Новости

● Для удобства навигации на форуме создан "Путеводитель". Здесь вы можете самостоятельно найти ответы на все возникающие вопросы

● Дорогие художники форума! Помогите наполнить Галерею !

14 июня нашему форуму исполнилось 14 лет 🎉.


Рейтинг форума PG-13. Запрещено описание особо жестоких сцен, отсутствует откровенная эротическая составляющая.

Коты-воители. Отголоски прошлого

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Коты-воители. Отголоски прошлого » Флешбек » Мурчите. Не мурчите. [Дуновение Ветра/Бородист/Мошка]


Мурчите. Не мурчите. [Дуновение Ветра/Бородист/Мошка]

Сообщений 11 страница 20 из 23

1

http://cs604319.vk.me/v604319002/117ba/hNK2ZHzkknE.jpg

Место действия: грозовое племя и палатка целителя в частности.

Действующие лица:
Дуновение Ветра, Бородист, Мошка

Краткое описание:
Бородист подхватывает болезнь, но следующие два дня упорно игнорирует это и продолжает работать, самовольно вызываясь на патрули по обходу границ и всему такому. В скором времени к Дуновению Ветра его приводят напарники по патрулю с сильнейшим жаром и кашлем, который впоследствии перетекает даже в озноб. В процессе лечения Мошка прибегает в палатку, проведать своего наставника и пообщаться с сестрой.

Очерёдность:
Бородист > Дуновение Ветра
Дуновение Ветра > Бородист > Мшистая

Отредактировано Бородист (2016-07-07 19:16:30)

0

11

То ли вопрос оказался слишком специфичным, то ли Бородист только что узнал о существовании своей ученицы. Дрожь пробежалась по телу воина, а глаза сами собой расширились, будто бы тот просто испугался этой ситуации. Нахмурившись и слабо приоткрыв рот, та хотела спросить, с чего, собственно, такие эмоции, но что-то все-таки заставляло её замолчать. Взгляд увильнул в сторону, боясь соприкоснутся с янтарными очами, из-за чего казалось, что Дуновение как-то провинилась перед приятелем. Кем для Бородиста была Мошка, и почему он удивился, когда сероглазка спросила его насчёт младшей сестры? Целительница была не в том положении, чтобы желать ученице чаще бывать в собственной пещере, ведь кто хочет видеть своих родственников, особенно насколько близких, болеющими? Поэтому любой воин видел Мошку чаще, чем ее любимая сестрёнка, но знать, что с ней все хорошо, что учится она неплохо... Не то чтобы хотелось, было вполне желательно.
- Это ещё одна причина, по которой я не хотел заболевать, - пожалуй, с горестью сказал серо-белый кот, из-за чего стало его как-то жаль. Тут полосатая дама заметила взгляд, устремленный на свою шерстку, от чего было невозможно не ответить ему взаимностью, не подняв свои пепельные глазёнки на Бородиста. Насколько искренняя была его речь и сколько боли было в ней. Но помочь сейчас ему было нельзя, да и Дуновение не была виновата в последствии упрямства своего друга. Главное, понимание и сочувствие. Глаза, наполненные состраданием, глядели прямо на усача, пытаясь хотя бы морально поддержать приятеля. Судя по всему, сероглазая дама была единственной, кто мог выслушать любого кота, не отгоняя его в любых случаях, не посылая к другим чудо-"слушателям", а по-настоящему чувствуя, насколько сложно порой бывает на душе у кого-то. В прочем, с неё не убудет, если она послушает вновь о переживаниях, а выговориться нужно каждому, не правда ли?
Неловко ухмыльнувшись, Дуновение Ветра приподняла плечи и в уме начала перебирать все возможные объяснения настолько неидеальной оценки качества стараний Мошки в плане обучения. Она довольно-таки взрослая, к тому же, на пороге весна, а оруженосцам некуда детьми всю свою энергию, накопившуюся в Сезон Голых Деревьев, поэтому они и шкодят. Но кто не обходился без шуток и побегов из лагеря во время ученичества? В прочем, Бородист несколько нечестно решил, что его ученица не достойна звания "талантливой охотницы", ибо сам наверняка часто без спроса покидал Главную поляну вместе со своим напарником - Полуночником. Позабылись, видимо, свои грехи и тёмное прошлое.
- Но всё таки... нет. Я всё же думаю, что она талантливая, - ясный, как дневной свет, взор окутал целительницу, а она лишь порхала ресницами, внимательно слушая рассказы про младшее поколение собственной семьи.
- Такая талантливая, как, пожалуй, ты, Дуновение, - от неожиданного комплимента по телу пробежались мурашки, хотя дымчатая не чувствовала ни свой былой холод, ни прежний жар от болеющего. Эти слова почему-то показались гораздо более тёплыми, нежели все те, которые слышались из уст других котов. Именно это и заставило улыбнуться серую леди, может быть, даже невольно. Возможно, они сейчас вернули те отношения, которые царили между ними в Яслях. Будучи ещё тогда хорошими друзьями, они втроём делили все радости, вместе осознавали, что значит "жить". В детстве они доверяли друг другу, как самим себе, чувствовали привязанность. Хотя, разве эта близость потеряла свою силу после посвящения Дуновения в ученицы целительницы? Помнится, что Бородатик с Ночнолапом частенько заходили в целительскую и даже не чувствовали тогда тяжесть наказания, ведь рядом была лучшая подруга. Весёлое подмигивание будущего Полуночника и добродушная улыбка серого усача всегда были какими-то очень приятными и бодрящими. Они напоминали, что они вот, здесь, совсем близко, надо только заметить их. И теперь всё вернулось на круги своя, и приятели вновь сидят напротив друг друга, рассказывая что-то личное, секретное, что неподвластно услышать другим.
- Странно, что никто не заглянул меня проведать, - обиделся ли на это Бородист - не понятно. Но целительница резко замотала головой, чтобы дать ему понять, что визиты пока запрещены. Зайдет один, потом второй, потом третий... И так палатка превратится в коридор какой-то, что очень плохо скажется на состоянии пациента. Воин пробормотал, что, дескать, лучше, чтобы все и так оставалось. С этим как раз-таки Дуновение и согласилась, но следующий вопрос ввёл в недоумение целительницу.
"Даже раненый воин остаётся им, а больной и подавно"
- Если кустарник вечно порабощать, крадя каждый день у него плоды, листья, ветки, то рано или поздно он завянет, - проговорила она, присев рядом с приятелем, прижимаясь к его боку, дабы были видны все её движения. Тут лапа ловким движением изобразила на земле небольшое деревце с крохотными овалами внутри окружности - якобы листочками.
- Но если обильные ливни будут удобрять это растение, а солнце освещать его жизненный путь, то существовать ему будет в разы легче, - нарисовав короткие полоски вокруг куста - дождь, и немного выше отметив закрашенный круг с отрезками, направленными в разные стороны, - солнышко, целительница на момент отвлеклась на наблюдаещего за этим процессом и слабл улыбнулась ему.
- Отдых нужен каждому. Почему  бы ещё, ты думаешь, в холодную пору деревья избавляются от своей ноши? - лапка небрежно стерла рисунок, вместо него начав изображать новый. На сей раз на "холсте" красовался корявый силует того самого деревца. Это притча напоминала ту самую сказку, которую обычно рассказывают Королевы. Тот же завораживающий голос, иногда переходящий на шепот, а иногда звучащий пугающе, тот же сюжет, который, по сути, должен быть учить чему-либо аудиторию... В общем, повествования Дуновения нельзя было отличить от настоящих, рассказанных профессионалами-старейшинами. Откуда у неё этот опыт и почему, будучи ещё совершенно юной, она поучает жизни остальных? Пожалуй, семейные обстоятельства, которые вынудили её рано позвзрослеть.
- Помни, что перерывы между обыденными делами обязательно нужны, даже таким трудоголикам, как ты, - пепельная по-доброму усмехнулась, вновь уделив внимание Бородисту.
- И... Никогда не назвай себя слабым, если это тому не соответствует.

Отредактировано Дуновение Ветра (2016-04-29 22:19:24)

+2

12

Бородист вздохнул, безликим и каким-то полностью опустевшим взглядом уставившись в потолок целительской палатки. Дуновение Ветра отрицательно замотала своей светло-полосатой головой в ответ на очень самокритичную фразу, брошенную воином. И самец заметил это боковым зрением, но даже бровью не повёл. Даже если бы кошка бросилась сейчас уверять его, что всё не так, что он через чур строг к себе, - Бородист бы, хоть и вежливо, но не это стал слушать. Он совершил ошибку, проявил упрямство, пренебрёг правилами и заслуженно поимел с этого всё, что получил. И никакие уговоры не смогли бы его в этом разубедить. Возможно, только какая-нибудь дополнительная отработка, дабы загладить вину. А если никто ему таковую не назначит, то Бородист уже был настроен выбрать её себе сам, когда только сможет.
Вот только... Дуновение Ветра вовсе не стала ни разубеждать кота, ни ругать в чем-то, как он уже успел себе надумать. Напротив, она вновь спокойно приблизилась к нему и присела рядом на подстилке. Он даже перестал хмуро глядеть вверх и вернул своё внимание к серо-полосатой врачевательнице, повернув к ней свою голову и ожидая увидеть, что же она задумала.
- Если кустарник вечно порабощать, крадя каждый день у него плоды, листья, ветки, то рано или поздно он завянет, - серая рассказывала это, а Борода слушал её и следил за узорами, что рисовали по земле её лапы. - Но если обильные ливни будут удобрять это растение, а солнце освещать его жизненный путь, то существовать ему будет в разы легче, - к простому на вид рисунку деревца, стали добавляться новые детали - дождь и солнце, и он заметно преобразился на вид. - Отдых нужен каждому. Почему  бы ещё, ты думаешь, в холодную пору деревья избавляются от своей ноши?
Бородист редко слушал подобные рассказы, что в яслях, что после. Да и он никогда не стремился особо понимать их. Может потому, что был глуп, или потому, что был юн. Но, тем не менее, сейчас серо-белый не просто выслушал рассказанную ему притчу, но и, кажется, стал понимать, что подруга хотела до него этим донести. Она преподнесла это так, что Бородисту хотелось её слушать, хотелось наблюдать за визуальным сопровождением, хотелось наблюдать за ней самой. А её последующий вопрос, обращенный напрямую к болеющему коту, и подаренная ему мягкая девичья улыбка, кажется, заставили дрогнуть само суровое воинское сердце.
- Я... Кажется, я понимаю, - вздохнул Бородист, переводя взгляд с Дуновения на новое, процветающее дерево, которое она начертила. - Ты хочешь сказать мне, что нас делают сильными те, кто о нас заботиться. И что без отдыха гибнут даже самые сильные.
Янтарно-желтые глаза Бородиста вновь посмотрели на целительницу и он улыбнулся ей. Он это сделал, несмотря на то, что ему было довольно непросто вслух признавать такое. Бородист всегда был солдатом, тем самым, которые отдают всего себя служению и Воинскому Закону. Он всегда этого хотел, он к этому стремился, и, наверное, даже через чур стремился, если стал уже не замечать даже такие вещи, как собственное здоровье. Кто знает, а вдруг его бы могло уже и вообще не стать, если бы не Дуновение Ветра? Ещё не всё законченно, но она ведь спасла его. А от того, признавать свою проблему было ещё труднее.
Серо-белый вырвался из своей задумчивости, когда дамочка вновь заговорила с ним, усмехаясь при этом. он не мог не заразится таким её настроением.
- Я вовсе не трудоголик! - Бородист постарался выглядеть возмущенным, но о каком возмущении могла идти речь, когда эта кошка одаривала его своей очередной дружелюбной улыбкой и смотрела своими невозможными туманными глазами? - Я просто... трудолюбивый. Вот. И мне не сложно выполнять дополнительные поручения, я люблю порядок, доводить всё до конца, бросать вызовы самому себе, и вообще... Но я не трудоголик!
Воин тихо посмеялся и легко боднулся своей головой в мягкий серый бок сидящей подле него целительницы. "Хорошо, что за моим облетевшим деревцем ухаживает такой замечательный дождик" Бородист немного взбодрился и перестал хандрить, но только на время. Долго он так игриво возится не мог, новая волна неприятной дрожи и озноба пробежала по его телу и кот тяжело промычал, зажмурившись и толкнувшись мордой в лапы серой кошечки.
Болезнь поджидала кота, подобно хищному зверю свою добычу, чтобы набросится на него с новой силой, когда он решит позволить себе расслабиться. Несколько долгих минут кот пытался справится с охватившим его новым недугом, неосознанно начиная жаться крепче к источнику тепла. Дрожь понемногу стала его отпускать, но это была только первая волна и скоро она должна была вернутся.
- Дуновение, а расскажи мне ещё что-нибудь? - вновь подав голос, Бородист посмотрел на целительницу снизу вверх. - Может, мне хоть задремать удастся... Скорее бы это прекратилось.

+1

13

Казалось, что вот-вот воин закатит глаза, приняв все эти слова за детскую сказку. Дуновение сидела, как на иголках, посматривая на приятеля каким-то необычайно виноватым взглядом. Воины всегда ставили свою жизнь на второй план, и так будет всегда. Но разве целительница не может высказать свою точку зрения? Если бы каждый поступал точно так же, то не осталось бы в племени ни одного воителя, готового в любую секунду встать за семью, родных, соплеменников...
Но Бородист не отверг её версию, даже признался, что понимает её. Невозможно представить, как обрадовалась врачевательница, буквально засияла, встречая добрый взгляд мягкой улыбкой. Понимание, разве не это самое лучшее, что может быть? Когда есть рядом единомышленники, те, кто готовы не только принять информацию, но и дополнить, вернуть её в большем размере.
Наклонившись к мордочке друга, дымчатая потерлась своей щекой о его, тихо промурлыкав:
- Спасибо...
Дополнив свой рассказ небольшим подытогом, она взглянула на реакцию усача. Тот пытался возмутиться тому, что его, видите ли, назвали трудоголиком, поэтому начал аргументировать это примерами того, что он делает обычно. Ситуацию его это, конечно же, не спасло, скорее наоборот. Желтоглазый поднул подружку в плечо, а та в такт ему усмехнулась, наблюдая за предметом волнения. Все-таки пациент выглядел не настолько лучше, нежели ранее, поэтому стоило не отводить от него взор, дабы не пропустить какие-либо признаки наступающей болезни.
- Никогда, - она говорила негромко, но чётко, не как обычно. - Никогда, слышишь, не бросай себе подобные вызовы, - сероглазка намекала на причину его прибывания в целительской. Ухмылка сменилась серьёзным выражением. Затуманенный взгляд и немного грустая мордашка напоминали образ покойной матери Дуновения, из-за чего целительнице становилось в разы тяжелее на душе. Она боялась увидеть во второй раз смерть близкого, а ведь если бы Бородист потерял счёт времени, забывая и дальше о своём состоянии, то плачевного исхода было бы не избежать. Возможно, она немного утрировала, но сердце разрывалось на куски, когда другу становилось хуже, будто бы он ей родной брат.
- Иначе я устрою тебе сладкую жизнь, - пообещала та без всяких шуток. По сути, что бы она сделала такого серому? Просто сказала бы, что так нельзя? И больше ничего. Но могла бы она гораздно больше. Не надо недооценивать силу целителей, ведь в их искусных лапах обычный листок мяты может стать смертоносным. Неважно, каким образом, ведь тайну этого не дано узнать непросвещенным в их дела котам.
Постепенно жар проходил, и кошка чувствововала, что воителю становится лучше, но, видимо, ненадолго. Закрыв глаза и пробормотав что-то, бело-серый приятель упал на лапки врачевательницы, отчего та удивленно взглянула на заболевшего. Хвост задергался, как бешенный, сероглазая по-тихоньку начинала понимать, что не все хорошо, что хорошо кончается. Тяжело дыша, она боялась дернуться, чтобы не потревожить бедолагу, который жался к тёплому боку целительницы.
- Что случилось? - дрожащим голосом прошептала та, опустив ушки и непонимающе смотря на лежащего. Он, наверное, даже не услышал этого, отчего полосатой стало дурно от пугающего молчания. Лишь дрожь выдавала его, и только так кошка осознавала, что жизнь не покидает тело воина.
- Дуновение, а расскажи мне ещё что-нибудь? - светлые глаза встретились с напуганным взором пепельной подруги, что та начала невольно улыбаться.
"Главное, не молчи..."
- Может, мне хоть задремать удастся... Скорее бы это прекратилось, - страшно оказаться на месте больного, но гораздо сложнее видеть, что творится с этим больным. Каждый миг, когда он замолкает и перестаёт двигаться, а дыхание его замедляется, становится невыносимым. Серая сама начинала дрожать, но не от холода. Как на зло все истории вылетели из головы, а на импровизацию времени не было, поэтому она ласково начала гладить лапкой по спине Бородиста, шепотом проговаривая:
- Ни один рассказ не усыпит лучше, чем тишина.
Аккуратно привстав, чтобы не мешать отдыхать другу, та задней лапкой пододвинула к себе какой-то завернутый листик. Она ловко раскрыла этот "мешочек", доставая оттуда пару-тройку зерен мака и протянула пациенту.
- Если действительно хочешь заснуть, то это поможет, - вздохнув, тихо сказала она, чтобы низкий тон голоса не раздражал болеющего. Мечтам о продолжении всего этого не было места. Целительница была бы рада увидеть просто спящего сладким сном приятеля.
- Спи, я тебе не помешаю...

+1

14

Бородист мог бы только грустно усмехнутся от высказанного ему Дуновением пассивно угрожающего совета "Не испытывать себя". Даже, если бы он мог сейчас на это ответить, он бы не смог пообещать ей послушаться. Потому, что это было бы обманом, которого его дама никак не заслуживает, даже если враньё было бы произнесено во благо. Уж такие они, эти воители. Их всех закаляли более опасным и суровым ремеслом, толстокожестью и упрямством. Бородист перестал бы быть Бородистом, если бы начал осторожничать и трястись за свою шкуру. Потому, что это, - часть его сущности, часть личности и характера.
Но ведь, и Дуновение просто была Дуновением. И нельзя было попрекать её в проявлении заботы, потому, что, это такая же часть её самой. Это заставляло задуматься. Раньше воин мало думал о том, каков он, путь целителя, и каких жертв он требует от тех котов, что встали на него. "Целители - это те, кто напрямую связаны с звёздными предками, целители - это те, кто служат мостом между ними и живыми котами, и, конечно же, целители - это те, кому воин может, не колеблясь, доверить свою жизнь." - так Бородиста учили. Он никогда не задавал вопросов, всё ясно, как день. Целители - одни из самых важных котов в племени. Но ведь... Целители - это так же коты, любого пола и характера, которые отрекаются от права на любовь и семью, чтобы все свои мысли и сердце вкладывать в заботу обо всех котах в племени, в котором они живут.
Вот как и сейчас, Дуновение Ветра предлагала Бородисту зёрна мака, сильнодействующее снотворное, которое могло бы облегчить его мучения. Серо-белому действительно было плохо. Он дрожал, тянулся к источнику тепла, в лице серой врачевательницы, скрежетал зубами, от колотившего его озноба. Какой вообще вирус мог сотворить с ним такое? Разум воина был уверен, что должно быть тепло, но, не смотря на то, что зверь находился в пещере на мягкой и прибранной подстилке, вдали от морозного воздуха, ему было сильно холодно. У него тряслись и поджимались лапы, уши, хвост. К горлу подкатывала хрипота и вновь так сильно хотелось утолить жажду. Но посылать Дуновение за ещё одной порцией воды Бородист бы не стал. Он не хотел снова оставаться один. К тому же усатый исполин был уверен, что это пройдёт. С такой умелой целительницей он уже чувствовал себя лучше. Его тело больше не скалывала та противная, непроходимая ломота, и голова не кружилась. Его только морозило.
А потому воин отказался от предложенного ему опиума, отодвинув лиственный сверток обратно туда, откуда целительница его достала. Бородиста ведь колотило от простого озноба, а не от смертельных инсультов. Тем не менее, кошечка была готова без раздумья отдать ему своё лучшее обезболивающее, не жалея ничего. А что, если бы ей вскоре понадобилось провести сложнейшую операцию, но мака бы на больного, будь он чем-то серьёзно ранен или отравлен, не хватило бы?
- Ты слишком многое расходуешь на меня, Дуновение. - хрипло вздохнул воитель, смотря на неё и качая головой, хоть это и давалось ему с трудом. Её глаза были полны беспокойства и участия, и кот знал, что она делает это для него. Но тем не менее Борода был уверен, что принимать снотворное ему нет необходимости. - Может ты тогда просто... погреешь меня? Кажется, я не могу перестать мерзнуть. - это было и так очевидно, но кот всё же посчитал нужным честно в этом признаться своей целительнице. Он сделал усилие, чтобы повернуться и сместится на подстилке, освобождая место для кошечки, после чего слабо улыбнулся ей и кивнул туда, приглашая. - Я... Я помню, как мы раньше так забивались в один клубок... с Полуночником ещё.

+1

15

Даже не спрашивайте, вам все равно ничего не расскажут.
Чередуя свойственные ее возрасту скочки настроения прямо под скочки над ямами, чьими-то норками, сухими сучками и лужицами, Мошка припрыгивала обратно в лагерь. Нарушительница закона, не чтящая его с тех самых пор, как заболел наилюбимейшийся наставник. Останься она без внимания, кто знает, когда бы Дуновение Ветра выкроила время обыскать пол земель эдакой лаванды, ведь каждую минуту не отходилось от больного и вот что было интересно - заболей их несколько, пришлось бы ей не выходить с луну? Благо вышло мелкой на лапу. Никто не бросился на ее поиски, поняв о чем по до сих пор спокойствии на поляне, прокравшись, оглядчиво сторожась разоблачающих звуков, но нет, никто и ничего так и не заметил.
Мошка не чаяла души в Бородисте, порою забываясь, представляя, будь он ее отцом. Тот умело играет некоторое подобие опекунства. Дался ей кто-то, волнующийся о быте и мечтаниях ученицы. Не обходилось без моментов, когда юница беспокоилась о, к примеру, подвернутой лапы наставника на их учениях, страшась, как бы тому ее не поломать. Словом, любой неправильный вздох, и бей она панику.
Этим же утром удача снизошла великодушной помошнице сестры, повременно все упоминающей о чудесном растении, славившемся особой силой в кругах целителей всех времен. Мощь и магия, поднимающая больных на лапы в доли секунды, далеко растущая и трудно находимая, и только счастливый, верующий в себя кот мог найти то, что свисало из пасти Мошки. Благо на пути ее ничего не повстречалось, а как она ее нашла… Пусть это останется нашим маленьким секретом.
У порога целительской туго висел запах серо-белого кота, обитающий внутри прилично долго. Даже ей не приходилось заболевать настолько! Ей вообще не приходилось заболевать, жажда встреч с сестрой по иным, здравым причинам. В хвосте билась малютка-истеричность, ведь расскажи о пешем ходе, получит же она по оплеухе с каждого! Чего ей только не думалось: сказать, валялось, али дал кто? Перебрав с десяток вариантов, Мошка сглотнула предвкушение и далась лапой внутрь, и мало что ее обрадовало.
Мошка опустила слюнявую ветвь с сиреневыми лепестками поодаль своих волнительно вскапывающих землю передних лап. Зеленые глаза то и делали, чередуя Бородиста с Дуновением Ветра, у первого из которых вид преобразился до разоблаченного, а вот у второй до куда пугающего… Малой любилось поиграть, стоило запахнуть разбирательствами. Провокатор - роль, приевшаяся в компании старшей по случаям, схожих с этим. Закати Мошка морду набок, облачаясь в саму неприступность, как старшей резво поплахело.
- А чего ты так на меня смотришь? - самой же зацепив язык крючком, не кстати потянув за который, пришлось шмыгнуть в укрытие - у Бородиста нынче тормознув, Мошка, с прижатыми ушами и сощуренной гримасой углубилась в мех наставника своею носопыркой. Авось сгодиться?  По-глупому ругать дитя, из наилучших побуждений следавшее всю грязную работы за вместо себя, ведь так?

+2

16

Разве плохо тратить на близкого тебе кота то, что очень дорого, особенно, сейчас? В разы хуже видеть, как мучается Бородист от болезни, что силы в нем затухают, как яркие лучи солнца, утопающие в, казалось бы, мягких подушечках облаков, которые через мгновения становятся темнее, чем самая глубокая ночь. Стиснув клыки, Дуновение кивнула другу, когда тот заявил, что ему не нужны подобные лекарства. Заставлять нельзя, ведь ему вид неё: будет ли ему хуже или лучше. Хриплый голос раздерал душу на две части, отчего становилось как-то не по себе. Самое ужасное, что целительница не знала, чем ему ещё помочь, если он отказывается от последующих протянутых лап помощи.
- Может ты тогда просто... погреешь меня?
Кажется, я не могу перестать мерзнуть
, - по всему телу пробежался холодок, но тут же уши запылали, как будто бы их согрела лишь мысль о том, что есть ещё возможность угодить другу, спасти его от неизбежных мучений.
- Как пожелаешь, - вновь улыбка озарила печальную мордочку полосатой дамы. Уступив место на подстилке, Бородист пригласил её прилечь рядом. Исполнить просьбу нк просто было нужно, даже необходимо. Может, ему станет от этого лучше.
Она расположилась рядом, чувствуя, что температура у приятеля ниже нормы, так что, такое положение даже спасало пациента от новой дрожи. Такая близость была не в привычку врачевательнице. Обычно греть заболевших или простывших она заставляла кого-то другого, будь-то друг, обеспокоенный состоянием больного или ещё какой-то близкий кот или кошка.
- Я... Я помню, как мы раньше так забивались в один клубок... с Полуночником ещё, - ностальгия по детству вызывала большие чувства к своему прошлому. Тогда троица была неразлучна. Жаль, что только детство кончается быстро, что даже не замечаешь, когда такое случилось.
- Я тоже помню, - потеревшись головой о мягкий бок друга, промурлыкала серая. Хотелось вернуть те луны, дни или хотя бы секунды, когда жизнь не казалась такой сложной, когда не надо было волноваться по каждым пустякам...
Порой сероглазка ловила себя на том, что просто лежать на подстилке рядом с ним до безумия приятно. И не думать ни о чем, молчать, ведь молчание даже не напрягало, не вынуждало лишний раз сказать что-то. Но хорошее рано или поздно кончается. Почуяв резкий запах сестры, которая, видимо, уже успела насладиться милой картиной, хотя, как-то не прогеагировала на необычное поведение старших, Дуновение с озадаченностью глянула на Мошку. С некой заторможенностью дымчатая несколько отпрянула от Бородиста, чтобы зеленоглазая не успела надумать себе немного иное, чем есть на самом деле. Надо было переключиться срочно на то, что сделала ученица, ведь было бы неловко выставлять себя застигнутой врасплох.
Нахождение сиреневого растения во рту у Мошки несколько удивило пепельную кошку, но она старалась пока сдерживать себя. Иначе это могло бы быть громко. И много слов.
"Тихо, тихо... Надо успокоиться... Нет! Мошка! Сейчас я тебе уши надеру!"
Радовало лишь одно - сестра была готова подертствовать ради репутации Дуновения и здоровья своего наставника. Но все остальное даже пугало, отчего хотелось тут же отчитать её за непослушание.
- А чего ты так на меня смотришь? - маленькая непоседа решила замести следы милыми глазками, уткнувшись носиком в серо-белую шерсть.
- Солнышко, - спокойным, будто бы целительница совершенно не волновалась насчёт случившегося, голосом говорила она, - не расскажешь, каким образом вот этот колосок появился в моей палатке?
Немедленно вскочив, сероглазка дала шанс посюсюкаться наставнику со своей ученицей. Он-то наверняка не будет трогать свою спасительницу. Но старшая сестра покажет, как бегать не пойми куда без спроса. Причём, надо было ещё так удачу поймать за хвост. Знала же она, что лаванду найти может только "самый счастливый кот" по собственному рассказу. Что же её так осчастливило, что она прямиком побежала  и тут же нашла нужное лекарство?
- Мошка, я же волнуюсь, - проворчала кошка, виновато вздыхая и расхаживая туда-сюда по пещере. - Я не переживу, случись что с тобой.
Но она молодец. Девчонка не промах. Повезло Бородисту, что её подопечная так заботится о нём. Нужно было, наверное, как-то поблагодарить... Но нет, вначале она должна понять, что поступила неверно.
"Я обещала погреть Бородиста... Иначе замерзнет, бедолага. О-ох, потом. Сначало надо с этим чудом пушистым разобраться. Хотя одно другому не мешает."
Аккуратно, возможно, даже как-то осторожно присев рядом с заболевшим воином, Дуновение прижалась к нему и обняла хвостом. Пожалуй, перед младшей сестрой было не очень-то обнимать старого друга, но что поделать? Обещание сдерживать надо. К тому же, кто знал, что Мошке вдруг в голову придёт принести нужную траву именно в эту секунду? В данный момент и в таком состоянии было совершенно непросто ругать ученицу за её поступок. Тогда можно и похвалить.
- И да, спасибо...

Отредактировано Дуновение Ветра (2016-05-28 17:30:45)

+2

17

Целительницу явно смутила такая просьба, какую произнёс серо-белый воитель. Одного только этого было достаточно Бородисту, больной организм которого сейчас был столь чувствительным ко всему происходящему вокруг него и, в особенности, к той даме, что была сейчас рядом с ним, что он был готов моментально впасть в панику. "Я опять сказал что-то не так? Или сделал что-то не то? Она ведь не..? Я же не целитель, я не знал, что ещё можно для этого сейчас придумать. Предки! Да что ж такое, я же..." - мысли путались в его голове лихорадочно, и столь же резво они исчезли полностью, когда больной кот услышал это "Как пожелаешь", и  почувствовал, как примялась подстилка под укладывающейся рядом Дуновение.
Стало намного теплее. А ещё воин почувствовал облегчение в своей голове.
- Я тоже помню.
- Х-хаа? Да.. То ещё было времечко. - Бородист был слегка рассеянным, дрожащим и... и ещё смущённым.
Дуновение Ветра была довольно миниатюрной кошечкой. Собственно, само по себе это было не удивительно, для Бородиста вообще довольно много кто казались мелковатыми, в силу его природной здоровости. Но сейчас их разница в размерах была примечательна тем, что Бородист при желании мог бы вообще скрутиться, вокруг Дуновения большим меховым кольцом и тем самым получать больше её тепла. Ну, может быть и не совсем кольцом, но мог накрыть её собой. Разумеется, делать такое серо-белый не стал. Он только приобнял кошку своим хвостом и прижался к ней крепче и  теснее.
Не даром говорят, что нет лекарства лучше теплой кошки. Бородист действительно очень быстро стал согреваться, приходила в норму его температура и дрожь стала спадать. Он прикрыл глаза и даже замурлыкал, тихо-тихо так. Это мурчание было для целительницы, которая стала греть его сейчас, а не для всего остального мира. Они оба не произнесли не слова, просто лежали рядом, но это было не было какой-либо напряженной паузой молчания, это было молчание двух старых друзей, что наслаждались минутой спокойствия.
И закончилось всё тогда, когда в палатку бесцеремонно ворвалась ученица. И не какая-нибудь там, а своя. Родная. Мошка. И, судя по тому, как просто она нарушила одно из очень важных правил поведения, которым наставники учат своих оруженосцев, - учитель из Бородиста так себе. Конечно, Дуновение Ветра была сестрой прыткой ученицы, но ведь правила существуют не просто так! Ей скоро предстоит испытание, что они будут делать, выкинь Мошка и там что-то такое?
"Кто-нибудь убейте меня..." - встретившись взглядом с глазами Мошки, взор коих скакал с одного взрослого кота на другого, больной кот страдальчески простонал, заваливаясь на бок. - "Но не раньше, чем я убью Мошку."
К этому мгновению, Дуновения Ветра уже не лежала с Бородистом, и кот снова стал чувствовать, противный, морочащий голову и мысли, не спадающий озноб всего тела. Однако, на место прежнего тепла к нему прижалось другое, - ещё более мелкое, но не менее горячее. Бородист понимал, что Мошка переживала за него. Кажется, он вообще стал понимать, что этим своим поступком заставил переживать гораздо больше зверей, чем он думал.
- Мошка, я же велел Полуночнику за тобой присмотреть. - прохрипел Бородист, приобнимая лапами жмущуюся к нему кошку. Ему было это нужно, да и её надо было успокоить. Живой же он, в конце концов. Просто малость не в форме.
- Солнышко, не расскажешь, каким образом вот этот колосок появился в моей палатке?
Он не разглядел, что с собой принесла Мшистая - не был знатоком трав, но, судя по голосу, которым это произнесла Дуновение, - а нотки её голоса серо-белый, казалось что, мог сейчас распознавать так, как распознают цветовую палитру, - по этому голосу он понял, что Мошка сделала что-то очень безрассудное, чтобы принести сюда это.
- Мошка, я же волнуюсь, я не переживу, случись что с тобой.
- О чём вы? Что это? - кот переводил взгляд с одной кошки на другую, которые теперь устроились вместе по обе стороны от него. Видимо, его догадки подтвердились.
Роняя голову на подстилку, воин снова недовольно простонал. "Я убью Полуночника."

+1

18

"Проследил твой Полуночник мне на лапу. Дашь настоящего надзирателя, лежать тебе тут еще с луну-другую!"

Эмоционально отвечающая линия бровей то эдак, то так щурилась окружающему возмущению. Раньше, приводящая в пример благородство котов Дуновение Ветра, смогших разыскать трофей ныне редкий и далекий, лишь разочаровано оведомляла младшую. Мошка, как раз ожидающая такого поворота событий от своей свойственной (и ясно почему) возникать старшей, озадачила зрительным контактом Бородиста, топорща ушки да усы, невзначай выпрямив лапки, отодвинувшись, но до сих пор касаясь, тем самым выразив первое своего рода недоверие к наставнику. Чего они творили, поменявшись до неузнаваемости? Так и точат зубки.
Отличать беспокойство от занудства ей не научилось, всякий раз мыча и топча. Произошедшее оставляло ее в полном здравии, забывая черкнуть даже царапину на заднице, а им тут раскаркалось про недалекое Звездное племя. Вспомнить компанейский побег наилюбимейшего Северяка и змей, преградившие так долго планируемое веселье - даже тогда Звезды не сочли преподавать урок теми же укусами. Быть может закалялись?

- Я закалялась, - остановив рыщущий острого довода язык на мыслях везения и отваги, сопутствующие ей до сего момента, именуемого "разоблачение, затем благодарение", выдвинула Мошка. Названия моментам свойственны персонам, раскрывшие себя ранее, чья поэтапность знакома ученице наравне собственного хвоста. У таких ничего и не меняется, предвидя одно за другим прямо как хвост, махающий либо вверх, либо вниз.
- Мошка я же волнуюсь. Я не переживу, случись что с тобой, - позволя ошибиться сказанным, только разозлила Дуновение Ветра, но не потому, что маловероятное волнение.

"Волнуйся ты по-настоящему, давно сгоняла бы сама, а вот ваши разговорчики никак не помогут температуре Бородиста!"

- А почему сама не сходила? Делов невпроворот? Кому помогало обычное "будь здоров"? Тебе ли не знать…
Юркнулось обратно, в меховое царство наставника. Прижимая ушки от возможного погромче, серобокой даже успелось пожалеть о сделанном, проигнорировав вопрос больного о штуковине, которую принесла Мошка и по которому поводу в палатке застоялся несвойственный месту шум, - я тебе потом расскажу…
В голову все никак не доходили возможные обстоятельства, по чьим Дуновению Ветра осталось в палатке вместо поисков уже нашедшего. Сыграть компромисс после благодарения врачевательницы мешали два глубоко душевных противостояния. Задумавшись о причинах похождений двух в раньшенские времена по травам, невольно приходило в голову, а уж не выдумались старшей случаи, подобные сегодняшнему? Показывая всяко разное, не представлялось ли ей, наступи момент будущей помощи Мошки?

+2

19

Заслышав великую новость о том, кто из воителей остался на попечение своей младшей сестренки, Дуновение лишь закатила глаза. Этот чёрный кошара даже за собой редко присматривает. Наверняка будет оправдываться, что ходил в патруль какой-то важный, виновато улыбаясь и хлопая глупыми глазёнками, чтобы Боролись его не прибил. А на самом-то деле валялся где-нибудь в теплом и укромном местечке, намурлыкивая себе под нос сонный бред.
- Ты бы ещё Северяку её оставил. Надежнее было бы, - с недовольством прошипела целительница. Понятно, что Полуночник его друг и все такое. Но у этого болвана на первом месте сон и еда. А на остальных он плевал. Хотя нет. Будь Мошка чуть больше в его вкусе, он бы сам её повёл в неведомы места, чтобы поразить её в самое сердце. Эгоист, одним словом. Жаль, что только сестра эта понимает...
- О чём вы? Что это? - один из виновников непослушания собственной ученицы совершенно не понимал, что творится. Неудивительно. Здоровые с трудом могут сообразить, что сотворила Мошка, не говоря уже о больных. Рано или полно до него дойдет, что это за трава и откуда она появилась.
И вот началось. Горластая ученица решила почесать языком. Кому-то не хватает внимания или захотела показать, что её должность повыше сестринской? Ох, ошибается девчонка.
Удивительно, но в душе не бушевали бури раздражения и ярости. Жажды мести вообще не было. Нет, она не искусно скрывала свои эмоции, обычно ей это ужасно удаётся.
"Почему я осталась?.."
Отвечая на все вопросы разом, целительница пожала плечами. Да-да, такой простой жест, означающий "без понятия". Да и есть ли разница кому-то, что значило то время, проведенное наедине с Бородистом?
Мошка жалась к заболевшему воину, прячась от возможных громких замечаний. Но кричать и обвинять в чем-то сестру не хотелось. Слишком она мала, чтобы понять. Да и смысл ей это делать? Они хоть и сёстры, но безумно разные.
После пламенных речей младшая успела пообещать, что расскажет об этой траве, шептала она на ухо своему наставнику, боясь, наверное, что сестра услышит. Безусловно, дымчатая расслышала эти речи, даже особо не напрягаясь. Как же она смеет недооценивать навыки своей родственницы...
- Мудрый избегает говорить того, что не знает, дорогуша, - все эмоции скрылись, как и не было. Ни улыбки, ни злости, ни разочарования. - Вероятно, ты и этого лишена.
Лишь серые, как гладь зацветшего озера, глаза искоса смотрели на друга детства. Казалось, что лишь в них находили место чувства. Тот, возможно, заступился бы за ученицу, строит она тут из себя великую мученицу, которую даже похвалить за побег не хотят. Но желание, чтобы приятель поставил на место несносную подопечную было сильнее любых других.
- Это лаванда, - пепельная вздохнула, смирясь с своим неудачным положением перед Мошкой. - Лишь она тебе поможет сейчас, - её ледяной, как тот снег вне палатки, голос раздался вопреки своим же принципам. Безразличием целительница пыталась доказать, что она не похожа на тех же Астру с Горчицей, которые при каждой возможности устраивали переполох, доказывая, кто из них прав. Доказывать сестренке, что согревать было куда важнее, чем добывать лекарство? Да она не поверит или просто фыркнет,  считая, что это очередной каприз. Права, почти-воительница уже надеялась, чуть ли не грёзила о словестном нападении со стороны полосатой. Вместо этого она получила немое напряжение, что в разы бы разыграло её совесть.
- У меня есть ученица, и это не ты, - заметила сероглазка, ровно приближаясь к Мошке. Глядя на неё сверху, то бишь, с высоты, которой якобы никогда ей не добиться, Дуновение взглядом потребовала отдать колос. Грубо, но зато действует получше простых просьб. Не отдаст - простится со своими ушами.
- Исполняй свои обязанности, Мошка, а не чужие. А ты вместо этого решила нарушить правила, - бла-бла-бла. Как надоедает эта ересь про правила. Пожалуй, держаться на такой ноте, чувствовать себя раздраженной воспитательницей... Ну, не идёт это Дуновение. Слишком уж ещё знают, как веселую и задорную умничку. И как она может кого-то наказывать? - Или для тебя закон стал не указом?
'"Я тут единственный надзиратель? Подключайся, горе-наставник..."

+1

20

Мошка внезапно отодвинулась от Бородиста так, словно бы больной кот её чем-то сейчас обидел или не заслуженно обругал. Что было в корне не так. По крайней мере не сейчас, пока её наставник всё ещё являлся больным. Потом - может быть и обругает. Даже не может быть, а точно. И по шее она получит и урок усвоит точно. Но сейчас Бородист этого точно не делал. Он был удивлён её вторжением. Она же по сути полностью ослушалась своего учителя. Он не зря все эти дни её сторонился и наказывал и близко к себе самому не приходить, если вспомнить, даже на очень строгих и повышенных тонах, так как жар, ломота и боль в голове просто не позволяли ему оставаться таким котом, каким Бородист был всегда. Он постепенно заболевал всё больше и больше и уж точно не хотел, чтобы эта болезнь затронула Мошку. А потому видеть её сейчас он был не то, чтобы не рад, но напуган. Он ведь отвечал за неё.
Но этот-то поступок, допустим, Бородист ещё подсознательно мог признать, что ожидал от неё. За эти полгода у них установилась очень прочная связь друг с другом, не только как у ученика с учителем, но и как у друзей. Без сомнений, заболей бы Мошка так же, как серо-белый усач сейчас, последний бы сделал для неё всё то же самое, ни капли себя не жалея. Так что это он ещё мог понять.
Но вот то, что Мошка сделала сразу после того, как к ней обратилась Дуновение Ветра, воин уж точно никогда от неё не ожидал. Вместо того, чтобы ответить на логично поставленные целительницей вопросы, ученица вдруг бросилась обвинять её и зарекаться. Это злило, поражало и разочаровывало одновременно. Разве Бородист учил её этому? Пусть, две эти кошки и были сёстрами, но Дуновение Ветра была целительницей племени, гораздо старше её по званию и заслуживала к себе гораздо больше уважения. Как и любой воитель. Как и любой соплеменник. Это Бородист говорил Мшистой. И ему всегда казалось, что очень доходчиво говорил. "Предки, если бы не эта болезнь..."
- Я тебе потом расскажу… - шикнула девица, опять прижимаясь к коту. Но что-то ему подсказывало, что это было уже не потому, что она от чистой души стремилась его согреть. Она пряталась. От ответственности. Довольно трусливо. К тому же не потрудилась даже своему наставнику ответить так, как он от неё просил.
- Что значит "Потом расскажу"? - Бородист старался не давить на неё авторитетом, но сейчас был не тот случай. - Если я о чем-то спрашиваю тебя, я рассчитываю получить на это полный ответ. Или ты больше совсем не уважаешь меня, Мошка? - он бы хотел быть грознее, но скачущая температура и хрипота не давали ему покоя.
Но тут на вопрос, который задал серо-белый, ему неожиданно ответила целительница.
- Это лаванда, - вздохнула Дуновение и Бородист повернул к ней голову. - Лишь она тебе поможет сейчас.
"Ну, хвала предкам. Значит, если ж оно поможет, я быстрее поправлюсь. И тогда скорее вернусь к подготовке Мошки, перед её посвящением. Времени и так мало, а после всего этого останется ещё меньше." - Бородист уже было вздохнул с облегчением. Вот только понял он потом, что сделал это слишком поспешно.
Потому, что и Дуновение Ветра вдруг стала вести себя так, как Бородист от неё совсем не ожидал. Весёлая и очень славная кошечка-сангвиник, каковой Бородист знал эту даму когда-то, и каковой он ею всегда восхищался, в момент стала такой бесцветно-холодной, словно постарела на несколько десятков лун вперёд положенного. Воин никогда не видел её такой, да и не думал увидеть. Напрочь забыв о присутствии больного кота в своей палатке, Дуновение стала ледисто-холодным тоном осуждать Мошку, в ответ той прежней горячистости младшей. Две сестры были так похожи друг на друга, хоть и имели свои различия.
- Исполняй свои обязанности, Мошка, а не чужие. А ты вместо этого решила нарушить правила, или для тебя закон стал не указом? - вещала целительница, взглядом указывая ученице сейчас же вручить ей колос.
Бородисту это не понравилось ни в коем разе. Вместо того, чтобы попросту взять злосчастное растение и дать принять его коту, с всё ещё очень сильно мучительным состоянием здоровья, она вступила в перепалку с подростком, в приказном тоне требуя это от неё. Бородисту ровно так же не понравилось и поведение Мошки, но никто не смеет пресовать его ученицу. Кроме него.
- Хватит, - мяукнул воин, тяжело и устало одновременно. Он переместил свою лапу на Мошку, которая пока всё ещё лежала рядом с ним, и крепко прижал её к себе, почти придавливая, чтобы она сейчас и не думала встать и продолжать перепалку со своей старшей сестрой и целительницей. Бородист сам обратился к Дуновению Ветра, загораживая перед ней своего оруженосца. - Я прошу у тебя прощение за мою ученицу, Дуновение Ветра. Уверяю тебя, я прослежу за тем, чтобы такого больше не повторилось, как только я встану на лапы. - сухо, холодно и формально, а в глазах читалось одно "Я очень в вас обоих разочарован." Таким образом Бородист хотел пресечь конфликт и напомнить кошкам о более важном сейчас деле, - о его здоровье.
Убрав лапу, которой он держал Мошку, Бородист перевернулся на другую сторону, и глубоко вздохнул, всё ещё в попытках унять озноб.
- Мошка, принеси сюда эту траву. - Бородист не просил и не приказывал. Он просто озвучил то, что нужно для него сейчас сделать. Если она вообще, конечно, ещё хочет для него что-то сделать.

Отредактировано Бородист (2016-06-07 17:06:00)

+1


Вы здесь » Коты-воители. Отголоски прошлого » Флешбек » Мурчите. Не мурчите. [Дуновение Ветра/Бородист/Мошка]