнее напрягалась Белокрылая, заранее обдумывая, что она может сказать на логичное «куда вы направляетесь?». Разумеется, она могла задрать голову и заявить, что старшие воители имеют право не разъяснять своих мотивов всему племени, но в таком случае ей неизбежно пришлось бы поднимать эту тему с Когтем и Змеезвёздом. Один не нравился ей с самого начала, а во второго она утратила веру, а потому чувствовала тяжесть на душе, задумываясь о судьбе своего племени. Несомненно, такая верхушка, не знающая поблажек и малодушия, прочила племени Теней славу и значимое положение в лесу. Но какой ценой и чьими интересами могла быть достигнута такая слава?
— Ещё немного, — обернувшись через плечо, крикнула Белокрылая. Из пасти вырвался пар, и она машинально поёжилась, прокладывая себе дорогу через заснеженные земли. Возможно, в какой-то степени она больше успокаивала себя, нежели информировала Аспида: недостаток длинной шерсти был в том, что брюхо и лапы её совершенно промокли и покрылись изморозью. Кошка помнила вызубренные с младенчества предупреждения о том, что подобные прогулки могут быть чреваты Белым кашлем, но надеялась на своё крепкое здоровье.
Наконец, деревья остались позади их спин, а в морду подул прохладный ветер. Ей был знаком этот лёгкий, едва уловимый аромат: так пахнет вода, ледяная и настолько яростная, что никакой лёд не может сковать её потоки, пробирающиеся между зубчатыми скалами и камнями. Поблизости не было никакой крупной растительности, а смутно знакомые ей по прошлым, очень давним визитам, мхи и лишайники, очевидно, нашли себе убежище под снегом до начала сезона Юных листьев. — Не подходи близко к краю, — предупредила друга старшая воительница, прищурившись и заглянув на дно каньона. Она не понаслышке знала, как легко можно соскользнуть внутрь при случайном и неосторожном движении. Площадка, на которой они остановились, была частью каменного уступа, слегка припорошенной снегом. Это было единственное известное ей место, на котором они могли чувствовать себя в полной безопасности. Белокрылой совершенно не хотелось искушать судьбу и вслепую ступать по снегу, который занёс и спутал все каменные уступы. — Отсюда и территорию Небесного племени видно, — кошка кивнула в сторону рощи, в которую вдалеке уходил ручей. В её юности эти земли принадлежали одиночкам, теперь же они попали в охотничьи угодья нового племени. Как летит время... — Мне показалось, тебе понравится. Это место было моим самым любимым. Когда-то, — гораздо тише, чем прежде, проговорила палевая воительница, задумчиво подёргивая кончиком хвоста и переступая с лапы на лапу.

— Ты часто покидала наши земли? — Белокрылая задумалась, проводя взглядом случайно пролетающую в небе птицу. Она приходила сюда так часто в период своей юности, что тут наверняка всё могло насквозь пропитаться её запахом.
— Достаточно, — уклончиво ответила старшая воительница, пожимая плечами. Да и она сама уже не помнила то количество раз, когда лапы несли её сюда.
— Здесь очень красиво. А почему раньше было любимым? Что сейчас изменилось? — она почувствовала под боком тёплую шерсть друга и заметно расслабилась. Ей так не хватало этого последние луны. Последние сорок лун.
— Потому что раньше мне казалось, что я незаменима в своём племени. Амбиции наступали мне на горло каждую ночь, и иногда мне казалось, что я сотру в кровь лапы и когти, но стану лучшей во всём. Буду бегать быстрее всех, прыгать выше всех, побеждать сплошь и рядом в битвах. Переплюну даже Звёздное племя, — фыркнула палевая воительница, с тенью презрения смотря вглубь собственных воспоминаний. О, амбиций и целеустремлённости у неё хватало на целое племя. — В то время мне нравилось ассоциировать себя с этим местом. Да, это было глупо. Да, очень глупо. Но мне хотелось верить, что что-то схожее в этом есть. Незримая глубина, острые и неприступные скалы. А в самой глубине прохладный ручей. Как что-то единственно хорошее и податливое, что есть в ущелье, — она вновь надолго замолчала, втянув когти. — Юности свойственно романтизировать окружающий мир.

- Ты до сих пор незаменима. Ты до сих пор можешь сделать много для племени. Тебя уважают, ценят и замечают. Ты нужна всем. - характер Белокрылой настойчиво предлагал ей спорить, доказывать, что это не так. Но, с другой стороны, в данной обстановке разводить битву взглядов на вещи было бы крайне глупым поступком, поэтому она ограничилась неопределенным кивком.
- Я рада за Стрелолиста. Конечно, в некоторых моментах я не разделяю его взгляды. Но он замечательный, - подумав, согласилась палевая воительница. Она до сих пор надеялась, что его спутница будет под стать ему: такая же храбрая, безоговорочно преданная своему племени и умеющая проявить сострадание, когда это требуется. - Надеюсь, наша дружба не потеряется, - вздохнула кошка, вспоминая, сколько они втроём знают друг друга.
Физический контакт с соплеменником существенно успокаивал ее нервную систему. Пожалуй, она совершенно забыла, каково это, когда есть кто-то, на кого ты безоговорочно можешь положиться.
- А тебе... хотелось бы когда-нибудь убежать? - Белокрылая моргнула, погружаясь в чертоги своей памяти. Они носили мрачный оттенок, запоминая все плохое, что ей когда-либо доводилось ощущать. А вот с хорошим дела обстояли хуже.
- Да. И даже не один раз. Когда была ученицей, когда была молодой воительницей. Думала, что смогу сделать за пределами наших земель что-то выдающееся. Мне казалось, всех посещали подобные мысли, - неопределенно пожала плечами кошка, полувопросительно глядя на Аспида.

— А в более старшем возрасте? — Белокрылая неопределённо пожала плечами. Признаться честно, ей совершенно не хотелось отвечать на этот вопрос, совершенно и однозначно. Но, с другой стороны, раз уж их встреча и времяпровождение предполагают и откровения...
— Хотелось. Думаю, это тяжело объяснить: все время меня преследовала мысль, что это было бы неплохим выбором. Но ей так и не хватило смелости перерасти в спланированное действие. Даже не знаю, хорошо это или плохо, — фыркнула старшая воительница, вспоминая, какими словами ей перебирали кости оруженосцы и юные воители, когда в очередном приступе раздражения она натыкалась взглядом на отдыхающую молодёжь и превращалась в генератор самых нудных распоряжений. 
— А сейчас хочешь убежать? Бросить всё, уйти от вечно тирании. Ну, стать более свободным. Мне кажется, что жизнь одиночки не так сложна, тем более для опытных воинов. — кошка ответила не сразу. Между ними повисла пауза, но, казалось, она совершенно её не замечала. Она хотела уйти. Она очень хотела уйти с ним подальше от Змеезвёзда, Когтя, Мастера, от всех. И больше никогда не видеть их, не вспоминать. Её друзья пережили бы такую утрату. Они бы забыли. — Вон сколько одиночек периодически проходит через наши земли, и делают же что хотят. Того и гляди, заполонят всю территорию, — а он прав. Он совершенно прав.
— Всё, чего я хочу - не уходить отсюда. Или хотя бы запомнить это до мельчайших подробностей, — тихо ответила палевая кошка, с наслаждением вдыхая запах друга. Дело клонилось к ночи, однако она совершенно не замечала этого, приглаживая языком чёрную шерсть. Пожалуй, впервые за долгое время она была счастлива. И даже когда на небосводе зажглись первые звёзды, Белокрылая лишь мимолётно подняла на них взгляд голубых глаз, словно бросая вызов предкам. «Мне нет никакого дела до этого.»

В этот момент она ощущала себя совершенно юной и неопытной воительницей, недавно посвящённой из учениц: чувства, бурей охватывавшие её разум и тело, кошка испытывала впервые. Разумеется, она была знакома с ними в теории, но практика... С практикой как-то не довелось. Оттого куда ярче её окутывали ярчайшие эмоции и ощущения от прикосновения к ней мягкой чёрной шерсти. Прикрыв глаза, она наслаждалась теплом и искренностью прикосновения соплеменника, не замечая, как дрожат её лапы.
— Белокрылая, ты это чувствуешь? — она не смогла ничего ответить, и лишь кивнула, боясь спугнуть эту атмосферу таинственности и близости. Близости, явно большей, чем являлась дружба. В какой-то момент их взгляды пересеклись, и она прочитала в ярко-янтарных глазах те же самые мысли, которые одолевали и её саму. Спокойствие, разливающееся по телу, охлаждало разгорячённую кровь и давало время подумать. Впрочем, она не хотела думать. — Позволишь? — ощутив бережное прикосновение зубов, воительница задумалась на пару секунд, а потом открыла рот и произнесла не своим - этот был слишком хриплый и срывающийся, не её, а чужой, - голосом:
— Да.

Ей не хотелось возвращаться в лагерь, и эта ночь, непривычно тёплая для такого холодного времени года, словно предлагала хотя бы на ночь забыть им о том, что они являются воинами, поклявшимися соблюдать Воинский закон и связанными обязательствами. Они не были преступниками: оба являлись чистокровными Сумрачными котами, верными своему племени. Но сегодня Белокрылая впервые почувствовала на душе что-то, кроме непомерно тяжёлой стези долга перед соплеменниками и предводителем. В конце концов, она была кошкой, и теперь испытывала вполне логичные для своей роли чувства. От других её отличал разве что возраст, в котором данные чувства испытывались.
Бережно коснувшись носом глянцевитой чёрной шерсти, слегка присыпанной изморозью, кошка прикрыла глаза.
— Пора возвращаться, пока нас не хватились, — прошептала Белокрылая, потёршись головой о бок друга. Медленно поднимаясь, она распушила палевую шерсть и потянулась, чувствуя, как ноют мышцы. Пару раз сонно моргнув, она кинула взгляд в сторону высоких сосен, за которыми скрывался их лагерь и, дождавшись Аспида, последовала с ним в этом направлении, надеясь, что данная отлучка если и будет замечена соплеменниками, то у тех хватит такта промолчать.

Холодало, и Кайло стал ощущать неприятное сосание под ложечкой. Он чувствовал, что ему грозит опасность замерзнуть от холода, и, возможно, старший одиночка именно этого и хочет. Черно-белый кот то и дело косился на древесного, подкармливая свое недоверие. Но, казалось бы, куда деваться иначе? Силы были на исходе, и довериться таинственному добродушному незнакомцу было лучшей идеей. Кайло понимал, что иначе ему точно грозит смерть. Тот факт, что ему не причинили время в самом начале знакомства, говорил о том, что у Кедра явно есть большие планы на юного котика.

Кедр вывел Кайло к каньону ручья, и черно-белый вздрогнул от вида воды и высоких скал. Никогда ему еще не доводилось видеть столь ужасающее зрелище: можно и упасть, и утонуть. Желтоглазый покосился на Кедра, не понимая, шутка ли это, или он действительно решил на ночь остановиться именно здесь?!

- Ты точно убить меня хочешь! – заявил Кайло, осторожно ступая за котом, цепляясь зубами за его хвост при каждом намеке на скольжение лап. Молодой одиночка старался не смотреть вниз, но то и дело случайно цеплялся взглядом за бурную реку.  – Никогда! Ай! – чуть не упав, мяукнул котенок, продолжая ворчать:
- Никогда в жизни больше не пойду за тобой, никогда не буду слушаться тебя, ты меня убить хочешь, ты куда вообще меня привел…! Ой!

В рот залетела капля воды, и Кайла затряс головой, отстав. Ему повезло не упасть, однако он промок и испугался до дрожи. Кедр довел его до пещеры, где они устроились с большим неуютом, о чем черно-белый решительно и заявил. Тем не менее он быстро и крепко уснул, казалось, впервые за долгое время спал, ни о чем не тревожась. И пусть по ту сторону бушует стихия, пусть волны режут скалы, пусть незнакомый кот в опасной близости… Хочешь выжить – умей правильно рисковать.

Кайло проспал почти до полудня, не привыкший вставать рано. Очнувшись, он обнаружил, что рядом никого нет, и едва не сошел с ума от мысли, что ему придется самостоятельно выбираться из этого опасного места. Черно-белый готов был поставить что угодно на то, что Кедр завел его сюда лишь бы посмотреть, как путешественник будет мучиться до смерти. Однако, выйдя из пещеры, желтолазый увидел умывающего спутника.

- Вот ты где! Мог бы и разбудить, - затарахтел котик, аккуратно ступая к полосатому. – И почему мы пришли именно сюда? И что будем есть на обед? – надулся младший, сердито прижимая уши. – Вы все лесные коты выбираете такие глупые места для сна? Или, или… Или это твой дом? – догадавшись, кот радостно обернулся на пещеру. – Это правда? А почему именно здесь?

Отредактировано Кайло (2018-07-10 14:11:37)

— А мы будто такие «уклюжие», что никогда не свалимся, да? – со смешком заметил Кайло, косясь на воду и невольно вздрагивая от яростных заглатывающих острые камни волн. Это зрелище впечатляло до сих пор, юный кот никогда еще не встречал настолько дикой и опасной стихии. Всего лишь шаг – и вниз, в холодную воду, разбиться о камни, потерять жизнь… Разве оно того стоит? В душе все еще острые червячки резали душу подозрением, что Кедру нельзя доверять и позволять слишком много. Кайло знал, что в жизни каждый сам за себя, и чувствовал, что все далеко не просто так. Он думал с осторожностью, боязливо глядя на бурную реку, что одиночка либо совсем помирает от одиночества, раз решил взять с собой и проявил заботу или черно—белый является жертвой какого-то определенного страшного плана? Желтоглазый покосился на бодрого спутника, сомневаясь, действительно ли тот такой, каким и является сейчас. Недоуменно вздохнув и почесав задней лапой правое ухо, кот ухмыльнулся мыслям. Он не привык так грузиться, поэтому вмиг отпустил все мысли и уставился кисло на Кедра, который был объят таким необычайным восторгом, что, казалось, черно-белого сейчас так и собьет с камней потоком энергии.
— Сегодня мы будем есть то, что поймаешь ты. Пора научиться ловить рыбу! – мяукнул спутник, пылая таким вдохновением, словно выполнял дело своей жизни. Кайло недоуменно на него смотрел, словно на говорящий камень. Взъерошив лапой затылок, молодой кот недоуменно склонил голову набок.
— В смысле? – в жизни желтоглазый едва ли с кем делился своей едой, и то, добровольно. У него забирали насильно, крали, сражались за еду, однако едва ли он встречал чудаков, которые бы спокойно планировали питаться его добычей, при этом заранее оповещая. Да ежи полетят скорее, чем он будет ловить пищу! – Думаешь, я позволю есть мою, пойманную моим трудом, добычу? Ха! Думаешь, я рыбоголовый, да? Съел, да? – Кайло гордо выпятил грудь, улыбаясь от того, что заранее просек в чем дело. – Не буду я тебе едой отплачивать, и не надейся!
Повернув к черно—белому хвостом, старший кот стал с осторожностью взбираться по камням, что было лишним подтверждением тому, как здесь опасно даже взрослому коту. Решив, что деваться некуда и проще всего вновь неразумно довериться незнакомому знакомцу, Кайло покорно и настороженно шаг за шагом стал взбираться по скользким камням и валунам. А куда ему идти? Одиночное пребывание в этих землях привело к бессилию, и юный котик с подозрением глянул на свои дрожащие от напряжения лапы, уговаривая их не подвести в трудный момент. Попутно Кедр объяснял принципы работы течения, но Кайло не вслушивался, пытаясь перебороть свой страх воды. Почти на автомате он делал шаг за шагом, вглядываясь в пустоту перед собой. Наступая осторожно туда, где ступала лапа спутника, Кайло чувствовал себя на грани жизни. Хотелось ругаться и кричать от бессилия изменить столь нервную ситуацию. Врезавшись в хвост Кедра, юный кот чуть не поскользнулся на камнях, однако вовремя выровнялся.
— Гляди, это один из самых мелких участков ручья. Рыбу здесь видно гораздо лучше, но всё же будь внимателен. Идём, — сказал одиночка и стал спускаться вниз, Кайло огляделся, нет ли пути на более безопасную местность, а затем неумело стал спускаться. Как только он почувствовал, что никуда больше идти не нужно, так сразу открыл свой истеричный рот.
— Ты всерьез решил ловить рыбу? Ты серьезно? А ежей мы значит ловить не будем? – с нервным смехом мяукнул молодой кот, фыркая от брызг и пытаясь стереть с морды капли воды. Сквозь лапы он проследил за взглядом старшего и обомлел. – Ты ведь не думаешь, что…
«Да мышиный помет!»
— Не все камни безопасны. Прыгай точно на те, на которых побываю я. Нам нужно это сделать, иначе засохнем с голоду. Давай!
Выругавшись в мыслях, Кайло вздохнул и последовал за Кедром по подозрительным камням. Вода обтекала их, иногда орошая брызгами и всполохами бурной пены. Черно-белому казалось, что он весь промок, хотя это было далеко не так. Он не любил воду, и лишь какая—то безрассудность позволяла ему быть уже почти на середине опасной реки. Она не казалась неглубокой, было трудно определить это сверху, когда везде все одинаковое. Прыгая с камня на камень, желтоглазый почти обрадовался, что преодолел большинство камней, как вдруг поскользнулся на одном, и задняя часть тела ушла под воду. Вцепившись когтями в камень, кот подтянулся и вмиг встал на скользком камне.
— Мышиный помет! Крысиные головки! Выхухоль! – стал ругаться черно-белый, отряхиваясь. Ему вмиг стало жутко холодно несмотря на теплую погоду. Тем не менее, длительные изнуряющие путешествия с семьей научили его терпеть подобные «неприятности». Кайло прыгнул на следующий камень, всем своим видом показывая, что все в порядке, и он готов идти дальше во что бы ни стало. Черно-белый даже не вылизался от воды, попросту помня, что на такие пустяки нет смысла тратить время.
Наконец, оказавшись на внушительном камне, Кайло боролся с желанием упасть навзничь и отказаться иди куда—либо дальше.
— Что дальше? – напряженно спросил он, сидя «улиточкой», пытаясь согреться. Ему казалось, что этот день либо убьет его, либо сделает сильнее. Не было даже сил на ворчания и злые восклицания. Единственное… — Ты убить меня хотел, точно… — вздохнул кот, утирая с морды воду. В принципе, если Кедр сейчас предложит выбор: или смерть, или ловля рыбы, Кайло просто любым способом побежит даже по воде, лишь бы не быть рядом с таким... ненормальным. Впрочем, он встречал и похуже, было дело да... И то было жутко.

Отредактировано Кайло (2018-07-29 16:32:58)