Рассказы Дымолиста о способах борьбы с крысами заставили Можжевельника в очередной раз задуматься над тем, что в племенах учат далеко не самым полезным и нужным вещам, и если сперва он гнал эту мысль, не желая даже про себя сомневаться в отточенном многими лунами искусстве, то сейчас старался запоминать как можно больше. Про грязь, к примеру: внутренняя чистоплотность была в ужасе от представления того, как долго потом придётся вылизываться, а воображение уже представляло недовольно пищащих крыс, у которых никак не выходит прогрызть защитную корку. Это ведь действительно помогло бы сберечь силы и целебные травы впоследствии, не было бы сейчас в палатке раненых, способных при ином раскладе отделаться только царапинами.
Дымолист на месте целителя смотрелся бы отлично.
Эту мысль Можжевельник тоже уже несколько раз гонял из головы и обратно, прекрасно зная, что брат ни за каких мышей не согласится жить в месте, где множество других котов, где нужно подчиняться правилам, которые он сам называл глупыми. Грозовое племя к такому свободолюбию точно не готово, особенно оруженосцы, которые наверняка пришли бы в восторг от возможности, как-то упомянутой братом: ловить дичь с помощью хитрых штук Двуногих, разложенных правильным образом, а не тратить силы и время на выслеживание под каждой кочкой. Немудрено, сложил что-то как-то особенно и можешь валяться на солнышке...
Размышления, похожие на лениво текущую реку, уносили его всё дальше и дальше, постепенно погружая в темноту. Последним, что осталось отпечатком в сознании, был шершавый язык, скользнувший по краю уха.
Слишком забытое и приятное ощущение, заглянувшее из детства, чтобы сопротивляться его мягко-настойчивому влиянию.
Редко, но у целителей тоже бывали обычные сны - как у любого кота, уставшего за день настолько, что глаза закрываются сами собой, а этого не замечают. Сны, не наполненные звёздными тенями, спустившимися с небес, и голосами, что доносятся издалека и вещают о непростом будущем, безтревожные и лёгкие, тихие и спокойные, полные света и шелеста листвы. Полные тепла, которого в последнее время так не хватало.
Может, дело было в чужом хвосте, обернувшем его, или в тёплом дыхании, щекочущем шерсть между ушами. Или вообще в отсутствии любимых соплеменников, запросто способных с самого утра ворваться в палатку из-за того, что у них зачесался третий коготь на правой задней лапе... во сне Можжевельник ответить на этот вопрос точно не смог бы. Во сне он носился с братом по незнакомому лесу, перепрыгивая через ручьи и стволы поваленных деревьев, и не было там ни неожиданных планов по объединению племён, ни крыс, ни даже старого перелома, не позволяющего взять достаточно хороший разбег. В какой-то момент Дымолист не заметил подсечку и с размаху влетел головой в кучу золотистых листьев, выбрался оттуда, воинственно распушив хвост, ухватил младшего брата за загривок и ткнул мордой в пахнущую сухостью и близостью осени массу. Можжевельник, даже понимая, что силы неравны, попытался отбиться, заработал укус за ухо и притих, подобрав под себя лапы.
В детстве было не до того, а сейчас... что ж, почему бы иногда и не побыть упомянутым обычным котом? Без шлейфа травяного аромата на шерсти и запутавшейся в ней же паутины. Тем, кто может себе позволить носиться по лесу.
Просыпаться не хотелось. Можжевельник поворочался, стараясь не пинать брата лапами, попытался устроиться удобнее, а затем заметил, что тени стали намного гуще и плотнее. Нужно было действовать быстро, иначе всё их совместное времяпрепровождение превратится в лекции о травах с последующим засыпанием. Им ведь можно делать что-то другое, чем занимаются связанные родственными узами коты?
Хотя из-за снега за шуршалкой сейчас, конечно, не погоняешься...
Дымолист заметил, что его гость проснулся, и тут же изложил план, заставивший рыжее ухо с интересом дёрнуться. Охота. То, чем он пробовал заниматься несколько раз, пока никто не видит, и после выбирался из колючего кустарника, куда кубарем полетел с обрыва.
- Травнический? - Можжевельник наконец-то сел, облизнул лапу и принялся умываться. - То есть без этих твоих капканов?
Он, должно быть, выглядел очень забавно, стараясь выговорить незнакомое слово как можно чётче. Но обижаться на мелькнувшую в длинных усах улыбку брата не собирался. Что уж поделать. То, что они принадлежат к разным мирам, не значит, что нельзя набираться друг у друга опыта в разных вопросах.
Пусть пока всё, что рассказывал Можжевельник, заставляло Дымолиста закатывать глаза и сетовать на отсутствие здравого смысла.
Стоило признать, что в некоторых вопросах не согласиться с ним было невозможно.
- - Я готов. Но учти, что это будет крайне жалкое зрелище.
Вместо ответа на вопросительный взгляд Можжевельник лишь взмахнул хвостом, мол, сам вскоре увидишь. Перспектива сделать что-то не так в присутствии брата не пугала, с ним вообще можно было не вести себя напряжённо от рассвета до заката, чтобы никто не догадался, что целители тоже боятся и ошибаются.
